Вера приветственно кивнула, решив пройтись вдоль полок и посмотреть, что тут продается, перед тем как задавать вопросы. Кто знает, вспомнит ли сорока, у которой так бойко идет торговля, про какой-то определенный предмет, который мог проходить через ее крылья много лет назад? Наверное, к ней постоянно попадают старые чайные сервизы.
Изучив почти все товары, выставленные в небольшом магазинчике, лиса решила, что пора переходить к делу. Если она тут слишком надолго задержится, то пропустит последний паром в Тенистую Лощину и ей придется остаться здесь ночевать. Вера подошла к прилавку, где терпеливо ждала птица.
– Добрый день! Стефани Пиппен к вашим услугам! Ищете что-то конкретное?
– Да, – радостно ответила Вера. – Меня интересует серебряный чайный сервиз. Очень своеобразный – с выгравированными розами и бабочками. Вы не видели ничего подобного в последнее время?
Сорока задумалась, проводя клювом по одному из перьев.
– Хм-м. Может быть. Еще что-то конкретное о нем помните?
– Резная деревянная ручка на заварочном чайнике, молочник по виду напоминает большой розовый бутон. – Вера помнила, что сахарница отличается от них, поэтому не стала ее упоминать.
– О да. Я знаю, о чем вы говорите, – кивнула Стефани. – Это великолепный дизайн, разработанный серебряных дел мастерами Ридом и Бертоном. Узор называется «Сад королевы». Верхнего ценового сегмента. Их мало поступает в продажу, потому что если кому-то повезло приобрести такую посуду, то с ней уже никогда не расстаются.
– Какие-то из них когда-нибудь проходили через ваш магазин?
– О, раз или два ко мне попадало по одной вещице, но никогда сервиз целиком. Как я уже говорила, это редкость. Почему вы интересуетесь?
– Я журналистка из «Вестника» Тенистой Лощины. Вера Виксен. Я работаю над статьей, и в деле фигурирует украденный чайный сервиз. Я пытаюсь найти его.
Стефани громко ахнула.
– О нет! Я никогда не торгую ворованными вещами!
– Я на это даже не намекала! – быстро сказала Вера, не желая пугать владелицу магазина. – Я просто хотела узнать, не пытался ли кто-то продать вам предметы, соответствующие этому описанию. Может, вы помните, кто это был, и сможете его описать.
– Боже мой, ничем не могу вам помочь. Я знаю большинство своих клиентов, как покупателей, так и продавцов. Если мне покажется, что с товаром что-то не так, я не стану его брать. Я отправлю такого продавца вон!
– Значит, к вам в магазин ни разу не попадал полный или почти полный сервиз? Точно? В последние несколько месяцев? – Октавия сказала, что купила сервиз в Вязовой Роще, но, возможно, не в магазине Стефани.
– Я бы точно помнила такой товар! Да такая сделка покрыла бы все расходы за месяц.
– Раз никто не покупал такой сервиз у вас, есть ли в вашем городе кто-то еще, торгующий подержанным серебром?
Сорока надула грудь.
– Законного бизнеса нет, это точно! Я захватила этот рынок. Предполагаю, что есть те, кто торгует частным образом… Но готова поставить весь свой товар на то, что в Вязовой Роще нет достаточно богатых жителей, чтобы владеть таким сервизом. Если б он у кого-то имелся и они захотели его продать, я бы точно об этом услышала!
Вера ей поверила. У сороки не было причин лгать. И она наверняка знала все о том, что происходит на ее участке леса. Вера дала сороке свою визитку и попросила отправить сообщение в редакцию газеты, если та вспомнит что-то еще. Вера вышла из магазина, напряженно обдумывая ситуацию.
Если Стефани говорит правду, это означает, что Октавия врет. Норка заявила, что недавно купила сервиз в Вязовой Роще. Но возможно, она приобрела его гораздо раньше – одиннадцать лет назад, примерно в то время, когда Джулия готовилась покинуть Тенистую Лощину. Но как? Серебристая норка совершенно точно не покупала его в Тенистой Лощине, потому что никогда раньше здесь не появлялась. Уж кто-то бы да запомнил такую яркую особу!
Вор продал сервиз Октавии, которая не погнушалась купить вещи, зная, что они краденые? Возможно. Даже аристократы из высшего общества могут заключать сделки со скользкими и изворотливыми типами, чтобы сэкономить деньги.
В любом случае Вере пора было спешить на причал и садиться на последний паром домой.
Пока паром шел вверх по течению, Вера смотрела на закат и напряженно думала. У нее имелась целая коллекция зацепок, которые намекали на связь между Джулией, Октавией и сервизом, но твердых доказательств не было.
– Только много всяких историй, – пробормотала она себе под нос. И в этом заключалась проблема. У нее были рассказы о том, как Джулия была несчастна, семейные истории Октавии, объяснения Левши про поддельные драгоценности и многие другие. Вере требовались доказательства, что-то, чтобы подтвердить, правдивы или лживы эти истории.
Когда Джонси причалил к пристани в Тенистой Лощине, Вера буквально выпрыгнула из парома на твердую землю. Ей хотелось побыстрее привести в порядок все записи и понять, какие именно зацепки следует искать. Как журналистка, она привыкла выискивать источники для своих статей. А это не сильно отличалось от поиска улик и доказательств в расследовании.
Возможно, ей все-таки следует поговорить с Орвиллом. Она профессионал, и он тоже профессионал. Им нужно работать вместе для благой цели – поиска убийцы! Вера кивнула сама себе, радуясь, что относится к делу как взрослая. А если цветы послал Орвилл, это означает, что он тоже хочет помириться.
Вера завернула за угол на Главную улицу, направляясь к отделению полиции. Стоило ей добраться до каменного здания, как она услышала слишком знакомый голос, который заставил ее замереть на месте. Говорила Октавия Грей, стоявшая у двери участка. Вера нырнула за угол здания и прислушалась.
– Ты можешь на меня рассчитывать, мой дорогой Орвилл, – ворковала норка самым нежным голосом. – С настоящей любовью не шутят! – Она засмеялась звонким серебристым смехом и пошла прочь.
– Хорошего вечера, – прозвучал голос Орвилла.
Вера еще долго не могла сдвинуться с места, где стояла, хотя Октавия уже давно прошла мимо. Вера пыталась взять себя в лапы и контролировать эмоции. «Можешь на меня рассчитывать? Настоящая любовь?» Лиса зарычала от одной мысли, что пара клянется друг другу в любви всего после недели знакомства.
Ей хотелось убежать домой и плакать, так ужасно она себя чувствовала. Может, следовало найти Ленор и дать волю чувствам. Или навсегда сбежать из Тенистой Лощины, как когда-то попыталась Джулия Элкин.
При мысли о Джулии у Веры перехватило дыхание. Перед ней стояла определенная задача, и израненное сердце не остановит журналистку от ее выполнения. Она