– Частенько теперь мы с вами встречаемся, – говорит он.
Подходят женщины.
– Чай? – предлагает старик. На очаге рядом с шатром шипит и плюется кипятком черный чайник.
Усталость Льва отступает. Человек! Они встретили живого человека! Тропа не пуста! Путники лезут в рюкзаки, достают кружки, а старик разливает всем чай. Они рассаживаются рядом с ним. Он явно соскучился по людям и оживленно рассказывает о себе. Да, он альпинист, который четыре раза покорил Эверест. А теперь просто гуляет. Не любит тропу к Base Camp – она слишком людная, предпочитает затерянные тропы – вот как эта. Необычная палатка? Да, он сам сшил ее из парашютного шелка. «Как мы в молодости!» – радуется Лев. Ходил ли он дальше по этой долине? Конечно. Она идет к перевалу. И отсюда через несколько перевалов можно перейти в Китайский Тибет. Только надо будет подняться очень высоко и пройти по снегу. Горы могут и не пустить. Не всех пускают. Видел ли он караван купцов? Старик начинает веселиться.
– Вы взаправду хотите с ним встретиться?
– Да. Мы не просто туристы, у нас экспедиция – мы в поисках Каравана.
Старик неизвестно чему смеется и не отвечает.
– Вы знаете про Караван? Почему вы смеетесь? – Фло требует от него ответа.
– Нет, я, конечно, ничего не знаю и никогда не видел Караван. Это миф. Я слышал рассказы о Караване от старых альпинистов. И от шерпов. Знаете сказку про «черного альпиниста»? А в этих местах рассказывают о Караване, который перелетает перевалы.
– Вы очень бодрый, – говорит Фло. – Сколько вам лет?
– Догадайся. – Старик прищуривается.
– Семьдесят, – решительно заявляет Фло.
– Бери выше.
– Восемьдесят?
– Неужели вам девяносто? – включается Ксения. – Я много ходила по здешним местам, и мы ни разу не встретились…
– Может, я как Караван, – шутит старик, – миф? Потрогайте меня: я вам, случаем, не снюсь?
Фло деловито ощупывает его штормовку, сделанную из темно-зеленой ткани.
– Брезентовая, – объясняет старик, – из прошлого века.
– Сто двадцать, – говорит Юдит.
Лев и женщины с удивлением смотрят на нее. «Неужели она имеет в виду возраст старика? Это же шутка, да?» И тогда Лев отчетливо вспоминает этого старика, и еще вспоминает, что год назад в их прошлую встречу старик уже так шутил: сказал, что ему сто девятнадцать и жить ему остается один год. Но как Юдит узнала об этой шутке? Или это была не шутка? И Лев вспоминает, что Юдит кричала ему в спину: «Через семь дней спроси у старика!» Сколько прошло с тех пор? Забыл… Чертовщина какая-то… И о чем он должен у него спросить? О том, кого ему любить? Лев бросает взгляд на Юдит. Ее лицо бесстрастно.
Путешественники допивают чай и прощаются со стариком. Когда они возобновляют путь, Лев чувствует, что очень хорошо отдохнул. Камни опять стали серыми и сухими. «Сколько, интересно, мы просидели вместе с ним?» – Лев сдергивает рукав. Сейчас 14 часов 22 минуты. «А когда мы остановились?» Лев не может этого вспомнить. Он очень ждал привал – но во сколько? Все стерлось из памяти. Когда следующий привал? Лев чувствует, что усталость опять расползается по телу.
* * *
К вечеру путь преградил небольшой поток. Шерпы отправились искать переправу. Проверили пониже, потом повыше. Внизу река водопадом срывалась с края плато, выше по течению путь преграждала отвесная скала. Поток не выглядел уж очень широким, и шерпы в нескольких местах попробовали перебраться по камням, но протерпели неудачу. Тогда один из них сменил ботинки на вьетнамки, взял в руку конец веревки, другой рукой оперся на палку и вошел в воду. Он продвигался очень медленно, покачивался, нащупывая палкой и ногой устойчивый камень. Вода набросилась на него… захлестнула до пояса… шаг… еще шаг… еще – и шерп упал в воду и поплыл. Спустя полминуты он уже зацепился за камень на другом берегу и выкарабкался на сушу. Насквозь мокрый, он засмеялся и что-то закричал своим товарищам, только за шумом воды ничего не было слышно. Теперь веревка пересекала реку. Шерп закрепил ее на дальнем берегу, и следующий шерп шел уже с рюкзаком, держась за веревку. Очень медленно, боком к несущемуся потоку воды. Он не упал, хотя тоже весь вымок.
Когда шерпы перенесли рюкзаки, настала очередь белых людей. Первым пустили Льва. Он не захотел мочить одежду и снял не только ботинки, но и штаны. Переходить реку нужно было в сандалиях, чтобы не распороть ногу об острый камень. Шерпы решили, что сам он не удержится, и надели на него обвязку, прикрепив ее к веревке карабином. Лев вступил в воду. Страшно. Невероятно холодно – ломит ноги. И не побежишь ведь – нужно нащупать проем между камнями, закрепиться, перенести вес… Чем ближе к центру реки, тем мощнее поток – давит и опрокидывает. «Да, без веревки я не устою – понесет меня поток, стукнет головкой о камушек, сбросит в водопад». Шаг, еще один чертов шаг. Стремнина позади. Лев выбирается на берег и победно смотрит на шерпов. Стресс и холод пошли ему на пользу – усталость отступила.
Следующей идет Фло. Она лезет в воду в брюках, наотрез отказавшись надеть обвязку. Берется двумя руками за веревку и семенит по воде. Медлит – никак не может нащупать ровное место. Ступает, проваливается, тонкие пальцы отрываются от веревки – и Фло как-то игрушечно, будто бы дурачась, соскальзывает вниз. Серебряная струя накрывает ее, текучий плед обнимает тело. «Почему я разрешил ей идти без обвязки? Кто отвечает за безопасность?» Спеленутая водным саваном, она плывет головой вниз. «Почему на ней не надет шлем? У нас нет шлема? Кто отвечает за безопасность?!» Радужный водяной сверток несется на расписной камень, разделяющий реку на два рукава. Утыкает Фло головой прямо в камень – мягко, нежно. От невыносимости бытия Лев закрывает глаза, а когда открывает, Фло плывет ниже камня. Жива? Вот-вот поток скинет ее вместе с водопадом. Молодой шерп, который первый переходил реку, бросается в воду ей наперерез. Фло серебряной лодочкой несется к обрыву. Шерп в несколько рывков догоняет ее и хватает за ноги, затем отталкивается от камней и устремляется к берегу. Через несколько секунд он вылезает из воды и подтягивает к себе тело.
Лев бежит к ней, спотыкаясь о камни. Она недвижима, крови на голове не видно… Умерла?