Другая причина заключалась в том, что пророки по крови были творением Намиды, одновременно чудесным и ужасным, и гораздо более опасным, чем кто-либо мог себе представить. Именно по этой причине Иные потребовали того, что люди называли полным раскрытием информации — раскройте все места, где жили пророки по крови, или уничтожается весь город, где замышляли держать девушек в секрете.
Весь континент был потрясён терра индигене, которые охотились на человека, известного как Распорядитель. Иные Среднего Запада, где располагалась эта резервация, не только уничтожили этого человека и тех, кто работал на него; они показали человеческим властям, что означают законы, допускающие «благосклонное владение», для кассандра сангуэ, которые содержались в таких резервациях.
Мег выбралась из этой резервации на Среднем Западе. Саймон нашёл её камеру, когда искал её подругу Джин, и уже одно это воспоминание о запахе Мег в этом месте наполняло его яростью.
Человек в билетной кассе отмахнулся от них.
— Сегодня с вас ничего не возьмут. Лучше всего спуститься к воде. Паром ждёт вас там.
<Не обычное явление>, — сказал Генри, переключаясь на форму общения терра индигене, пока они шли к парому.
<Нет. Но когда Стив Ферриман позвонил и попросил о встрече, голос его звучал испуганно>.
Саймон не был уверен, как Интуиты видят себя: как расу, отдельную от других людей, или как группу людей, которых преследовали из-за их особой способности чувствовать то, что их окружает, так, как другие люди не могли. Как бы ни называлась эта способность, интуиция или второе зрение, Интуиты не видят видений, но у них возникает ощущение чего-то: хорошего или плохого. Изгнанные из человеческих поселений много поколений назад, они заключили свои собственные сделки с терра индигене и теперь имели свои собственные деревни, скрытые в диких землях, вне досягаемости от их преследователей.
Но они не всегда были вне досягаемости. Когда они жили среди других людей, иногда у них рождались девочки, которые были более чувствительны, чем остальные Интуиты, девочки, которые могли видеть видения. Из Интуитов вышла первая кассандра сангуэ — девушка, которая видела предупреждения о грядущих событиях всякий раз, когда её кожу резали.
В каком-то смысле они все совершали полный круг. Интуиты, которые отказались от этих отпрысков, думая, что спасают девочек, а также других своих детей, теперь добровольно вызвались быть опекунами девочек, которые хотели покинуть резервации, где их считали и относились к ним как к собственности.
Мег не была собственностью. Уже нет. Она была его другом, и ей следовало дождаться его возвращения, прежде чем воспользоваться серебряной бритвой.
Как только он вернётся домой, то сразу же начнёт ворчать на Мег за то, что она так хитро обошлась с этим порезом. И ещё он нарычит на Мэри Ли. Это, может быть, произведёт большее впечатление.
Или нет.
Когда «Вопиющее Интересное Чтиво» было открыто для клиентов-людей, среди них были женщины, которые приходили разнюхивать что да как, чтобы увидеть терра индигене с мехом или перьями или они хотели прогуляться по дикой стороне, рассматривая секс с мужчиной, который не был человеком, как своего рода трофей. Это поведение было легко понять и проигнорировать. Но человеческая стая в Дворе! В этих женщинах нет ничего простого.
<Перестань рычать>, — сказал Генри. <Ты пугаешь людей>.
Он не осознавал, что рычит. Быстрый осмотр языком над зубами предупредил его, что ему нужно вернуть клыки обратно к форме более близкой к человеческой, прежде чем он улыбнется нервничающим людям, которые наблюдали за ним.
— Доброе утро, — сказал мужчина, когда Саймон и Генри ступили на паром. — Я Уилл Ферриман, брат Стива. А это наша тётя, Люсинда Фиш. Мы отвезём вас на остров. Стив забронировал зал в правительственном здании. Вы знаете, где это?
— Да, — сказал Генри.
— Вы не возражаете, если мы останемся снаружи? — спросил Саймон.
Паром был небольшим судном, и ему совсем не хотелось сидеть взаперти в каюте с кучкой нервничающих пассажиров.
Нервные люди больше пахли добычей, что облегчало реакцию «Волк на охоте», и от этого становилось гораздо труднее отступать, когда запах крови наполнял воздух.
— Нет проблем. Только не перегибайтесь слишком через перила, — сказал Уилл. — Даже хороший пловец может попасть в серьёзную беду в этом течении.
<Неужели он думает, что мы настолько глупы?> — спросил Саймон Генри, когда они направились к носу корабля.
<Нет, но я думаю, что он имел дело с людьми, которые были настолько глупы>, — ответил Генри.
Уилл и его тетя направили паром от берега, и тот начал свой путь через реку Талулах.
Причал Паромщика был деревней Интуитов, разделённой рекой. Половина деревни находилась на материке, а другая половина — на Грейт Айленде. В отличие от Лейксайда, который был городом, управляемым людьми, построенным на земле, арендованной у Иных, Причал Паромщика всегда был человеческим поселением, контролируемым терра индигене. Это означало, что коренные жители имели последнее слово во всём, что делали люди, будь то строительство нового здания или разрешение кому-то стать жителем деревни, и у них не было никаких сомнений в устранении людей, которые пытались причинить неприятности.
Это была суровая правда, которую жители Талулах Фолс всё ещё узнавали, теперь, когда город больше не был под контролем людей.
— Похоже, Стив Ферриман не захотел дожидаться, пока мы поднимемся к правительственному зданию, — сказал Генри, когда они увидели причал и двух мужчин, наблюдавших за ними. — Или у Мина Бэагарда тоже есть причина встретиться с нами.
Чёрный Медведь утверждал, что он всего лишь на полставки миротворец на острове. Но Мин был одним из немногих терра индигене на острове, кто действительно отважился войти в саму деревню, так что сказать, что Мин был просто миротворцем, было всё равно, что сказать, что Генри был просто скульптором. Гризли Лейксайда был членом Деловой Ассоциации, а также духовным наставником Двора. Поэтому мнение Генри имело вес.
Как и лапа, которая могла, и хотела бы, вломить смысл в человека.
<Стив просит вас остаться на пароме>, сказал им Мин. <Место встречи было изменено>.
Меховая накидка появилась на плечах Саймона. Будучи человеком, он был адекватным пловцом. Как Волк, он был превосходным. Но он не хотел бы испытывать свою силу и выносливость против реки Талулах. Ему не нравилось чувствовать подозрение, что Стив Ферриман привезёт их на остров, а потом не захочет, чтобы они там были, но у