— Бизнес, — ответил я не думая.
— Ну, это все так говорят, — хохотнул диспетчер, — но вы же в курсе, что вам придётся для начала довольствоваться статусом беженца?
— Да, — вздохнул я, — но меня сейчас заботит не это — мой корабль при входе в систему был атакован…
— Вы можете подать жалобу, — эти слова были произнесены совершенно скучным голосом, — но от себя могу дать вам совет — не тратьте на это своё время…
— Так и в мыслях не было, — хмыкнул я, — упомянул об этом об этом совершенно с иными целями.
— Ну, раз вы не хотите жаловаться, — голос диспетчера звучал уже более бодро, — то тогда я всё ещё готов вам помочь.
— Я завёл этот разговор потому, что кораблик нуждается в ремонте.
— На любой из наших орбитальных станций вы можете получить полный спектр услуг по ремонту, тюнингу и смене модулей… В общем тут можно организовать всё, что угодно… Но, само собой, при одном условии.
— Давайте я угадаю, — я был уверен, что с первого раза назову это условие, — всё это возможно только в том случае, если у меня есть, чем оплатить все эти услуги… Я угадал?
— Какой смышлёный парень, — диспетчер явно веселился, — но давай уточним. Тебе нужен капремонт этого фрегата?
— Да. Именно это мне и нужно. Если сможешь мне что-нибудь посоветовать, то буду благодарен.
— В качестве благодарности мне сойдёт уже то, что ты последуешь моему совету, — хмыкнул диспетчер. Значит так. Летишь на орбитальную станцию FDS-14–17. Я их предупрежу, они с тобой свяжутся. Они тебя и на нужную посадочную палубу направят. А вот когда сядешь, то найди в справочнике станции номер конторы «Волшебник и технарь». Вот с этими ребятами и договаривайся обо всём. Они цену не ломят и делают всё с душой. Единственное, о чём тебя попрошу, так это о том, чтобы ты подтвердил, что тебя к ним направил Асо Казенуми — это я, если ты сразу не понял. Так ты меня и отблагодаришь.
Ага, за меня ему какую-то долю малую отстегнут… Тут всё понятно:
— Добро, мастер Асо! — ответил я. — Какие теперь мои действия?
— Жди, — ответил диспетчер, — в течение пяти минут с тобой свяжутся и сделают так, чтобы ты не заблудился.
Я откинулся на спинку кресла. Ну, что же, первый шаг сделан. Мне ещё предстоит решить тут массу мелких и крупных вопросов, но начало положено…
А через пять минут снова заморгал сигнал вызова:
— Пилот корабля RF-002–13-Q, это диспетчер орбитальной станции FDS-14–17, ответьте… — На этот раз я услышал приятный женский голос. Ну, что же, так даже как-то и получше…
— Слушаю, капитан корабля RF-002–13-Q Алексей Князев…
В общем, я договорился с Ханной — так звали диспетчера, о том, что проследую к станции по траектории, которая позволит мне сэкономить как можно больше топлива для планетарных движков. Но при этом нашему фрегату придётся затратить немного больше времени и совершить вокруг планеты пару оборотов.
При наличии топлива без этого можно было бы обойтись. Но, увы, сейчас я не мог позволить себе такой роскоши.
Но, главное, что топлива нам, чтобы добраться до этой станции, хватит точно. И даже ещё немного останется. Правда, совсем немного — зажигалку заправить хватит, но и только…
За эти два витка мы смогли бегло осмотреть, как планета выглядит и с дневной стороны.
Вообще, с низкой орбиты смотрелась она довольно неплохо.
Сквозь облачный покров вполне можно было разглядеть, что материк на планете один. Этот материк занимал почти всё северное полушарие. С юга он почти доходил до экватора. Были видны зелёные пятна лесов, горные цепи…
А район Северного полюса занимало большое море, частично покрытое льдами.
Всё южное полушарие занимал огромный океан. И только примерно на тридцатой южной параллели в этом океане можно было рассмотреть цепочку островов. Она как бы опоясывала на этом уровне всю планету. Некоторые из этих островов были довольно велики, но до материков по размерам своим всё равно не дотягивали.
И, что мне очень понравилось, так это то, что ось вращения планеты была фактически перпендикулярна к плоскости её орбиты. На основании этого можно было с высокой долей уверенности говорить о том, что смены времён года там нет.
То есть теоретически можно было выбрать для себя местность с подходящим температурным режимом и жить там в своё удовольствие.
Но это теоретически. Я думаю, что стоимость земли в особо популярных областях тут кусается…
Но вот уже и станция показалась. Грани её корпуса сверкали отражённым светом красного карлика Латоти. И, по мере того, как мы к этой станции приближались, она занимала всё больше и больше места на обзорных экранах. Она была огромна, да…
Я почувствовал лёгкое сотрясение. Но даже не успел удивиться этому событию, как Ханна всё объяснила. Это стационарный трактор-бим подхватил наш кораблик. А это значит, что движки можно глушить — теперь станция сама нас затянет в проём нужной посадочной палубы.
Но вот мы прошли сквозь поле, которое не давало вырваться наружу дыхательной смеси. И оказались внутри станции.
Посадочная палуба была очень просторна, и те корабли, что сейчас тут стояли, почти терялись в этом необъятном пространстве.
Я как-то всё это иначе представлял. Я ожидал, что увижу тут что-то, что было бы самым худшим вариантом моего родного «Форта-13», с кучами лома по углам и заляпанными не пойми чем плитами пола.
Но нет, тут все просто блестело. И не скажешь, что здешние хозяева — пираты…
Тем не менее, расслабляться нельзя. Нужно реализовать то, что у нас есть с собой. И делать это надо будет осторожно, чтобы не возбудить ненужного внимания к себе, любимым…
Да и вообще, сперва надо понять, как тут всё организовано, как тут дела делаются…
Но, как мне сказала Ханна, первое, что нам следовало сделать, так это посетить офис миграционной службы.
Зарегистрировать свои ФПИ, получить отметку о статусе беженца и стать на учёт.
Кстати, статус беженца вовсе не означает того, что кто-то тут будет нас кормить, или ещё как-то заботиться о нас — вовсе нет.
Мало того, чтобы получить этот самый статус, за него надо было ещё и заплатить. У нас, хвала Ушедшим, оставались какие-то живые деньги на анонимных чипах.
Так что внести оплату мы за себя могли.
А вот тем, у кого денег нет, тем приходится намного сложнее. Всё местное общество состоит из людей до тошноты прагматичных и к гуманизму не