– Что дальше, шеф? – Анна подалась вперёд, её глаза горели нетерпением. – Объявим клиентке, что муж верен? Или будем копать дальше?
Софья прищурилась, и в её взгляде заплясали озорные огоньки жажды расследования.
– А дальше, мой юный копатель, – торжественно провозгласила она, – начинается самое интересное. Нам нужно выяснить, кто эта таинственная женщина. И кто та дочь, которой, возможно, до сих пор неизвестна горькая семейная правда. Как говорится, «всё смешалось в доме Облонских» – а у нас, похоже, всё запуталось в «Волжских просторах».
И словно в подтверждение её слов, за окном второго этажа промелькнула тень – то ли случайность, то ли птица пролетела, то ли облако спустилось, то ли первый намёк на грядущие события…
Дежавю
Ночь, спустившаяся на Энск, размазала по улицам кляксы теней и бликов, превратив городок в сюрреалистическую картину художника-авангардиста.
В квартире Софьи Васильевны царил полумрак. Торшер тускло освещал книжный шкаф. На полках в беспорядке ютились томики классиков, детективы в мягких обложках и потрёпанный справочник по криминалистике. На журнальном столике сиротливо стояла кружка с остывшим чаем.
Позабыв про сон и чай, Софья не могла оторваться от экрана монитора, пристально разглядывая фотографии незнакомки.
– «Что в имени тебе моём? Оно умрёт, как шум печальный…» – пробормотала она, цитируя Пушкина, и вздохнула. – А нам бы сейчас не умирать, а опознать эту особу.
Лицо женщины казалось Софье знакомым. И она видела его где-то совсем недавно. Но где? И когда? Воспоминания вспыхивали отдалёнными мутными образами, но тут же ускользали, как сцены из старого кинофильма, когда не можешь вспомнить, чем он закончился.
– Нет, ну склероз, конечно, ещё не стучится в мою дверь, но звоночки уже подаёт! Пора принимать меры, пока я не начала путать Достоевского с Донцовой, – усмехнулась Софья и оглянулась.
Анна, укрытая пледом, мирно посапывала на диване. Софья старалась не шуметь. Безмятежная молодость нуждается в отдыхе, особенно когда рядом такая энергичная старость.
– Чем меньше женщину мы любим, тем легче нравимся мы ей… – продолжала Софья свои литературные изыскания, переключаясь с одного фото на другое. – Но в нашем случае, чтобы раскопать правду, нужно понять, кого любила эта женщина! Зотова? Арсеньева? Или кого‑то ещё, о ком мы даже не подозреваем?
Вдруг в голове что‑то щёлкнуло и вспыхнула лампочка озарения.
– Светлана! – воскликнула Софья, звонко хлопнув себя по лбу. – Да как же я сразу не догадалась!
Она быстро нашла в интернете информацию о Светлане, владелице салона красоты «Шарм». Публичные фотографии подтвердили догадку: тот же овал лица, тот же разрез глаз, только королева шарма на пару десятков лет моложе незнакомки, без этих её усталых следов жизненного опыта.
– Ну, здравствуй, Светочка, – прошептала Софья. – Неужели ты и есть тот самый «скелет в шкафу» нашего бизнесмена? Какая у тебя девичья фамилия? Дай‑ка вспомнить… Сухорукова! Всё‑таки память мне пока ещё не изменяет. Если папочка Зотов, значит, фамилия Сухорукова по матери. Значит, таинственная незнакомка тоже Сухорукова. Лиха беда начало, полдела откачала! – Софья самодовольно потёрла руки.
После недолгих раздумий она решила изменить вектор расследования. Если Светлана – дочь той самой незнакомки, то клубок запутался ещё сильнее. И распутывать его следовало с другого конца.
Софья откинулась на спинку кресла и закрыла глаза. Картина начинала складываться. Бизнесмен, брошенная любовница, внебрачный ребёнок, тайна, которую скрывают долгие годы. Скрывают не только от общественности, но и от самой Светланы. Но кто угрожает её матери, если приходится утаивать, что та «на свободе»? Значит, мать была в местах не столь отдалённых… Интересная заварушка!
* * *
Утром Софья, наполненная планами, явилась в агентство. Александр Данилин, совладелец «Шпильки», уже был на месте. Всем своим преданным видом Саша демонстрировал боеготовность к любым действиям по указанию своей бывшей учительницы: будто он уже вставил монетку в автомат с кофе и теперь обязан его выпить, даже если там вместо кофе окажется тёплая бурда.
– Софья Васильевна, доброе утро! – бодро воскликнул он, лучезарно улыбаясь – Я готов к новым свершениям!
Да, Александр был молод, энергичен и искренне верил в торжество справедливости. Иногда, правда, он наивен, как ребёнок, но Софья ценила его юношеский энтузиазм.
– Здравствуй, Сашенька, – ответила она, приветливо кивнув. – Как съездил в Москву? Отстоял интересы нашего писателя?
– Да, всё в порядке, Софья Васильевна. Но без личного присутствия решить вопрос было бы нелегко.
– Молодец! А у меня для тебя припасена интересная задача. Нас ждут свершения, Саша!
Она вкратце рассказала Александру о вчерашней слежке и своих подозрениях насчёт Светланы.
– Так вы думаете, владелица «Шарма» – внебрачная дочь мужа нашей клиентки? – удивился Александр. Это же жена Емельянова, подозреваемого по делу на парковке «Волжских просторов».
– Какая, однако, феноменальная память! – без своих традиционных шпилек Софья не могла начать ни одно утро. – Именно так, Саша. Но самое интересное, дружок, от Светланы почему‑то скрывают какую‑то тайну. Не думаю, что это имя родителя: она была уже большенькой девочкой, когда устанавливали его отцовство, запомнила бы, даже если папаша не участвовал в воспитании. И кто‑то, возможно, угрожает её матери, а может, и Светлане.
Александр нахмурился.
– Угрожают? Кому может понадобиться угрожать владелице парихмахерской, пусть даже и с вычурным названием?
– Ты недооцениваешь мир красоты, Саша, – усмехнулась Софья. – Там такие страсти кипят, что и Шекспиру не снилось. Но дело здесь явно не в солярии и не в ботоксе.
– И что будем делать? – глаза Александра загорелись энтузиазмом.
– Во‑первых, пробей «Лексус». Затем – художник. Выясни всё о его прошлом и связях.
– Так мы же выясняли это ранее по делу трупа на парковке. Ничего криминального не нашли.
– А ты, Сашенька, не криминальное прошлое ищи, а его светскую жизнь в Москве в молодые годы. Он был весьма одарённым художником и до сих пор востребован, и считается модным. Выясни, где учился, с кем общался, какие тайны скрывает его богемная душа, – напутствовала Софья. – Нам нужна вся его биография от первого штриха до последнего мазка. А я тем временем навещу Светлану в «Шарме». Возможно, удастся выудить какую‑нибудь полезную информацию. Ты привык в своих полицейских органах брать всё нахрапом, а с ней надо аккуратненько, деликатно. Она и так как рыба на сковородке. Один неверный шаг, и может запаниковать. А наша задача – незаметно подкопаться под корни этой истории.
Через час Софья Васильевна сидела в кресле салона «Шарм», доверив свои ногти в руки молодой маникюрши.
Светлана лично