– Это правда. Возможно, кто-то хотел ее подставить?
– Возможно. Однако в такой теории все равно очень много нестыковок. Если это намеренная подстава, тогда почему на орудии убийства…
После этих слов Гу Цяньцянь резко замолчала, но не потому, что ей на ум пришли новые гипотезы, а потому, что в этот момент она услышала звук открывающейся наверху двери и внезапно осознала, что они вдвоем кричат, стоя посреди административного корпуса, и, вероятно, мешают другим. С этой мыслью она намеренно как можно тише поднялась по ступеням, словно желая загладить этот проступок. На контрасте с ее шагами раздавался топот, доносившийся из-за угла, неторопливый и уверенный скрип подошв кожаных ботинок по цементному полу. Гу Цяньцянь прекрасно знала, кому принадлежат эти шаги.
– Хватит болтать, проходите в комнату ученического совета.
После этих слов говоривший не пожелал показываться, а тут же ушел. Но когда звук шагов постепенно стих, а затем наконец совсем пропал, хлопка закрывающейся двери наверху тем не менее не последовало.
– Фэн Лукуй…
Гу Цяньцянь вздохнула и продолжила подниматься по лестнице. Фэн Лукуй и Гу Цяньцянь знали друг друга уже больше года и виделись почти каждый день, однако их едва ли можно было назвать подругами. Гу Цяньцянь очень хорошо помнила свою первую встречу с Фэн Лукуй. Было начало ноября, и предыдущий председатель учсовета только вступил в должность. Фэн Лукуй являлась всего лишь одним из многочисленных членов учсовета. Ее первое ответственное задание было связано с Гу Цяньцянь: «Ты должна подтянуть ее по учебе». Весьма вероятно, что именно благодаря выполнению этой чрезвычайно сложной задачи Фэн Лукуй была быстро назначена преемницей председателя.
Гу Цяньцянь поступила в эту школу-интернат на основании выдающихся спортивных достижений. Уже в средней школе она стала восходящей звездой в беге на средние дистанции и с тех пор завоевала немало медалей на региональных соревнованиях. После того как она перешла в старшую школу, тренер предложил ей переключиться на бег на короткие дистанции, сказав, что это лучше всего раскроет взрывную силу ее потенциала. Однако после месяца тренировок результат оказался далеко не идеальным. Несмотря на слова тренера о том, что все придет с тренировками и нужно продолжать их, Гу Цяньцянь в глубине души сильно сомневалась в правильности его решения. Последствия перенапряжения, сомнений и недовольства находили внешнее выражение в самых уродливых формах. Однажды на тренировке после занятий несколько старшеклассниц, также занимавшихся бегом на короткие дистанции, высмеяли ее достижения. Гу Цяньцянь не смогла сдержаться и обвинила тренера, который заставил ее сменить дистанцию, в том, что она стала такой. Те старшеклассницы промолчали, но позже донесли на нее. На следующий день тренер спросил ее при всех членах команды по легкой атлетике, действительно ли она говорила такое. Гу Цяньцянь не могла отрицать сказанного и призналась во всем. Тогда тренер предупредил ее: «Если ты действительно не доверяешь моему мнению, то тебе лучше как можно скорее покинуть команду». В данных обстоятельствах любой другой на ее месте немедленно бы принес извинения, но Гу Цяньцянь только буркнула: «Понятно» – и с тех пор больше не появлялась на тренировках.
Ее насмешницы-доносчицы тут же осознали всю серьезность положения и одна за другой (в приказном тоне) убеждали ее вернуться к тренировкам. Классный руководитель также уговаривал ее как можно скорее принести извинения. Однако, будучи твердо уверенной в том, что решение тренера в отношении нее было неверным, потеряв к тому времени всякую надежду на свою спортивную карьеру, Гу Цяньцянь была убеждена, что продолжение занятий бегом на короткие дистанции не поможет ей достичь успеха, а только превратит ее в посмешище. Не желая снова быть униженной, она была готова навсегда распрощаться с легкой атлетикой. Единственное, чего она не учла в тот момент, так это того, что как только она потеряет статус спортивной звезды, то потеряет и место в школе. Неделю спустя ее исключили из команды по легкой атлетике, как она и хотела. Впервые в жизни в ее распоряжении оказалось много свободного времени. Гу Цяньцянь пребывала в иллюзии начала новой жизни, но вскоре обнаружила, что столкнулась с разнообразными еще более постыдными унижениями. В прошлом ее никогда не вызывали отвечать на уроках, теперь же это происходило практически постоянно, и почти всегда она затруднялась с ответом и была вынуждена стоять до звонка.
Однажды сидевшая позади нее ученица попыталась протестовать:
– Учитель, не могли бы вы позволить Гу Цяньцянь встать позади меня? Она загораживает мне доску.
Превратившись таким образом в обузу для своего класса, она столкнулась с тем, что одноклассники сплетничали о ней за ее спиной в буквальном смысле, всякий раз говоря нарочито громко, опасаясь, что она не расслышит. В конце концов в очередной такой раз Гу Цяньцянь решила избегать занятий. Она стала без конца прикидываться больной, скрываясь в медпункте, плотно укрывшись одеялом; вдыхая затхлый воздух, на некоторое время она погружалась в спокойствие. Так продолжалось около двух недель, и классный руководитель уже стал подумывать о том, не стоит ли поговорить с Гу Цяньцянь о добровольном отчислении из школы.
К счастью, ее забрали из медпункта извещенные о ее намерении бросить учебу родители. К ситуации также подключилась председатель учсовета Гуй Сяньсянь, заставившая ее взяться за ум. В конце концов ее передали на поруки Фэн Лукуй.
– Зачем помогать мне? – первое, о чем спросила Гу Цяньцянь Фэн Лукуй, впервые переступив порог ее съемной квартиры.
– Пойми меня правильно, я совершенно не хочу помогать тебе. Для меня это способ завоевать доверие старшеклассниц, только и всего. Хочу кое о чем спросить тебя и надеюсь получить правдивый ответ. С какого момента, полностью погрузившись в спорт, ты забросила учебу?
– В шестом классе…
– Хорошо, я все поняла. В таком случае мы начнем с его программы.
Их занятия продолжались полгода. Этого времени хватило с избытком. Они занимались еженедельно, раз в неделю минимум, обычно по субботам, в съемной квартире Фэн Лукуй. Это была малогабаритная квартира с одной спальней и одной гостиной. Большую часть времени Гу Цяньцянь проводила за обеденным столом в гостиной, занимаясь самостоятельно. В определенное время занятия заканчивались, и тогда она могла войти в комнату Фэн Лукуй проконсультироваться или получить разъяснения по контрольным заданиям. Обстановка в спальне хозяйки ничем не выделялась, нельзя было сделать вывод о том, что здесь живет девушка, и это оказалось весьма в духе Фэн Лукуй.
Она всегда носила распущенные длинные волосы, которые свободно рассыпались по плечам,