Так что нет, я не шутил, когда заявлял о готовности помочь Высокому дому с победой. У меня не было более надёжного специалиста по Йхтиллу, чем Асфар Риидский, и, если для решения своей проблемы сперва требовалось решить его проблему, так тому и быть. Правила состязаний, как ни странно, не запрещали сторонней помощи, в том числе идущей из-за пределов Риида. В хронике даже сохранились истории, где великим домам напрямую оказывали поддержку вечные замки — в том числе Полночь. Правда, последний подобный случай произошёл около полутора тысяч лет назад, но почему бы не возродить добрую традицию?
— Если исполнение желаний связано с каким-то подвохом, — сказал я. — Готов рассмотреть любые другие варианты.
Кем бы я был, если бы подталкивал одного из своих немногочисленных союзников к продаже души Князю или другим малоприятным последствиям? К моему удивлению, Асфар и Гарра переглянулись и синхронно покачали головами.
— Нет, дар работает без подвоха… почти, — задумчиво сказал Асфар. — Случалось, что желание оборачивалось против того, кто его загадывал, но всякий раз проблемой была спешка и совсем уж кривая формулировка. В хронике есть записи каждого из загаданных желаний за последние пять веков, и записи эти подлинные. Есть другая проблема — специфика желаний.
— Дар Князя тяготеет к разрушению, а не созиданию, — тихо сказала Гарра. — Он… хорошо убивает, стирает в порошок, погружает в забытье. Но почти никогда не очищает, не возвращает к жизни. Асфар, у нас есть шанс, но я не уверена…
— Есть. Более того, наш дорогой гость может не помнить, но он однажды уже спрашивал о подобной возможности.
— О какой ещё возможности? — нахмурился я.
— Может ли бог создать камень, который сам не сможет поднять? — в фирменном равнодушии Асфара промелькнуло что-то новое, на грани заразительного сумасшествия. — Может ли этот камень упасть ему на голову и разбить её? Видишь ли, ещё никто не пытался применить исполнитель желаний против владыки Йхтилла, да правит он вечно под чёрными звёздами. Одна подобная мысль должна расцениваться как святотатство, ужасная ересь. Разумеется, она не могла бы прийти в голову ни мне, ни моей драгоценной сестре.
Гарра энергично закивала в знак полной поддержки брату.
Почти невозможно представить, чтобы Князь не предусмотрел «защиту от дурака» для приза в своём главном состязании. С другой стороны, если ты живёшь так долго, как один из Знающих, осторожность притупляется, а чувство собственного величия, напротив, раздувается с каждым годом. При наших предыдущих встречах Князь в Жёлтом показался мне странным, жутким, по-своему хитрым, но вовсе не всеведущим. Однажды я сбежал у него из-под носа, прямиком из Йхтилла, в другой раз — одолел в противостоянии один на один в измерении кошмаров.
Знающие любят число «семь», а вот мне больше нравится тройка. Даже если Князь догадается, кто помогает Высокому дому в сезонной бойне, он может не успеть среагировать до последнего момента. Всё это не значит, что от владыки Йхтилла получится избавиться навсегда, но купировать его угрозу на десятилетия будет вполне достаточно.
Я совсем собирался высказать эту несложную мысль, когда в невидимый барьер в каком-то метре от лица Асфара врезался сгусток колдовской энергии, расплескавшись насыщенно-чёрным. Из грязно-жёлтой дымки небес неохотно проявлялись многочисленные фигуры на крылатых тварях.
— Надо же, — вздохнул мой союзник. — В Доме Тысячи Дверей всё-таки решились на прямую атаку.
— Поняли, что исполнитель желаний у тебя? — недоверчиво спросил я.
— Нет, просто захотели проверить защиту на прочность. Если бы преуспели — тогда бы сказали, мол, почуяли дар.
— Ты не против, если я докажу им их неправоту?
Асфар явно заколебался, но Гарра с тревогой качнула головой.
— Если они начали обстрел, то уверены, что пробьются, потратив не больше тысячи против полутора. Мы не можем влить больше, если не хотим остаться не прикрытыми.
Как наглядная иллюстрация её слов, в барьер врезалось ещё три сгустка — почти одновременно. Асфар едва заметно вздохнул.
— Я, Асфар Риидский, господин Высокого дома и шести тысяч душ, официально принимаю помощь лорда Виктора фон Харгена, хозяина Полуночи, в текущих состязаниях благородных домов. Да примет печать Высокого дома его кровь как мою, его разум как мой, его душу как мою. Да сгинут те, кто осмелится встать у нас на пути.
Повинуясь едва заметному движению пальцев Асфара, барьер сперва уплотнился, принимая два новых вражеских заряда, а затем исчез — ровно напротив нас. Теперь я видел это так же отчётливо, как если бы сам сотворил это заклинание, а вот атакующие на крылатых тварях явно не сообразили, что происходит.
До той самой секунды, пока Райнигун не загрохотал, стирая их с неба Риида одного за другим.
Глава двадцать первая
Чуть ли не первое, что произошло со мной в Рииде — я попал под огонь системы противовоздушной обороны, каким-то образом ещё действующей в обугленных руинах к югу от Высокого дома. Можно было бы предположить, что атаки «в лоб» с воздуха в войнах великих домов окажутся не слишком эффективны, но поди ж ты! Не успел отдохнуть с дороги, а уже сам выступаю в роли зенитной установки, калибром поменьше, чем в руинах, но даже более смертоносной.
БАХ, БАХ, БАХ! БАХ, БАХ!!
Перезарядка, а вместе с ней — остановка времени. Можно как следует рассмотреть нападающих, неторопливо отправляя в барабан патрон за патроном.
Изначально около двадцати человек, после первого налёта и моего обстрела они потеряли четверых. Фигуры, замотанные в бежевые одеяния, лица скрыты под слоями плотной ткани, не считая щели для глаз. Твари, на которых они восседали по двое, отдалённо напоминали гаргулий, невыразимо уродливых и жутких, но приспособленных исключительно для полёта и транспортировки, а не атаки. Конструкты, способные как на бреющий полёт, так и на краткосрочную остановку в воздухе, чтобы их ездоки успели прицелиться.
Половина нападающих вооружена ружьями необычной формы, что выплёвывали те самые сгустки чёрного пламени, вторая половина экипирована деревянными жезлами, обеспечивающими отряду магическое прикрытие. К несчастью для них, Райнигун совершенно игнорировал возведённые колдовские щиты, прошивая их насквозь и обращая в пепел владельцев. Сообразив, что вместо стационарной мишени они напоролись на ПВО, всадники бросились врассыпную сразу после того, как