Лондон.
Это был Лондон.
Теперь людей стало больше – и машин с автобусами, и черными такси тоже. Анна узнала величественные здания вокруг – белокаменные, нарядные, украшенные колоннами и призывно сияющие витринами магазинов. Впереди показался большой перекресток со светофорами, указывающими во все стороны. Они моргали так быстро, что это сбивало с толку. Со всех четырех сторон горели вывески метро и вели вниз лестницы.
Эффи оглянулась по сторонам:
– Оксфорд-серкус. Это Оксфорд-серкус…
Это в самом деле была Оксфорд-серкус, и в то же время это была не она. Там и сям все еще возвышались деревья: одно росло прямо сквозь асфальт на проезжей части, другое оплетало какое-то здание сбоку. И атмосфера была не лондонская: цвета слишком блеклые, звуки слишком приглушенные, словно это была выцветшая репродукция города или абрис, проступающий сквозь кальку. В небе с обеих сторон висело по полумесяцу: один черный, другой белый.
Люди, впрочем, выглядели вполне реальными, даже занятыми своими делами. Мать, ведущая за руку ребенка. Мужчина в деловом костюме, возбужденно жестикулирующий во время разговора по телефону. Женщина, остановившаяся поглазеть перед витриной магазина – хотя она была совершенно пуста, если не считать раздетого манекена, взиравшего на нее в ответ. Медленное людское море, спускающееся по лестницам в метро. В воздухе появилась стая воронов. Они спикировали над головами людей и устремились в подземный вестибюль.
– А теперь куда? – пробормотала Эффи.
Анна задумалась, напрягла память: в сказке девушка вышла из леса на поляну, к замку, окруженному… рвом.
– Мы идем к реке. – Она указала на Риджент-стрит, которая вела на юг, в сторону Темзы.
Эффи неуверенно кивнула. Они зашагали по улице, пряча лицо от метели, которая гуляла, запертая между внушительными зданиями по обеим сторонам.
Шаг за шагом.
Анна пыталась смотреть вперед, но это было сложно… Слишком много было вокруг вещей, которые царапали и выбивали из равновесия: костяные деревья, все еще попадавшиеся там и сям; пустые все до единой витрины; пляшущие буквы на указателях, складывающиеся в бессмысленные слова; голуби, кругами бродившие по тротуарам. Мимо проехала карета… но морда у лошади, которая ее тянула, с одной стороны была мертвая, обнажавшая великолепный череп. И люди вокруг… теперь Анна это видела… Они тоже были не такие – да, все они целеустремленно куда-то шли, но их выдавали глаза: слишком неподвижные, слишком пустые.
Бездомный с картонкой на груди тянул к ней руку. Какой-то мужчина в красной телефонной будке внимательно смотрел на них сквозь стекло. Они прошли мимо лотка зеленщика, на котором высились груды гниющих фруктов. Мимо людного паба, из окон которого, приклеившись к стеклам, смотрели люди. Мимо девочки, которая прыгала через трещины на асфальте. С неба упала женщина и приземлилась на тротуаре прямо перед Анной. Та с беззвучным криком бросилась к ней, но женщина уже исчезла.
– Анна…
Эффи указала наверх. Та самая женщина стояла на карнизе крыши высокого здания прямо над ними. Она упала снова. Исчезла. Упала снова. Исчезла. Упала снова.
Они некоторое время безмолвно смотрели на это, потом пошли дальше. Каждый последующий шаг давался тяжелее предыдущего.
Еще один шаг…
Анна была уверена, что они уже должны быть у реки, но улицы казались бесконечными, а все вокруг терялось в снежной мгле. Они свернули на другую улицу – белокаменные здания, нарядные, украшенные колоннами и призывно сияющие витринами магазинов.
– Оксфорд-серкус, – объявила Эффи.
Они вернулись на тот же перекресток, с которого начали свой путь.
Анна огляделась по сторонам. Толпы вокруг стали оживленнее, протискиваясь мимо нее, чтобы спуститься на станцию. Она с трудом выбралась из гущи человеческих тел.
– Но как? Мы шли к реке…
Плачущая девочка тянула за собой мать. Мужчина лихорадочно жестикулировал, разговаривая с кем-то по телефону. Женщина завернула в магазин и вышла оттуда, немедленно развернулась и снова зашла обратно. Анна пригляделась внимательнее к людям, спускавшимся в метро, – это были те же самые люди, которые поднимались по лестнице с другой стороны…
Все застряли. Все находились в ловушке.
– Мы продолжим идти…
Анна пыталась держаться за собственные слова, гадая, день сейчас или ночь: понять было трудно, серый болезненный свет не походил ни на то, ни на другое, а полумесяцы казались намертво приклеенными к небу. Само время, казалось, тоже застыло, пойманное в ловушку, вынужденное снова и снова кружить, как снежные вихри.
Сколько бы они ни шли, улицы так никуда их и не приводили, буквы на табличках с названиями больше не плясали, но постепенно превращались в письмена языка мертвых. Насмехались над ними. Бездомный тянул к ним руку. Одетый в черное официант кивал им. Мужчина в телефонной будке колотил кулаками по стеклу. Женщина снова и снова бросалась с крыши здания вниз. Девочка пыталась прыгать через трещины в асфальте, но они стали слишком широкими. Они с Эффи вновь прошли через Оксфорд-серкус. И еще раз, и еще. Каждый раз снова оказываясь на том же перекрестке.
Люди уже толпой валили по лестницам подземного перехода, толкаясь, давя друг друга. Женщина смотрела на манекен в витрине магазина, но ее лицо стало таким же пустым, как и его лицо.
– Мы продолжим идти, – сказала Анна.
Ее ли вообще это был голос?
Мужчина с телефоном схватил Анну за плечи и принялся кричать на нее, хотя она не слышала ни слова из того, что он кричал. Это на мгновение вывело ее из апатии.
Нет.
Они не могут продолжать идти, когда в этом нет никакого смысла.
– Мы потерялись, да? – слабым голосом произнесла Эффи.
Потерялись.
Анна силилась вспомнить, где находится, уцепиться хоть за что-нибудь, но держаться было не за что. Хад был скользким, как лед. Это все не по-настоящему. Это все не по-настоящему. Белые лошади – половина нормальная, половина костяная – мелькали в потоке транспорта, пугающе реальные, мотая головой и перебирая монструозными челюстями. Толпы куда-то спешили, только теперь это уже были скорее не люди, а тени…
Анна подняла глаза, и в небе мрачным вихрем перьев снова промелькнули вороны. Они спикировали вниз и исчезли в подземном переходе.
В мозгу у Анны что-то щелкнуло. В сказке девушка последовала за воронами в лес и они вывели ее к замку. Чтобы подняться, нужно спуститься…
– Нам нужно идти за воронами! – закричала она.
– Что?
– НАМ НУЖНО ИДТИ ЗА ВОРОНАМИ!
– Что? Туда, вниз? – Эффи повернулась ко входу в метро. Ее черты были едва различимы