— Я пришел обсудить яйца, — пророкотал он. У него всегда был этот низкий, хриплый голос. Ни капли приятного тона, по крайней мере, когда он говорил со мной. В школе мне это казалось загадочным. Я четыре года сходила с ума по этому уроду.
Но я больше не та девчонка. Я не позволю этому ублюдку разговаривать со мной так, словно я в чем-то виновата.
— Мне некогда обсуждать с тобой стоимость яиц, — я вскинула подбородок, встречая его взгляд. — Если хочешь купить цветы — скажи, что именно. Иначе я попрошу тебя уйти.
Он хохотнул низко и глухо, звук шел из глубины груди.
— Я здесь не за ценами на яйца. Я пришел сказать тебе, кто забросал твой магазин.
— Что? Откуда ты вообще можешь это знать? — я возмущенно скрестила руки. — Разве что ты сделал это сам.
— Да, Эмилия. У меня столько свободного времени, что я купил яйца и специально пришел, чтобы размазать их по твоим окнам, — он уставился прямо в меня. — Я не говорю, что ты этого не заслужила. Я здесь, чтобы сказать, кто это сделал, и чтобы ты перестала ныть моей семье, будто это из-за меня.
Наглость у него зашкаливала.
— Ты серьезно?
— Я всегда серьезен, — ответил он сухо, без тени эмоций.
— Или покупай что-нибудь, или вон отсюда! — я указала на дверь.
Его губы дрогнули в уголках. Это не была настоящая улыбка. Скорее ухмылка, которая говорила: он наслаждается этим. Ему так сильно нравилось меня ненавидеть, что он получал кайф, портя мне день.
— Ты и есть причина, по которой меня закидали яйцами. Ты обвинил меня в написании этой чертовой колонки, и теперь у людей появился повод меня не любить, — я сжала кулаки. Этот человек бесил меня до дрожи.
— То есть, по сути, ты сама и есть причина, Эмилия, — он не сводил с меня глаз, чуть раздувая ноздри и приподняв бровь.
— Знаешь что, Бриджер, — выдохнула я, — я с нетерпением жду момента, когда докажу, что ты не прав. Я принесу доказательства в ближайшие дни.
У меня уже был план, в котором мне помогала Хенли, даже если она и отказывалась подавать на него в суд за клевету — все-таки она была помолвлена с его братом. Пришлось выбрать второй вариант.
— Не надейся, я не так легко ведусь, как остальная моя семья, — сказал он холодным, как лед, голосом.
— Ну, зато ты гораздо больший дурак, чем все они вместе, может, поэтому путаешься.
— У меня нет времени на твои шуточки.
— Отлично. А я не хочу видеть тебя в своем магазине. Так что выход там, — я снова указала на дверь, и он проследил за моим пальцем. Тем самым, которым я ткнула его в грудь прошлой ночью. Надеюсь, синяк остался.
Он огляделся, потом наклонился вперед, так что его лицо оказалось прямо напротив моего. На миг я даже не поняла — он сейчас меня поцелует или укусит. Вот настолько близко он был.
— Кара Кармайкл, — произнес он низко.
— Кара Кармайкл — что? Ты зачем назвал ее имя? Ты с ней встречаешься, хотя она беременна от другого?
Он закрыл глаза, будто ему наскучил весь разговор.
— Это она закидала твой магазин. Не я и не кто-то из моей семьи.
Я уставилась на него:
— Я и не думала, что это ты или твои родные.
— Так зачем тогда обвиняешь меня?
— Потому что именно из-за тебя люди на меня злятся, — я потерла виски пальцами.
— Ну, я с Карой Кармайкл не общаюсь. Вот и все. Делай с этой информацией что хочешь, только оставь мою семью в покое.
— В принципе, логично. Кара недавно засветилась в Taylor Tea — у нее роман с почтальоном Харви. Ты, конечно, знаешь. И разумеется, она решила, что это я выдала их тайну. Теперь дочь Харви не разговаривает с ним, и, разумеется, Кара винит меня, — я застонала.
Харви Лоусону было почти пятьдесят. Да, он выглядел, как Джордж Клуни, и легко понять, почему Кара влюбилась в этого седого красавца, но то, что его дочь была лучшей подругой Кары, превращало ситуацию в полный бардак.
— Может, тебе стоит не совать нос в чужие дела, — резанул он, направляясь к двери.
— Может, тебе стоит последовать своему собственному совету. — Я обошла прилавок и последовала за ним к выходу. — Кара была постоянной клиенткой, и раз ты заговорил об этом, она с тех пор к нам не заходила. Я должна подать на тебя в суд за урон бизнесу.
— Ты не справишься со мной, Эмилия. — Его взгляд застыл, он толкнул дверь, и в салон ворвался прохладный воздух. Уже подходил конец ноября — мое любимое время года, по крайней мере до того, как этот мрачный Бриджер Чедвик заглянул помучить меня.
— Принимаю вызов. Не хлопни дверью себе по заднице, Чедвик.
Он хмыкнул, закрывая дверь. Я вернулась к прилавку, взяла телефон и отправила сообщение трем лучшим подругам — Хенли, Лулу и Элоиза. Элоиза нас всех свела несколько месяцев назад, но теперь она живет в городе, и я ужасно по ней скучаю.
Мне нужно как можно скорее записаться на полиграф. Твой будущий зять неумолим.
Хенли: Я уже говорила с Дугом в участке, он сказал, что можем назначить на этой неделе.
Лулу: Вау. Ты правда это сделаешь? Можно я с тобой пойду?
Я: Конечно. Все желающие — пожалуйста. Мне нечего скрывать.
Элоиза: Чтоооо? Ты правда? Почему я всегда пропускаю все самое интересное?
Я: Я с радостью пришлю тебе результаты. И кстати, я знаю, кто закидал магазин яйцами.
Хенли: Скажи, что это не Бриджер.
Я: Это была чертова Кара Кармайкл.
Лулу: Подожди. Разве она сейчас не очень беременна?
Элоиза: Беременная женщина с коробкой яиц забросала твой магазин?
Хенли: Ты в этом уверена?
Я: Бриджес сказал, что у него есть доказательства. Он забежал и сообщил мне, что это она, чтобы я перестала реветь его семье, будто он причина того, что меня закидали.
Лулу: Но если это она, то все равно виноват Бриджер, потому что он рассказал всем, что именно ты — анонимный автор колонки.
Я: Точно. Он этого не видит.
Элоиза: Как он этого не видит? Он же устроил сцену, и теперь людям кажется, что это ты.
Хенли: Бриджер уверен, что она виновна, поэтому он не думает, что сам виноват.
Лулу: Похоже, пора на