Этимология его имени ясна. По Фасмеру, корень kas или kos восходит к турецкому, означающему «пленник, раб»; на древнерусском этот корень имеет также смысл «неполовозрелый». Кроме того, фонетическая близость этого корня с современным русским словом «кость» оказала влияние на графические изображения персонажа, сделанные в XIX веке. Кощея традиционно изображают в виде старика, худого, как скелет. Он или сидит голый на лошади, или предстает в богатых одеяниях в окружении роскоши, но внешность у него всегда отталкивающая. Строка Пушкина из пролога к поэме «Руслан и Людмила», «Там царь Кощей над златом чахнет», определенно сказалась на восприятии персонажа как старого скряги. В народных сказках подобные интерпретации отсутствуют [50]. То же самое касается чуть более современной интерпретации Кощея как врага человечества – в первую очередь женской его половины. В действительности женщины, которых он у себя удерживал, вовсе не были его жертвами (скорее, жертвой являлся он сам, потому что они нападали на него при первой же возможности – см. сказку «Марья Моревна»). Все эти представления порождены литературой и деривативны. В волшебной народной сказке описаний Кощея никогда не бывает. Можно лишь предположить, что на прекрасного юношу он не похож – судя по впечатлению, которое Кощей производит на женщин, которых похищает и заставляет жить у себя.
Уточним характеристики Кощея в русских сказках: он не ходит, а перемещается с вихрем или на волшебном коне. Он участвует в войнах и в охоте. Плененный воительницей Марьей Моревной, он двенадцатью цепями прикован к стене; чтобы освободиться, он выпивает три ведра воды (вода обладает целительными свойствами и возвращает к жизни). Он может жить как во дворце, так и в простой избе. Приметы каннибализма у него сильно ослаблены: они ограничиваются обостренным обонянием. Так, в «Красе ненаглядной» он появляется с вихрем и обращается к Красе, которая прячет Ивана-царевича: «Русским духом пахнет! Уж не Иван ли царевич тут?» [51] Однако, как простой смертный, он довольствуется тем, что готовит ему девица, которую он похитил.
Его окружение, как у других вражеских сил, женское. Это могут быть одна или несколько дочерей (царевна-лягушка), либо те, кого он похитил – невесты главного героя (Марья Моревна, Краса ненаглядная). Его дочь, царевна-лягушка, – сверхъестественный персонаж. Похищает он обычно или воительницу, или обычную женщину. С хитроумием Макиавелли та притворяется влюбленной, чтобы выведать секрет его смерти. Это ей неизменно удается.
Все эти черты Кощея указывают на его принадлежность к потустороннему, враждебному миру. Кощея определяют его слова, его действия, но в первую очередь его смерть. Смерть у него внешняя, откуда и прозвище Бессмертный (буквально «без смерти») [52].
Эта смерть может быть двух видов: она либо заключена в яйце, либо связана с конем. В первой форме она встречается в сказках разных народов по всему миру, во второй присуща только восточнославянскому фольклору. Больше всего Кощея характеризует даже не его смерть сама по себе, а место, где она находится, – он-то, как мы уже поняли, «Бессмертный».
1. Смерть в яйце: Кощей открывает секрет своей смерти (точнее, тайну места, где она находится), всегда в похожих выражениях: «На море-океане, на острове Буяне, растет старый дуб, на верхушке дуба того сундук, в сундуке заяц, в зайце утка, а в утке яйцо. В этом яйце моя смерть!» Девица, добившаяся его доверия, тут же передает информацию герою, тот добывает яйцо, разбивает его, и смерть приходит к Кощею.
2. Смерть Кощея, связанная с конем: Иван-царевич получает от Бабы-яги волшебного коня за то, что три дня пас ее диких кобылиц. Подаренный конь убивает Кощея ударом копыта в грудь.
Кощей – персонаж интернациональный [53]. Сказки, легенды, верования во внешнюю смерть имеют множество параллелей; самым древним из письменных свидетельств в этом отношении является египетская сказка о двух братьях (XV век до н. э.): там главный герой, убегая от противника, оставляет свое сердце «на верхушке кедра». В сказке братьев Гримм «Хрустальный шар» смерть колдуна содержится в хрустальном шаре. В рассказе Люзеля присутствуют два персонажа одноименных сказок: «Тело без души» и «Волшебник Ферраджио». Лоб у волшебника Ферраджио из семи медных пластин; надо проломить их, чтобы наступила его смерть [54]. Существуют также версии баскские, шотландские, грузинские. Фрэзер, изучавший тему внешней души, ссылается на сибирские поверья; так, якуты считали, что у шамана несколько душ, одна из которых – его жизнь; эта жизнь хранится в кабане, и если кабан умрет, шаман умрет тоже.
Широчайшее географическое распространение этого верования доказывает, что концепция внешней души (или смерти) соответствует определенной стадии развития человеческого мышления. Некоторые авторы считают, что она может быть связана с концепцией тотема – животного, предположительно имеющего особую связь с конкретным человеком/племенем: если человек умирает, он возрождается к жизни этим животным. Отсюда и важность, которую придают такому типу верований – точнее, связи «животное/человек». В большинстве случаев этот сюжет связан с мотивом благодарности от животного; если речь идет о смерти, вызванной животным, в сказке обычно присутствует мотив животных-побратимов (см. сказку «Марья Моревна»); в «Царевне-лягушке» присутствует мотив животного-супруги.
Никакое психологическое или социологическое объяснение не подходит к мотиву внешней смерти, здесь применимы только историко-этнографические знания. Стоит задаться вопросом, почему в сказках Кощей становится враждебной силой, которую необходимо уничтожить. Возможно, он принадлежит к загробному миру, то есть представляет собой часть верований, уже отвергнутых, но еще не полностью стершихся из памяти [55]. Поскольку главное в этом сюжете – смерть Кощея, его необходимо демонизировать, чтобы убить, не испытывая мук совести. Следует задуматься также, не относится ли он, со своим женским окружением, к какому-нибудь материнскому клану, как Морской царь?
МОРСКОЙ ЦАРЬ, ЧУДО-ЮДО, ЧЕРТ
Морской царь – не самый распространенный персонаж русских волшебных сказок, но в тех, где он есть, он является ключевой фигурой. У него могут быть замены: Чудо-Юдо, черт, колдун Ох и т. д. Эти сверхъестественные персонажи принадлежат к потустороннему миру и чаще являются враждебными силами. Как Кощей Бессмертный, они – характерные фигуры волшебной сказки.
Ни у одного из этих персонажей нет подробного внешнего описания. Про Морского царя известна лишь среда его обитания – водная (море, озеро [56]). Однако о многом говорят его прозвища; так, у Афанасьева [57] находим: «Морской царь», «Водяной», «черт», «Чудо-Юдо», «царь с некрещеным лбом». В других источниках встречаются также «чудище лесное», «царь Ирод», «Сатана» и даже «ад». Два из этих прозвищ позволяют составить некоторое представление о физическом облике персонажа: «черт с