Не так давно она уже испытала это чувство — что за ее спиной стена. Что в руке — крепкая рука. Что ее всегда поймают. Что удержат. Что не дадут упасть не при каких обстоятельствах.
Чувство было новым. И ужасно настоящим. И мимолетным.
Алла даже не могла заставить себя сердиться на Сашу. Не могла и все. Да и за что сердиться? Что ушел утром? Смешно. У него своя жизнь, работа. В конце концов, у него есть девушка. Постоянная партнерша. Может, там на самом деле серьезное чувство и планы на совместную жизнь? Правда, Алла не понимала, как можно изменить любимому человеку? А ведь то, что Саша сделал, именно так и называется — измена. Получается, не любит свою девушку настолько сильно? В принципе не считает верность обязательной? Но тогда зачем он обозначил, что у него эта девушка есть?! Зачем потом приехал и показал Алле то, о чем она раньше не подозревала?!
А ты? Ты сама все это сделала зачем?! Зачем позволила себе близость с несвободным мужчиной, хотя считаешь себя такой высокоморальной и порядочной?! Она много-много раз задавала себе эти вопросы, но ответов так и не находила. И единственным ответом, который у нее был — ответ на незаданный вопрос — это то, что по Саше она безумно скучала. Самообман — непозволительная роскошь. Алла скучала по Саше, часто о нем вспоминала, во всех деталях: их занятия на льду, их выступление на шоу, их бессонную ночь вместе. Да, Александр Кузьменко промелькнул в ее жизни яркой кометой-росчерком и полетел дальше по своим делам. Но у Аллы остались воспоминания — такие же яркие, сладкие, с легкой ноткой горчинки и даже немного боли от того, что это всего лишь воспоминания. Но их у нее никто не отнимет.
Алла взяла в руки телефон, чтобы проверить деловую переписку. Но зачем-то переключилась в чат с Сашей. И замерла. Моргнула несколько раз. На экране отображалась, что Саша пишет ей сообщение. Пишет, пишет, пишет…
Но оно все никак не появляется. Алла нервно облизнула губы. Ей вспомнилось, как она, стоя на крыльце гостиницы, писала Саше сообщение. Писала, писала, писала. И в итоге так ничего и не отправила. А он все равно оказался рядом. Алла не пойми с чего подняла взгляд и уставилась на дверь кабинета. Нет, сейчас Саше рядом взяться попросту неоткуда. Но и сообщение не появляется.
Эй, только не делай так, как я. Не удаляй, слышишь?! Не смей! Что бы там ни писал — отправляй!
На экране появилось сообщение. Алле пришлось несколько раз моргнуть, прежде чем его прочитать.
Александр Кузьменко: Привет. Увидел тут рекламу твоего шоу, решил посмотреть, как это выглядит с той стороны бортика. А билетов нет. Можешь мне по знакомству дать пару билетов?
Алла на несколько раз перечитала это сообщение. А потом, не думая, не осознав толком, набрала.
Алла Алфеева: Пару?
Александр Кузьменко: Да. Для меня и для одной очаровательной барышни.
Да лучше бы ты удалил это сообщение! Лучше бы ты его никогда не писал! Лучше бы ты вообще самоудалился из моей жизни. Раз — и навсегда!
Алла Алфеева: Конечно. Завтра за пару часов до шоу мне еще раз напомни только.
Александр Кузьменко: Хорошо. Спасибо.
Алла резко встала, подошла к окну, остановилась, засунув руки в карманы брюк. В глазах горели злые слезы.
Плакать Алла не любила. Считала слезы слабостью. А еще она мгновенно опухала от слез, делаясь жутко некрасивой — нос картошкой, красные глаза. Она не из тех, кто умеет рыдать красиво. О, нет, Алла делала это максимально некрасиво. Поэтому никаких слез!
Но они подло переполняли глаза.
За что ты так со мной, Саша?! Ладно, ты вычеркнул нашу совместную ночь из жизни — наверное, так правильно. С учетом твоего несвободного статуса. Но просить меня о билетах на шоу для себя и своей девушки… Это уже перебор! Неужели для тебя та ночь не значит ничего? Вот вообще ничего?! И я для тебя просто знакомая, у которой можно попросить об услуге? Просто знакомая, да?! Вдруг совершенно некстати накрыло воспоминанием, как она лежала на постели, широко разведя ноги, и Сашин язык между ее бедер. Ты так со всеми знакомыми делаешь, да? Или считаешь, что ты таким образом заработал на ответную услугу?!
Стало так противно, что даже затошнило. Да чтоб тебя, Александр Кузьменко! Ты только казался таким, как мне хотелось. О ком я всегда мечтала! А на самом деле ты такой, как все. Ничем ты не лучше Лени.
Проклял Аллу, наверное, кто-то. Проклял на мужиков, которые очень хорошо умеют ее использовать. И от которых взамен — пустота. Ну, ничего. Ничего. Сейчас сопли подотрем — и не только сопли — и пошли все на хрен. Алла обернулась, достала из сумочки упаковку бумажных платочков, промокнула глаза, шумно высморкалась.
Тридцать четыре года. Ну, какие, к черту, надежные? Откуда они возьмутся — которые стена за спиной? Леню послала к черту — и господин Шу пойдет той же дорогой. Но билеты — билеты она ему, конечно, даст. Свои обязательства Алла Алфеева всегда выполняет четко.
* * *
Сначала Алла хотела передать билеты через охранников. Но в последний момент передумала. И когда Александр написал ей сообщение: «Привет, напоминаю о билетах», Алла ответила, чтобы он подошел к служебному входу, и она его сама проведет.
Она ненавидела себя за то, что передумала. Говорила себе, что это мазохизм. Что это просто падение ниже некуда. И что ей это незачем. Особенно перед шоу. Но… Но ей это было надо. Необходимо. Так, что без этого никак. Посмотреть на него. Просто в глаза посмотреть — может, поймет что-то. И на его девушку посмотреть. Ужасно хотелось посмотреть на нее. Смотреть и думать при этом: «А я с ним трахалась. Его член был во мне».
Алла ненавидела себя за это, но ничего не могла поделать. Ее нервозность даже Илья почувствовал, и она передалась партнеру, он стал нервничать. А вот это уже никуда