— Лиззи молода, — сказал Эребус. — Что могла написать такая юная особа, чтобы по её следу шло столько охотников?
— Лиззи ничего не писала, — ответила Тесс. — А вот Элейн Борден…
<Читай>, — сказал Саймон, глядя на дневник, как на рассерженную гремучую змею.
Тесс начала читать записи. Когда она закончила, Саймон ждал, что скажут остальные, но никто не произнёс ни слова… если не считать рычания Блэра.
— Это подтверждает то, что терра индигене уже выяснили, но теперь людям в правительстве следует объяснить, почему у их народа не будет достаточно еды, почему некоторые вещи будет трудно купить, — наконец, сказал Генри.
— Думаешь, люди в правительстве ещё не знают? — голос Влада звучал скептически. — Это остальные люди должны знать о том, что касается движения HТЛ, люди, которые первыми претендуют на еду, живут в Кель-Романо, а люди в Таисии получат объедки, если они будут. Голод заставит их попытаться отнять больше земли у остальных созданий Намида.
<Я согласен открыть это человеческим правительствам>, — сказал Эллиот. <Но как мы это сделаем? Сколько копий этого дневника можно сделать?>
— Большая часть того, что было написано, носит личный характер, — сказала Тесс.
— Сомневаюсь, что это заинтересует кого-нибудь, кроме лейтенанта Монтгомери.
— То, что важно для терра индигене, можно свести к нескольким параграфам, которые подтвердят нашим лидерам, что люди ответственны за нехватку продовольствия и материалов, — сказал Влад. — Это всё, что нужно знать людскому правительству.
<Мы должны сделать две копии всего этого>, — сказал Эллиот. <Одну копию оставим себе, а другую отдадим Двору Толанда, поскольку им придётся иметь дело с той частью неприятностей, которая творится в их городе>.
<Не наше дело выть об этом людям по всей Таисии>, — сказал Саймон.
<Этот выбор должен быть сделан терра индигене, заботящимися о каждом регионе нашей земли. Мы принимаем решения за Лейксайд>.
— В последнее время мы принимаем решения не только для Лейксайда, — возразил Генри. — Как минимум, весь Северо-Восточный регион будет подчиняться нашим решениям.
<Ну, если мы принимаем решения за тех, кто этого не делает…> — Саймон замолчал. Был ли Монтгомери не совсем их, или он теперь был частью человеческой стаи? <Я думаю, что оригинал дневника следует отдать лейтенанту Монтгомери. Элейн умерла, чтобы Лиззи могла сбежать от плохих людей и принести ему эти слова>.
Повисло молчание, пока они все обдумывали это.
— Двух копий этого дневника будет достаточно, — сказал Эребус, кивнув в сторону Эллиота. — Один для Лейксайда и один для Толанда. Влад, когда эта встреча закончится, ты позвонишь Ставросу. Скажи ему, что есть факты, которые он должен знать и которые нельзя обсуждать по телефону.
Влад кивнул.
— Я позвоню ему и попрошу сесть на ближайший поезд.
<Я всё равно считаю, что мы должны рассказать большему количеству людей>, — сказал Эллиот.
<Теперь не имеет значения, сколько людей знают>, — сказал Саймон. <Они лгали друг другу и пытались обвинить нас, чтобы причинить неприятности. Они намеренно делали всё так, чтобы их народ голодал в наступающем году, чтобы создать ещё больше конфликтов. Именно из-за этого терра индигене в диких землях будут решать, что произойдёт дальше>.
Никто не произнёс ни слова, пока они обдумывали последствия. Люди мало что понимали о терра индигене, которых они могли видеть. И уж тем более они вообще ничего не понимали о коренных жителях, которые жили в диких землях.
— Поезд. Поезд, — сказала Тесс. — Когда Мег проговаривала последнее пророчество, она произнесла это слово дважды. Распорядитель и его… люди… потратили годы, обучая её, так что всё, что она говорит в пророчестве, имеет смысл.
— Ставрос приедет на поезде, — сказал Влад.
— И кто-то другой тоже. Хорошо это или плохо, но я думаю, что нам следует ожидать второго посетителя.
Саймон крякнул, пытаясь подняться на ноги.
<Достаточно. Завтра я смогу перевоплотиться. Тогда и посмотрю, как чувствует себя человеческая форма и какие у неё могут быть ограничения>.
— А я сейчас пойду в «Три Пи» и сделаю копии дневника, — сказала Тесс.
Поскольку на этой встрече ему больше ничего не нужно было делать, Саймон заковылял к двери, а затем подождал, пока кто-нибудь её откроет. Ему хотелось немного пройтись и побольше отдохнуть. Ему хотелось свернуться калачиком рядом с Мег, чтобы его гладили, пока она смотрит кино.
Он хотел быть здоровым и достаточно сильным, чтобы защитить себя на случай, если второй посетитель, прибывающий в Лейксайд, окажется врагом.
* * *
Дженни Кроугард вернулась в свою квартиру в Зелёном Комплексе рано вечером. Кроугард провели весь день вместе, оплакивая потерю Кристалл, подобно тому, как люди собрались оплакать потерю Лоуренса МакДональда.
«Откроют ли Вороны завтра «Блестяшки и Барахло»?» — задавалась вопросом Мег. «Или они бросят свою лавку на Рыночной Площади?»
Чувствуя себя неловко, она постучала в дверь Дженни… и постаралась не глазеть, когда Ворона ответила.
Чёрные волосы Дженни, обычно блестящие и ухоженные, тускло свисали вокруг лица, искажённого горем.
— У меня есть кое-что для тебя и Старр.
Мег протянула ей маленькую декоративную коробочку, ту самую, что Джулия Хоукгард подобрала для неё.
Дженни взяла коробку и целую минуту смотрела на нее, прежде чем подняла крышку. Она высыпала несколько монет в руку.
— Блестят, — прошептала она. — Монеты не всегда такие блестящие. Кристал любила блестящие монеты. Она держала их в миске на прилавке.
— Я знаю. Вот почему я их отполировала. Я подумала, что вы могли бы добавить их в чашу в её честь, — Мег замолчала. — Я не знаю, как помочь, но я хочу помочь.
— Ты помогла. Ты предупредила Саймона, но мы не послушались, когда он сказал, что нам нужно уходить. Там было так много блестящего, так много сокровищ, на которые можно было смотреть и трогать, что мы не хотели слушать. Он вынужден был ждать, ему пришлось спорить с нами, и это дало людям время атаковать.
— Эти люди планировали напасть на терра индигене. Это не ваша вина, Дженни.
Ворона высыпала десятицентовики обратно в коробку.
— Это ничего не меняет. Кристал мертва. МакДональд мёртв. И мы снова узнали, что людям нельзя доверять.
Гнев в глазах Дженни заставил Мег похолодеть.
— Дженни…
— Нашей Мег можно доверять. Наша Мег не предаст нас.
— Нет, не предам. Как и не предадут ни Мэри Ли, ни Рут, ни другие люди, которые здесь работают.
Дженни пожала плечами.