Иногда не нужно непосредственно командовать, достаточно просто присутствовать, чтобы все делали своё дело.
И они делали.
Гоблины ловили лошадей, лучники собирали стрелы.
Трупы громоздились длинными штабелями. У самого длинного штабеля я остановился. Тут был боец ведьминской роты, из которого не получился маг. Фомир упоминал про него, что у него странный навык, вроде некромантии, но он так и не стал магом, так что это не особенно важно. Теперь он служил в ведьминской роте, худой, высокий орк с флегматичным лицом. Сейчас он добровольно участвовал в работе похоронных команд, но не так, как прочие орки, которые тайком проверяли у убитых наличие золотых серёжек и золотых зубов (для отъёма таковых). Напротив, потому что продолжал тяготеть к теме смерти и мёртвых.
— Здравия желаю, командор! — чуть поклонился орк. Я не помнил его имени, но активировав Рой, получил данные. Бу Урай, 29 лет, что весьма прилично для орка, рядовой ведьминской роты.
— Привет, Урай. Помогаешь готовиться к захоронению?
— Да, командор. С Вашего позволения, хочу прочесть над павшими молитву Клёгге, богине тишины и мира мёртвых. Пусть примет покойников, хотя ублюдки и смели сражаться против нас, с мёртвых спроса нет.
— Согласен. И с тем, что с мёртвых спроса нет и с молитвой. Разрешаю тебе прочесть молитву, чтобы покойные упокоились, сейчас и впредь, в будущих сражениях. Не считали, сколько их?
Орк неопределённо пожал плечами. Точный подсчёт явно не провели или ему не сказали цифру.
— Наверное, около тысячи павших, командор. Но мы собрали едва ли половину. Я хочу попросить сапёров сделать для них надгробные камни, но сапёры пока что в обозе.
Я кивнул. Пусть занимается.
Сам пошёл дальше.
Армия Эссина была что-то около 6–7 тысяч клинков, точное количество не было нам известно. Может быть, пленные расскажут что-то новое, но скорее всего до них сведения никто не доводил. Ну а если им что-то и объявляли, нельзя исключать фактор пропаганды и информационной войны. Допустим, шесть.
Убито где-то две тысячи. Ушли с Эссином человек пятьсот. Ну, допустим, прямо около наших позиций он встретит и соберёт ещё столько же. Даже больше. Допустим, он соберёт группу до полутора тысяч воинов. Куда он двинет? Местность он знает, надо смотреть по карте.
Другой вопрос по тому, как поступят бежавшие с поля боя. Голова колонны — регулярные воины, воины баронских дружин, регулярное войско герцога, постоянные отряды крупных городов, там, где они были. Это те, кого я классифицировал как регуляры.
Современные войны человеческих королевств не держали больших армий, это дорого, их феодальная экономика просто не могла себе это позволить. Только королевская гвардия, постоянно тренируемые и действительно элитные войска, плюс феодальные группировки герцогов, графов и прочих виконтов. Словом, феодальные дружины. Там уровень подготовки плясал, как уровень жизни капиталистических стран на букву «Я», от Японии до Ямайки.
Остальные — созываемое ополчение и нанимаемые наёмники. Наёмники вернутся к нанимателю, если у него остались деньги. Казны мы не нашли, скорее всего, он сам её не тащил с собой. А вот ополченцы скорее всего воспользуются ситуацией и спрячутся в лесах, чтобы переждать войну, а потом вернуться домой. Если взять регион под контроль, они могут это сделать и быстрее, а если сам Эссин станет прочёсывать местные леса и далёкие от трактов деревни, то наловит их обратно к себе, как рыбу в сачок.
Пленных тоже набралось порядочно, порядка пяти сотен.
Мурранг, со свойственной ему склонностью к математике, потом всех скрупулёзно посчитает, будут точные данные.
Но пока что так: две тысячи «задвухсотили», пятьсот пленных, полторы тысячи (по прогнозу) увёл с собой герцог Эссин. Итого четыре тысячи. Значит, ещё две тысячи ушли в бойскауты и туристы, то есть, жить в леса. Гонять я их не намерен.
Если отминусовать от павших и пленных всех попросту отступивших, то никогда не получится первоначальное число. Потому что часть пропадают без вести, часть бегут, куда глядят глаза, дезертируют по одному или группами.
Выходит, около двух тысяч, в основном это ополченцы, разбежались как тараканы. Часть бегущих — лёгкая конница из городов, тоже ополченцы. Как поступят эти, трудно сказать.
В общем, меня такие тоже устраивают, потому что они так или иначе вышли из войны.
Глава 17
Не до отдыха
Ближе к вечеру к лагерю добрался наконец-таки обоз с конницей и госпиталем.
Мы горячо приветствовали воссоединение, хотя в отличие от прочих, я понимал, что скоро мы снова расстанемся. Потому как перед этим весь остаток дня я думал и немного дремал, чтобы восстановить силы.
Мы оказались в ситуации тактической развилки.
Эссин, насколько я видел по картам, мог пойти и запереться в одном из замков региона, укрыться в нём. Собственно, в этом высокое предназначение замков — быть островком безопасности, в том числе и для разгромленных армий.
Мы могли бы задействовать разведку и отыскать его, после чего осадить замок и попытаться окончательно с ним и его войском разобраться.
Однако мы и так находились в глубине бруосакских владений, тут так или иначе было довольно-таки много подобных отрядов и гоняться за всеми довольно опасно.
Был и второй вариант, это город Эклатий.
Когда я планировал действия частей группировки в укреплённом лагере на блокированных коровьих бродах реки Мара, то не рассчитывал, что Эссин сможет отступить. Но вот тут геометрия поля боя и его привычка следовать в голове колонны сыграла в его пользу. Мы напали так, как напали, и он в результате смог не просто сбежать, он смог даже отступить.
Поэтому я тогда планировал только Эклатий и даже сделал ставку на это, отправив туда Фаэна.
Так что теперь я рассчитывал доиграть эту партию до конца и взять столицу региону Ойдон, а поэтому играл наперегонки со временем.
Гарнизон города Эклатий был невелик, полсотни наёмников и потенциальная возможность дополнительно собрать ополчение в две-три тысячи бойцов.
Эссин, заняв оборону на бродах, одновременно с этим блокировал мою возможность напасть на Эклатий, а если бы мы атаковали его в лоб и преуспели (понеся потери), то он сам отступил бы в Эклатий. Таким образом он со своей армией стал бы его основной оборонительной силой. Сейчас ситуация была выведена из равновесия, можно было воспользоваться временной слабостью города.
И поэтому, едва лишь прибыл обоз, когда они стали располагаться в лагере, на заранее отмеченных для них позициях на холме, а Зульген чуть ли не с