Когда доктор ушел, Мирошников еще немного поразмышлял над словами Алексея Карповича, что характер удара странным образом совпадает с характером того удара, от которого скончалась Серафима Гордеевна. Это могло быть домыслом, поскольку заключение зиждилось только на очень шатком слове «похоже».
Могли ли оказаться в конкретном месте одновременно два преступника, которые предпочитают наносить удары сзади по голове, причем прежде этот район был достаточно тихим. Маленькая вероятность.
Поскольку подвергся нападению следователь, расследующий убийство первой жертвы, покушение могло быть намеренным. Охотились именно на Мирошникова. Значило ли это, что преступник все же один, и он никуда из района не делся, но чего-то испугался и решился на нападение на следователя?
Это была бы интересная версия, но она разбивалась о фразу того же доктора, что характер удара похож, а вот сила удара явно слабее. Как сказал эскулап, ударивший не хотел убивать, или орудие удара было слабее, чем ломик в деле Серафимы. Резонный вопрос: зачем нападал, ведь никому и ничем в тот момент Мирошников не угрожал.
И еще важное замечание. На сей раз орудие удара не нашлось. Конечно, Садырин еще порыщет в том районе, но пока ничего похожего не обнаружили.
Зато появилось описание преступника. Его хорошо видели новые знакомые Мирошникова Василий и Мария. Бандит оказался невысоким, но широкоплечим мужиком с бородой и усами, одетым в простую сельскую одежду, в которой ходят все окрестные мужики.
Снова разболелась голова, которую доктор успокоил какими-то снадобьями. Мирошников отхлебнул из оставленного бутылька и принялся считать барашков, которые зачем-то прыгали через изгородь. Уже тридцатый барашек издавал нетипичные для барашков звуки, а после сорокового расчет закончился. Пострадавший следователь мирно засопел и не видел, как Клавдия несколько раз приоткрывала дверь, вслушиваясь в дыхание самого лучшего на всем свете хозяина.
***
Целые сутки Мирошников позволил себе побыть дома. За это время один раз пришла сестра милосердия из больницы и поменяла повязку, мимоходом заглянул доктор, приехал с визитом и по службе полицмейстер и несколько раз прибегали урядники и стражники с записками от Садырина, который развил в Малиновке активную деятельность.
Зловредный преступник не только убил его давнюю приятельницу, но и ранил его начальство, пусть не непосредственное, но все же честь мундира была задета. И теперь Харитон Иванович, что называется, землю носом рыл.
Исследованы были все подходы к месту происшествия выше и ниже по течению реки и опрошены все жители деревни и все приехавшие на похороны. Трех мужиков, которые не очень внятно отвечали на вопросы, Садырин арестовал, решив, что так будет вернее. Среди этих бедолаг оказался и Ипат, поскольку к нему были вопросы еще по первому случаю, а на кладбище во время похорон его никто не видел. Напрасно садовник пытался рассказывать, что от расстройства выпил лишку и уснул в своей сторожке. Садырин сейчас подозревал всех и вся.
Мирошников долго постельный режим выдержать не смог. Сначала он просто посидел на кровати, придерживая пострадавшую голову и справляясь с приступом головокружения. Потом осторожно сполз, набросил на себя халат и сел к столу. Задача становилась еще более запутанной. Нападение на следователя все же, как ни крути, серьезная штука. И сейчас полицмейстер Горбунов заявил, что он берет под свой контроль дело об убийстве помещицы Сысоевой, а также дело о нападении на Константина Павловича. Это хорошо, потому что у Садырина будет теперь достаточно людей, чтобы внимательно осмотреть весь район, включая территорию вдоль реки.
Мирошников сидел, разбирая полученные рапорты и протоколы, когда в кабинет влетела Клавдия:
– Енто что это творится! Дохтур сказал лежать, а он ить опять бумаги марает! Будьте любезные в постелю лечь, да в потолок смотреть, какой он небеленый который год. Его чуть жисти не лишили, а он опять за свои думы взялся. Это какая такая голова столько мыслев выдержит! И думает, и думает! Хучь бы по бабам пошел, прости Господи! Ну, это опосля по бабам-то, как дохтур разрешит! Лягайте, Кистинтин Палыч, не гневите ангелов своих хранителей, что уберегли непутевую голову от смерти неминучей. Дохтуру жалиться буду, это он не меня должон на опыты в больницу взять, а моего хозяина взбалмошного.
Константин вяло, привычно отругивался:
– Клавдия, что ты глупости говоришь. Думать – это моя работа. Я за это деньги получаю. И вообще я хорошо себя чувствую, отстань.
Зря он это сказал, потому что ворчание пошло с новой силой в новом направлении:
– И как енто хорошо он себя чувствует! Люди добрые! И сам весь зеленый, даже синий. В гроб, прости Господи, краше кладут. Лягайте в постелю, дохтур сказал!
К счастью для Мирошникова, пришел Горбунов. Он с порога заполнил все пространство маленькой квартиры трубным голосом и густым запахом табака. Глава полицейского ведомства принес новость о дате оглашения завещания Серафимы Сысоевой.
– Голубчик Константин Павлович, вы уж выздоравливайте, – гудел Аркадий Михайлович, – ребята с Садырином во главе денно и нощно рыщут. Конечно, приметы, которые сообщили Куприяновы, не сильно точные. Бородатых да усатых крепких мужиков – хоть пруд пруди. В одной Малиновке таких полно. Их всех допросили, но у каждого алиби – все были на похоронах, значит, умышлять на вашу персону не могли. Их все равно показали Куприяновым, но те точно ни в чем не уверены. Вроде все подозреваемые соответствуют приметам, но вроде и не то. Мнится мне, что малиновские ни при чем. Хотя этот Ипат не был на похоронах, но он здоровый, как бык. Куприяновы категорически сказали, что преступник был невысок.
Брат и сестра показывают, что злоумышленник побежал в сторону Курбатовки и Маляевки. Сегодня там Садырин с утра работает по приметам. Обещал вечером приехать с протоколами допросов.
– Мне бы тоже протоколы нужны были, – вставил Мирошников.
– Да-да, непременно списки с протоколов предоставим.
Горбунов вздохнул и постучал пальцем по стеклу небольшого компаса в деревянном корпусе, стоявшего на столе Мирошникова:
– Что-то у нас происходит нехорошее в уезде. Уж так тихо жили, не то что в городе. Всего и дел-то было, что мужики перепьют и подерутся, или мужик бабу поколотит, или кражи какие пустяшные. А тут и убийство, и кража непонятная, то ли была, то ли нет, и на должностное лицо покусились. Нехорошо-то как, Константин Павлович. Мы тут с Садыриным и Михальчуком посоветовались. Надо бы вам охрану какую