— У тебя и ключи поди есть? — подозрительно поинтересовался полицейский, не скрывая свое недовольство и недружелюбие.
Мне тут же стало интересно: что же такого произошло между этими двумя? Почему они так явно демонстрируют свою нелюбовь?
— У меня нет, — возразил Алекс, — но под старым цветочным горшком возле веранды нашлись.
— Следопыт, — сплюнул вдруг Денис Михайлович. — Аля, какого черта? Давай я тебя лучше со своим племянником познакомлю?
— Эй-эй, — встала я между мужчинами. — Вы чего? Нашли когда разбираться! Свету ищем, быстро! Может, заявление написать?
— Рано, — откликнулись оба и недовольство переглянулись. Нет, как только разыщем Светлану, обязательно буду доставать обоих и выяснять правду.
— Ключи давай, — мрачно скомандовал следователь, и Алекс, пожав плечами, молча вручил ему небольшую связку.
— Ждите здесь, — снова раскомандовался мой друг, но прежде чем исчезнуть в жилище потенциального маньяка, мрачно зыркнул на моего соседа по парте и коротко бросил: — Держи свои руки при себе и девушку не трогай.
Я вдруг подумала, что он чем-то напоминает мне моего папу. Тот тоже всегда всем говорит, чтобы меня не трогали, а на моего единственного ухажера, соседа по лестничной площадке, который в детстве дарил мне шоколадки, смотрел точно таким же взглядом. Я до сих пор думаю, что тот бедный худощавый мальчик с торчащими ушами перестал покупать мне сладости вовсе не из-за дара, о котором сплетничали все кому не лень, а из-за папиных устрашающих взглядов. Учитывая, что родитель мой был очень высоким и статным мужчиной, я бы, на его месте, тоже испугалась. Но Алекс Котов не был худощавым мальчиком, и уши у него не торчали, на острый взгляд и предупреждение он отреагировал именно так, как могут отреагировать только уверенные, самовлюбленные мужчины: демонстративно взял меня за холодную ладонь и широко улыбнулся.
И, конечно же, сказал иронично и немного пафосно:
— Ну мы уж с Алей сами решим, где и когда нам друг друга трогать.
— Да достали вы! — едва не взвыла я, зло выдирая руку. — Куда он мог ее отвезти, есть варианты?
— Только мастерская на ум приходит, — вздохнул парень, мигом посерьезнев. — Но он наверняка догадается, что ты хватишься свою соседку и начнешь ее искать. Поэтому и сюда ехать было такой себе идеей. Разве что…
— Что? — в один голос с Андреем спросили мы.
— Вряд ли он об этом подумал, — медленно отозвался Алекс. — Да, стоит попробовать. Кажется, есть одно местечко… Вот только…
— Только? — поторопила я.
— Не томи уже, чувак, — вторил Андрей.
— Зачем ты этого индюка с собой взяла? — пробурчал Алекс, кивая в сторону приближающегося следователя, который, видимо, уже удостоверился, что в доме никого нет.
— Он не индюк, — даже обиделась я за полицейского друга. — Очень даже видный мужчина. И вообще, если бы ты мне все рассказывал, я бы тебе доверяла, а так — извините.
— А так — ты лишишь меня места работы, — пробурчал Алекс.
— Вставай в очередь, — хмыкнул Денис Михайлович, услышавший только последнюю фразу.
И у меня даже слов не нашлось, чтобы высказать обиду.
— Вези! — потребовала я, не сводя с соседа по парте глаз.
Он весело хмыкнул и сделал приглашающий жест в сторону своего авто.
— Ну уж нет, — выступил вперед Денис Михайлович. — Не доверяю я тебе, Котов. Можешь взять с собой этого чемпиона, но Аля поедет со мной. И на всякий случай я буду держать своих ребят на связи. Так что давай без шуток.
Парень не стал спорить, покладисто пожал плечами и пошел к своей машине. Лишь спокойно бросил через плечо:
— С вас должок.
Я правда не поняла, с кого конкретно. Может, и с меня тоже. Ох, какой же ты все-таки меркантильный. Только и делаешь, что вспоминаешь про оплату.
— Аля, всё нормально? — зачем-то спросил Андрей и, дождавшись утвердительного кивка, отправился вслед за Котовым.
— Что между вами все-таки произошло? — спросила я у следователя, когда мы, наконец, двинулись по другому маршруту.
— Мутный он тип, — помедлив, будто раздумывая, что можно говорить, а что нет, отозвался Денис Михайлович. — Я же говорил тебе уже, что сам Котов никогда не был замечен в темных делишках Ящерова, но адвокатов к его дружкам он приводил. А это, как ты догадываешься, означает, что в чем-то он все-таки замешан.
— То есть вы знаете, чем они занимаются?
— Ты про их автомастерскую? — как-то даже беспечно отозвался полицейский. — Знаем. Их за это и привлекали. Но там была какая-то темная история, я то дело не вел, знаю лишь то, что, когда достали ордер на обыск, у них не нашли никаких улик. В нашем деле, сама понимаешь, нет доказательств — нет ареста.
— Но как же так? — огорчилась и изумилась я, вспоминая место, где впервые увидела Стаса. По факту, тот подвал выглядел как самый обыкновенный гараж. Не могу сейчас поручиться за то, что видела что-то незаконное (ну кроме избиения незнакомца). — Может, у них еще есть какое-то тайное место, где они прячут улики?
— Конечно, есть, — довольно хмыкнул Денис Михайлович, едва не потирая ладони от предвкушения. — Разве ты не догадываешься, что твой друг везет нас именно туда?
И тут я наконец поняла, на какие жертвы ради меня идет Алекс. Не могу сказать, что меня эта новость порадовала. Если Свету найдем живой и невредимой, то слава богу, но у парня, наверное, из-за всего этого будут серьезные проблемы.
— Может, вы сейчас неофициально как-нибудь поработаете? — с надеждой решила попробовать я. — Свету заберем по-быстрому, а потом просто свалим. Притворитесь, что страдаете топографическим кретинизмом и дорогу не запомнили.
— Я же за рулем с восемнадцати лет, какой кретинизм? — не понял Денис Михайлович.
— Топографический, — подсказала я.
— Ты что же это, преступницей заделалась? — охнул он.
— Как можно! — открестилась я. — Я же маньяков на каждом углу ловлю, а вы преступницей. Мы просто хорошего парня работы лишаем!
— И поделом ему! Не бывает хорошей работы там, где расцветает преступность!
— И это мне говорит полицейский⁈
— Ванга!
— Господин следователь!
Всю оставшуюся дорогу мы весело перепирались. Мне было