Но помощь пришла — и пришла она из Америки.
С началом войны американские евреи создали временный сионистский комитет, во главе которого встал знаменитый судья Луи Брэндайс [59]. Начался интенсивный сбор средств в помощь голодающей Стране. Но это, конечно, не могло решить всего комплекса проблем. Требовалось вмешательство на государственном уровне, и оно не заставило себя ждать. Наибольшую активность развернул Генри Моргенто, американский посол в Турции. Во-первых, ему удалось заставить турок отменить решение об интернировании и депортации евреев в Анатолию. Во-вторых, он добился упрощения сложной процедуры получения османского подданства. В-третьих, он и другие американские сионисты убедили свое правительство задействовать самый убедительный вид дипломатии: дипломатию канонерок.
Уже в октябре 1914 года у берегов Яффы впервые появился военный корабль под звездно-полосатым флагом — фрегат «Северная Каролина». Он привез первые 50 тыс. долларов от американского еврейства. В то время США еще придерживались нейтралитета (в войну Америка вступила лишь весной 1917 года) и могли позволить себе игнорировать британскую морскую блокаду турецкого побережья. Вслед за «Каролиной» начали приходить и другие суда, а с ними — деньги и продовольствие. Всего за годы войны в Страну были переправлены тонны продовольствия и огромная по тем временам сумма — миллион с четвертью долларов (золотыми монетами, дабы не зависеть от инфляции бумажных денег).
Но главным, как уже сказано, был сам факт поддержки. Прежде всего евреи Страны поняли, что они не одни — за ними стоят мощные силы, готовые прийти на помощь в трудную минуту. Поняли это и турецкие власти: не желая портить отношений с хозяевами пока еще нейтрального флота, они вынуждены были отменить планы «армянского решения» сионистского вопроса. Наконец, поняли это и арабы Эрец-Исраэль, называвшие один из американских кораблей («Теннеси»), который особенно часто появлялся на яффском рейде, — фрегат эль-яхуд («еврейский фрегат»). Вот оно как: у этих евреев теперь появились даже такие страшные стальные махины… — поневоле задумаешься, стоит ли отправляться в очередной набег на поля Хадеры и Мерхавии, на плантации Петах-Тиквы и Реховота, на дома Тель-Авива и Тверии…
Так евреи и выжили, в очередной раз устояв на самом пороге небытия. К чести сионистов Нового ишува, следует сказать, что, хотя американская помощь была адресована именно им, однако средства распределялись более или менее справедливо (47 % шло в Иерусалим, то есть в кассу колелей и ешив). Увы, это не помогло Старому ишуву пережить голод без потерь: в самые тяжелые периоды в Иерусалиме умирало от истощения до 300 человек в месяц, и к 1918 году в городе насчитывалось более 4 тыс. сирот.
В Яффе и Тель-Авиве подобной картины не наблюдалось, поскольку там средства не раздавались напрямую, а использовались для создания рабочих мест и централизации производства и распределения (так, кстати, и возникло торговое предприятие «Машбир», превратившееся впоследствии в общеизраильскую сеть универмагов). Вообще, эффективная организация борьбы с голодом, эпидемиями и безработицей (возглавляемая такими деятелями, как Дизенгоф, Шлуш, Руппин и др.) выгодно отличала Новый ишув от Старого. В результате в послевоенный период именно сионисты впервые стали рассматриваться как законные представители всего еврейского населения Эрец-Исраэль. Получается, что на главные роли их вывела Первая мировая война. Первая вывела, а Вторая… — Вторая способствовала созданию Государства Израиль.
Что следует из этой истории о «еврейских фрегатах» дяди Сэма (или, если угодно, Сэмуила)? Что, во-первых, коротка память человеческая, коротка и неблагодарна. Было бы бессовестным свинством забыть, что именно благодаря поддержке дяди Сэмуила сионистская шкура пребывает сегодня на сионистских же плечах, а не висит трофеем на арабском заборе.
И что, во-вторых, израильтянам не следует особенно кичиться своим местом жительства и презрительно поглядывать на своих братьев в Нью-Йорке, Чикаго, Москве, Буэнос-Айресе и Париже. Клобук не делает человека монахом, а голубенькие корочки удостоверения личности — израильтянином. Государство Израиль называется еврейским прежде всего потому, что оно принадлежит евреям всего мира. Принадлежит по праву — ведь именно им, всем им оно обязано своим существованием. Судья Брэндайс и безымянный еврейский портной с Манхэттена, посол Моргенто и нищий галицийский ремесленник, минский рабочий и одесский боец самообороны вложили в это предприятие не меньше сил, пота и крови, чем создатель «Ѓа-Шомера» Исраэль Шохат, строитель Тель-Авива Меир Дизенгоф и расхититель археологических ценностей Моше Даян. Так было, так есть, и так, несомненно, будет.
V. Еврейский «Поход детей»
Знаменитый «Крестовый поход детей» из Европы в Святую землю состоялся в начале XIII века и закончился трагически: из десятков тысяч его малолетних участников мало кто уцелел. Почти все дети погибли от голода и лишений, а самые выносливые стали добычей работорговцев. Но не поэтому его название стало нарицательным — человеческая история видела к тому времени столько зверств, что гибель тридцати тысяч детей вряд ли могла кого-то потрясти. Скорее, средневековых историков и пропагандистов привлек сильный визуальный образ. Колонна беззащитных детей, медленно бредущих к великой цели по пыльным дорогам бренности… — такая картина просто обречена на кассовый успех.
Но здесь речь пойдет о другом «походе детей». Правда, его трудно назвать «крестовым» — ведь участниками этого похода были только еврейские юноши, то бишь нехристи по сути своей. Да и двигался он в противоположном направлении — из Святой земли в сторону Европы. К счастью, заложенный в нем трагический потенциал не успел реализоваться. Но что нам эти тонкости? Главное ведь — визуальный образ, не так ли? Однако обо всем по порядку.
При султанах, которые, по традиции, видели себя халифами, то есть верховными вождями исламского мира, армия Османской империи формировалась исключительно из мусульман — ведь любая война, которую ведет халиф, автоматически представляет собою священный джихад. Так что евреи и христиане от службы освобождались, выплачивая взамен не слишком обременительный налог.
Но в 1908 году грянула революция «младотурков», через год султан Абдул-Хамид II слетел с престола, и новые власти торжественно объявили о полном уравнении в правах. Одним из этих новообретенных прав стало право на армейскую службу — иными словами, теперь военнообязанными объявлялись все без исключения подданные империи. Нельзя сказать, что этот