Она опускается на локти и раздвигает ноги, выгибая спину, попку и киску так, что мне открывается великолепный вид в зеркале.
— Ты мокрая, милая.
Она тихо всхлипывает, смущённая и пристыженная. Мне это нравится.
— Просунь руку себе между ног и трахни себя пальцем в задницу.
Эштин принимает другое положение, прижимаясь лицом и верхней частью груди к полу, чтобы сильнее выгнуть спину и дотянуться до своих раздвинутых ног. Она просовывает палец внутрь. Достаточно, чтобы короткий и наманикюренный ноготь вошёл внутрь, прежде чем вытащить его.
— Я сказал, потрогай себя, Эш. Не дразни. — Если бы я был там, то отхлестал бы её ремнём по заднице за это.
Эш хнычет, но на этот раз проталкивает палец глубже.
— Еще раз.
Она проталкивает палец чуть глубже.
— До конца, — отвечаю я. — Засунь палец себе в задницу.
У неё руки намного меньше моих, поэтому я знаю, что она может выдержать больше.
На этот раз Эш проталкивает палец до костяшек пальцев и вскрикивает, ёрзая на коленях.
— Хорошая девочка. Вытащи палец и сделай это снова. На этот раз быстрее.
Она делает это, и рыдания начинают заполнять большой шкаф.
— Введи второй. — У нас нет времени медлить.
Эштин зарывается лицом в ковёр, делая то, что ей говорят. Пальцы легко входят и выходят, но она слишком осторожна с собой.
— По два. Считай вслух, пока не дойдёшь до десяти.
Она считает между всхлипываниями.
— Хорошая девочка. Теперь быстрее.
Эш набирает скорость, двигая ими туда-сюда, и я слышу, как её крик переходит в стон. Я улыбаюсь.
— Это моя хорошая маленькая шлюшка. Давай, милая. Трахни свою задницу для меня.
Когда досчитывает до десяти, Эш собирается остановиться, но я говорю.
— Добавь ещё.
Она засовывает в задницу три пальца.
— Хорошая девочка. У тебя так хорошо получается. Хотел бы я, чтобы ты увидела, как красиво ты выглядишь.
Эш засовывает пальцы в свою задницу и плачет, дрожа. Смазка стекает по её бёдрам, с киски капает. Ебать, на неё стоит посмотреть.
Она выкрикивает каждую цифру, и я хвалю Эш за это.
Закончив, Эш убирает руку между ног, думая, что закончила.
— Теперь возьми анальную пробку, налей на неё побольше смазки и вставь себе в задницу.
Эш приподнимается и смотрит на телефон. Её лицо мокрое от слёз, глаза красные, а пухлые губки дрожат. Пиздец, как бы я хотел быть там, чтобы поцеловать её.
— Сейчас, Эш, — приказываю я. У нас нет целой ночи.
Она наливает ещё смазки на пробку и откидывается назад, её задница снова отражается в зеркале.
— Делай с кончиком пробки то же самое, что и с пальцами. Понемногу.
Эштин прикладывает кончик к своей упругой заднице и замирает.
— Отведи бёдра назад, вводя пробку.
Она делает это и вскрикивает:
— Сент... пожалуйста.
— Ты сможешь, милая, — уговариваю её. — Ты так хорошо справилась. Ты почти у цели.
Эш проталкивает пробку ещё немного.
— Это моя девочка. Посмотри на себя. Протолкни ещё.
Эштин всхлипывает, но ей удаётся это сделать.
— Сент, — выкрикивает Эш моё имя, не давая пробке продвинуться дальше, но не вытаскивает. Она удерживает её на месте.
— Твою мать, Эш, — стону я. — Если бы ты только могла увидеть себя сейчас. Охуенно красивая, милая.
Эш хнычет, и её бёдра трясутся. Я хочу облизать её ноги и зарыться лицом в пульсирующую киску.
— Ещё чуть-чуть. Покачай попкой взад-вперёд, надавливая на пробку. Давай, милая. Трахни себя в зад для меня. Покажи мне, что ты моя хорошая маленькая шлюшка.
Эштин начинает раскачиваться взад-вперёд, надавливая трясущейся рукой, и пробка ещё больше проникает в её задницу. Она раскрывается, и я не могу дождаться, когда в эту задницу войдёт мой член. Я трахну каждую её дырочку сегодня вечером. Она будет принадлежать мне. Церемония для Лордов. Но она моя. Я устрою шоу, которого они требуют, но ничто не будет запрещено, когда я приведу Эш в свою комнату после церемонии.
— Вот так, — говорю я, наблюдая, как Эш раскачивается взад-вперёд. Она шире раздвигает ноги, выгибая спину ещё больше. Она так близка. — Почти получилось.
Эш снова начинает всхлипывать, и я вижу, что она на пределе.
— Вводи пробку, Эш. До конца. Будет больно, но я обещаю, что станет легче.
Она делает глубокий вдох, а затем выдыхает, и тут же по шкафу разносится крик. Её руки опускаются, и она распластывается на полу.
— Вот и всё, милая. Всё готово. Чёрт возьми, ты так хорошо для меня поработала.
Эштин зарывается лицом в ковёр и плачет.
— Мы ещё не закончили, — сообщаю я ей.
— Не-е-е-е-т, — всхлипывает Эштин.
— Сядь, — приказываю я, нуждаясь в последнем действии.
Выполнив приказ, Эштин опускает голову, на этот раз не в силах. Униженная и пристыженная. Блядь, она так чертовски великолепна. Не могу дождаться, когда увижу её стоящей на коленях передо мной, а не по телефону.
— В коробке, которую ты принесла с собой в шкаф, есть ещё кое-что. Вытащи.
Слёзы капают на её дрожащие бёдра, и Эш протягивает руку, подтягивая коробку к себе. Достаёт последний оставшийся предмет и поднимает его.
— Заведи руки за спину и надень наручники.
Не задавая вопросов, Эш надевает правый наручник на своё маленькое запястье, и я улыбаюсь щелчкам, когда она затягивает его. Затем Эш заводит руки за спину. На это у неё уходит секунда, но она умудряется зацепить и левое запястье и тоже надеть наручник. Потом она садится, поджав под себя колени и заведя руки в наручниках за спину. Мокрые волосы прилипли к мокрому от слёз лицу, груди и спине. Я опускаю взгляд и вижу чёрную резиновую пробку у неё в заднице, и мой твёрдый член дёргается под трениками.
— Наклонись, как раньше, раздвинь ноги и подними задницу. Я хочу видеть тебя всю в зеркале, милая.
Эш встаёт в позу, стараясь спрятать от меня своё лицо.
Я смотрю в зеркало, в её задницу вставлена пробка, руки скованы наручниками за спиной, которая выгнута высоко в воздухе. Мне хочется зарыться лицом в её киску. Я чувствую, как чертовски сладко это будет. И хочу, чтобы моя девочка была выставлена напоказ перед толпой, чтобы показать её всему миру.
— Твоя киска набухла, Эш. Она так