— А вот я вас нет.
— Давайте исправлять.
Какой-то дурацкий диалог. Но Саша внезапно почувствовал спортивный азарт. А еще ему пришла в голову неожиданная идея.
— Чемпионка мира?
— Европы.
Саша выразительно выгнул бровь.
— И вы полагаете, я знаю всех чемпионок Европы?
Она усмехнулась и сложила руки на груди.
— Я в вас верю, Александр.
Так. Дивчина бронебойная, похоже. С толку не собьешь и не смутишь. Азарт разгорелся на полную.
— Вы конница?
Она озадаченно нахмурилась.
— Конница… Это же… Это же когда много коней?
— У нас тут конная секция по соседству квартирует. Вы оттуда? Вы чемпионка Европы по конным видам спорта?
— Нет.
— Жаль. Я люблю, когда девушка хорошо умеет сверху.
Она снова рассмеялась, сверкнув красивыми ровными зубами. Явно сделанными хорошим стоматологом. Сашка зубы выбивал не раз, и глаз у него наметан.
— Нет, Александр. Мы с вами коллеги. По тому, на чем выступаем.
Саша сообразил быстро.
— Хоккей?! Да ладно! Мы тусили с девчонками из женской сборной! — он еще раз оглядел ее аккуратную, даже, можно сказать, миниатюрную фигуру: — У них совсем другая комплекция. Вы в этой команде годились бы только на роль шайбы.
Она опять рассмеялась — громко и заразительно.
— Боже, Саша, если бы я знала, какой вы увлекательный собеседник — я бы познакомилась с вами раньше.
Так. Уже Саша. И комплиментами заваливает. Это «ж-ж-ж-ж» неспроста.
— Тронут высокой оценкой, но у меня больше нет версий. Я сдаюсь.
— И это ответ победителя всех возможных турниров?
Все, Саше окончательно надоела эта игра в загадки и ребусы.
— Послушайте…
— Простите, Саша, — перебила она его. — Вы правы. Эта игра несколько затянулась. Я представлюсь. Меня зовут Алла Алфеева. Чемпионка Европы. По фигурному катанию.
— А. По фигурному катанию.
Она снова рассмеялась — мягко. Саша вдруг понял, что ему нравится ее смех. Он не визгливый.
— Ох уж это «А-а-а-а». Ох уже этот фирменный хоккейный снобизм. Весь лед — только ваш.
Какая же она… Острая. За словом в карман не лезет. А еще такую девушку, похоже, хрен заденешь или обидишь. В принципе, Сашка обидчивых не любил. Да и кто их любит? Проверить, что ли?
— Чемпионка Европы однократная?
— Двукратная. И четвертое место на мире. Самое обидное. Деревянная медаль. Да, Саша, вы правы — я гораздо менее титулована, чем вы.
Сашке вдруг стало неловко за свои попытки ее уколоть.
— Нет, я понимаю. Что у вас на самом деле, несмотря на всю эту музычку и блестки — суровый вид спорта. Доводилось в молодости тренироваться на одном льду с фигуристами. Я видел, как вы бахаетесь с прыжков или с этих… как их там…
— Поддержек. Или выбросов.
— Точно. Но все-таки…
Алла прошла и оперлась спиной о перила, поставив на них локти. В такой позе очень выгодно смотрится женская грудь. Если она есть, конечно. Тут явно не тот случай. Ну да, фигуристки все плоские, им лишние объемы вообще ни к чему, наверное.
И все же Сашке нравился этот разговор. И эта немного необычная Алла. Она не тушуется, за словом в карман не лезет, не хлопает ресницами, умеет держать удар, несмотря на то, что Сашка в общении с ней вдруг почему-то включил тупого спортсмена. К тому же, у нее приятный смех. А еще она умеет на коньках. Не то, чтобы это имело какое-то принципиальное значение, но все же как-то сближает.
— Что — все-таки?
Саша прошел и тоже оперся локтями о перила. Только он стоял лицом к перилам. Теперь, чтобы смотреть друг на друга, ему и Алле приходилось поворачивать головы.
— Я не понимаю, что это за спорт, когда твой результат зависит от оценок каких-то людей.
— В хоккее тоже есть судьи.
— Рефери. И они следят за нарушениями. Но результат — результат зависит только от тебя и твоей команды — есть шайба в воротах или нет.
— Не буду спорить, Саша. В ваших словах есть правда.
— А вы пришли, чтобы сравнить судейство в хоккее и в фигурном катании?
Она улыбнулась. Но взгляд голубых глаз остался серьезным.
— У меня есть к вам и другой разговор, Саша. Точнее, предложение. Но для начала предлагаю перейти на «ты».
Ага. Вот мы и дошли до сути.
Саша выпрямился, подошел, открыл дверь домика и сделал второй за вечер щедрый приглашающий жест.
— Заходи, Алла.
* * *
— Предложение, бесспорно, заманчивое. Для кого-то.
— Но не для тебя.
— Не для меня.
— Почему?
Саша, наклонив голову, разглядывал в упор сидящую напротив него Аллу. Она прямо и открыто смотрела на него. Н-да. Мало того, что бронебойная, так еще и упертая, похоже.
— Причины очевидны.
— Озвучь их, пожалуйста.
— Алла, то, что я умею стоять на коньках, еще не делает меня фигуристом.
— От тебя этого никто и не требует.
— Но тогда я не понимаю…
— Саш, я уже все продумала. Я перекрою сюжет, поменяю последовательность номеров. От тебя требуется один раз проехать по кругу в начале и один раз в финале. Но и в середине небольшой, очень простой номер с поддержкой.
— Алла, где я и где поддержка?!
— Я вешу всего сорок пять килограмм.
— Да я не про то! Я же этого не умею! А если я тебя уроню?!
— Саш, у тебя идеальное сложение для партнера.
— Чего? — Сашка даже моргнул от неожиданности.
— Смотри, — она пересела рядом с ним на кровать. — Смотри, какие у тебя руки, — тонкие женские пальцы попытались обхватить мужской бицепс. — А спина какая! — женская ладонь прошлась по мужской спине. — А грудные мышцы?.. Смотри, какие мощные. Саш, ты создан для того, чтобы поднимать женщин на льду. Все будет хорошо. Не бойся.
— Так! — Саша резко поднялся на ноги. — Прекрати меня лапать! Я не такой!
Алла рассмеялась. После паузы рассмеялся и Сашка, снова сел на кровать.
— Ну как ты не понимаешь, что это совершенно тухлая затея?
— Я не услышала пока ни одного аргумента против.
— Слушай… — Саша по привычке попытался взъерошить волосы. — Ну ладно, я понимаю, партнер твой травмировался. Но у вас же там до черта народу. Целое шоу, и все профессионалы в фигурном катании. Почему нельзя никем заменить? Почему именно я?
Алла вздохнула и вдруг принялась разглаживать трикотажные штаны на бедрах.
— Выкладывай все, — тут же предупредил Саша. — Иначе вообще без шансов.
— Значит, шанс все же есть. Я так и думала. Прекрасно.
Вот же зараза хитрая!
— Я жду ответа.
Алла еще раз вздохнула.
— У меня половина коллектива слегла. Непонятно, то ли кишечная инфекция, то ли отравление. Все питались в одном кафе. Люди с