— Меня зовут Иваном и в данное время ты спишь в моём доме в моем теле. Как тебе такое?
— Хм, ну, спасибо за гостеприимство. Я Максим, — почему-то назвался я теперь уже чужим именем, — мне когда уходить, сейчас?
— А ты что, торопишься?
— Нет, наоборот наслаждаюсь моментом. Знаешь ли не очень приятно осознавать себя бесплотным призраком. А тем более одиноким призраком.
— Понимаю, я долгое время провёл в одиночестве. И знаю, что это такое. Лучше расскажи, как ты попал сюда.
Не хотел я раскрываться перед первым встречным, но втянулся и в результате поведал ему всё. Вообще всё, начиная с момента моего попадания в прошлое и все последующие.
Мой собеседник сидел практически без движения, только периодически оглаживал рукой окладистую смолистого цвета бороду. Его глаза смотрят на меня благожелательно и даже вроде как ободряюще.
А когда я закончил сценой своего падения со скалы, он заговорил:
— Это случилось потому, что тот второй держался за своё физическое тело. Оно было как якорь для него, удерживая огонёк сознания в этом мире. А когда он окреп, то свободно вернул себе своё тело.
— Ну, я так где-то и понял. С чужого коня посреди грязи долой.
— Да, — парень опять улыбнулся мне, — а вот я сам не хочу жить. Просто не вижу смысла. Среди людей мне плохо, не знаю отчего так. И одному сложно. Только собака и радуется моему существованию. Мне не интересно в этом мире, я узнал и другой, где нет горя и болезней. Где все любят друг друга. Поэтому если хочешь, стань мною. Вроде я никому не должен, можешь начать жизнь с чистого листа. Только дай мне слово, что проживёшь её интересно. Не как я.
Неожиданно, глупо отказываться от такой щедрости. Я не знаю точно в какие годы точно попал. Но вдруг получится встретить Ольгу?
— Благодарю за царский подарок. И точно сидеть в глуши я не буду. Скучно не будет, обещаю.
Парень встал и протянул мне руку, — ну и ладно, ну и хорошо. Только прошу ещё об одном, не бросай Тельму, это моя собака. Она единственное существо, о котором я буду там жалеть. Ну всё прощай, — наши руки встретились и меня будто ударили в грудь. Как великан ногой припечатал и меня унесло в никуда.
Очнулся от того, что бешено билось сердце в груди. А ещё голова стала тяжёлой и неподъёмной. Я опять забылся тяжёлым сном.
А утром явственно понял, что это тело теперь и в самом деле моё. Послушно отзывается и, что главное, я не делю мозг с другим человеком. Вот только у меня появилась некая информация о нём. Такое я уже проходил во время первого попадания. Чужие остаточные воспоминания помогают понять, что за личность я заместил. Без эмоциональной окраски, но теперь я многое знаю из об этом странном человеке. Вся его жизнь прошла в деревне и этом доме. Во время учёбы он жил у дальней родственницы. Потом училище в городе, служба в армии и назад он вернулся к отцу. Действительно его жизнь не радовала событиями. Но кто же ему виноват, мог бы переехать в город и устроится на работу там. Или создать семью и продолжать дело отца. Он же предпочёл жизнь бирюка. Ради чего жил? Была у него пассия во времена учёбы в городе. Да вот не оценила она высоких чувств деревенского паренька. Хуже того, посмеялась над ним, унизив перед другими. И видимо это заставило Ивана возненавидеть весь женский род, а заодно всех городских. Ему милее был родной лес и эта собака. Лайка была у него далеко не первая, ей четыре года. Ещё отец подарил щенка, с тех пор она и была верным спутником охотника. С нею он иногда говорил, а чаще просто та лежала у его ног, ловя каждое движение хозяина. Или нарезала круги по лесу, прокладывая путь и помогая в охоте.
— Моя ты хорошая, — выйдя из домика я с испугом посмотрел на лежащую у входа собаку. Та резко вскочила и широко расставив лапы, уставилась на меня. Признает или бросится?
Нет, хвост заработал с удвоенной силой и повизгивая собака кинулась ко мне. Она упёрлась передними лапами мне в грудь и стала настойчиво вылизывать мне ладони.
— Так ты же у меня голодная, весь вчерашний день нежрамши.
Я вернулся в дом и нашёл подходящий корм. Это слегка приваренная рыба, так примороженную я собаке и вынес в миске. Вообще лайки уникальные животные. Живут на улице даже в самый лютый мороз. Главное что бы будка была изолирована от ветра. В тёплых помещении этих собак не держат, меняется структура меха и подкожного слоя. К еде тоже неприхотливы. Рацион составляет мороженная сырая рыба. Правда Иван своей питомице иногда варил каши с добавлением рыбы или мяса, а ещё баловал вяленной рыбкой или как сейчас приваренной.
Тельма с голодухи умяла всё, что я ей дал и вопросительно посмотрела на предмет добавки.
Весь световой день я провёл в раздумьях. Правда не забыл приготовить для себя нечто вроде супчика. Или скорее это было жаркое с большим количеством бульона. Для Тельмы сварил кашу с кусками мяса, порадую старушку. Хотя отчего старушку, собака в самом расцвете для этой породы. Выходя на улицу я периодически садился на лавку и задумчиво смотрел на лес. При этом мыслями был очень далеко отсюда. Сытая лайка подлезла под мою руку и я автоматически перебирал её густую жестковатую шерсть.
Глава 12
Нахожусь я далеко на севере в Тюменской области. Это Ханты-Мансийский автономном округ. Нашу деревушку на тридцать дворов именуют Сосьва. Расположена в двух часах ходьбы от моей заимки. И именно оттуда мне надо начинать своё путешествие. Я не собираюсь прозябать в этой дыре, но мне жизненно нужна информация. К сожалению от Ивана мне достались только сведения, связанные с их образом жизни. Так мне известно, что сейчас 1984 год. А вот кто стоит у руля страны — вопрос. Нет, Иван знает о Брежневе, но это относится к периоду его службы в армии. А так он абсолютно аполитичен и ему бара-бир, помер