Лицо горит от еще не проявившихся синяков. Завтра на нем не будет и живого места. Если сегодня он будет слишком долго тренироваться, запястье хрустнет в самый ответственный момент. Больно. Он очень серьезный противник. Но я обещал доказать, я должен показать отцу, что вовсе не маменькин сынок.
Шипя от фантомной боли, я уже подходила к следующему, а качок порывался что-то сказать, но, видимо, не находил слов. Надо действовать быстрее.
— А тебе, — криво улыбнулась я его дружку, — хватит уже сидеть на запасных. Сам подойди к тренеру, и тебя возьмут в основной состав, вот увидишь.
На самом деле я еще много могла бы им рассказать, но все это было не то. Эти вещи Алекс мог проверить только через пару недель, а то и месяцев. Мне нужен был один яркий, сиюминутный пример. Пока нашла то, что искала, я перетрогала еще человек пять. Старалась действовать осторожно и быстро, чтобы не впутывать себя в неприятности, но тот же Андрей явно хотел выяснить все подробности. У меня уже было несколько неприятных инцидентов из-за такого любопытства.
Вот. Наконец-то! В голове шумело, а руки начали дрожать от перенапряжения. Я увидела сцену, разворачивающуюся у главного входа.
— Смотри, — тихо сказала я Алексу, указывая взглядом на лестницу. — Парень в зеленой рубашке через минуту очень феерично споткнется и шлепнется на ступеньках, а те милые первокурсницы ринутся его поднимать. Одна из них, с рыжими хвостиками, в порыве сочувствия поделится с ним своим номером телефона. Понаблюдай пока, а мне пора…
Почему она на меня не смотрит? Мне что, подойти и встряхнуть её? Я же для нее воздух. Она даже не знает, что я существую.
Ну вот, опять этот научный довел меня до слез… Как же стыдно…
Почему он мне не звонит? Самой набраться смелости?
Надо уходить, срочно…
Напряжение достигло пика. Напрочь позабыв, что мой пропуск остался в рюкзаке, который по-хозяйски носил Алекс, я прошмыгнула прямо под турникетом, за что и была немедленно облаяна охраной. Но мне было плевать, что мне выпишут предупреждение, — мне отчаянно нужен был воздух.
Это пройдет. Пройдет. Дыши, Аля. Спокойно. Все хорошо.
Вдох-выдох. И так раз десять, пока я не почувствовала, как медленно отпускает спазм в груди. На улице хоть уже и не зима, но было жутко холодно без куртки. Я могла запросто заболеть. Но сейчас мне был нужен этот отрезвляющий, колкий холод. Обхватив себя за плечи, я с наслаждением вдыхала весенний воздух и радовалась наконец-то наступившей тишине в собственной голове. Слава Богу.
— Он действительно упал, — прозвучал прямо за спиной голос Алекса, и парень внезапно опустил мне на плечи свою теплую, пахнущую свежим ветром толстовку. — И та девочка… ей позвонили. Но ты могла остановиться и раньше. Я знаю Андрея и видел его прошлый бой с Ником.
— И ты бы мне поверил? — хрипло спросила я, кутаясь в мягкую ткань. — А если бы я просто видела тот бой и сделала умные выводы?
— Такие девочки, как ты, на бои не ходят, — парировал он.
Он неожиданно взял мои озябшие ладони и аккуратно вложил в них свои кожаные перчатки. Они были на пару размеров больше, но в них было невероятно тепло.
— Я не знаю, что ты за фрукт такой, но это было… интересно. Жутковато, но интересно. Ты не думала на этом делать деньги?
Я лишь покачала головой. Сил рассказывать ему о том, что дар нельзя использовать во вред, не оставалось. Вряд ли этот прагматичный парень верил в карму и энергетический баланс.
Мы молчали. Он стоял в пальто, наброшенном на тонкую футболку, без шапки и шарфа, и задумчиво разглядывал меня, перебирая в руках ключи с брелоком.
— Хорошо, — наконец сказал он, видимо, решив что-то для себя. — Когда я только восстановился после травмы, мне рассказывали байки про некую сумасшедшую девчонку на нашем потоке, которая читает людей как открытую книгу, предсказывает судьбы налево и направо и раздает советы с видом провидицы. О тебе говорили с благоговением и страхом. Думал, это просто легенды. Оказалось, нет.
— Вот только не говори, что ты тоже вдруг испугался.
— Я? — и столько удивления в голосе, будто ему вообще чужд любой страх. — Мне чего бояться. Особенно если ты действительно не можешь ничего увидеть из моего прошло или будущего. Это правда так?
Вяло кивнула головой, поплотнее укутываясь в чужую одежду. В висках начало громко стучать.
— И знаешь, как именно я могу помочь?
Растерянно захлопала ресницами.
— А… Э… надо поговорить с родными. Тогда точно скажу.
— Как узнаешь — найди меня. И подумай, чем сможешь расплатиться.
Он ушел, по своему обыкновению не прощаясь. Я ошеломленно смотрела ему вслед и мучительно соображала. Вот тебе и добрый самаритянин. За бутерброды и пирожное, которыми он меня угощал, тоже потом деньги возьмет или пронесет?
Глава 5
Волшебный поцелуй
Она услышала лишь испуганный вскрик, обернулась — визг тормозов… хлопок… и будто не было его. Голубоглазого светловолосого мальчика. С водителем грузовика она подбежала к месту аварии с одинаковыми лицами, на которых застыло неверие, ведь еще пару мгновений назад ребенок весело улыбался…
Я проснулась в холодном поту, с застывшим криком и слезами. Не в силах была их сдержать.
Это был не мой кошмар. А той девушки, Анны, которая вовремя не сдаст сессию. Я редко вижу свои сны, всё чаще меня одолевают чужие тайны и невыносимая боль от чужих потерь. Ночью они становятся смелее и загоняют мою собственную душу в капкан. Я практически ощущаю сломленное маленькое тело в своих руках, чувствую, как тоскливо сжимается сердце, и хочется выть волком, рвать на себе волосы и кричать.
Хватаю ртом воздух, закашливаюсь и внезапно ощущаю, как чьи-то теплые руки придерживают меня за плечи.
— Тише, успокойся. Вот, попей водички.
— Не трогай меня! — едва не взвизгиваю, с трудом узнав голос соседки. — В таком состоянии ко мне нельзя прикасаться, иначе я могу назвать точную дату твоей смерти.
Обычно пугливая Светлана, на удивление, не отодвигается. Наоборот, смело подносит к моим губам стакан воды и убирает только тогда, когда я делаю несколько судорожных глотков. При этом она не касается меня, а на миловидном лице нет и тени страха, в огромных глазах плещется лишь одно сочувствие. Даже не