В какой-то момент всё стало будто бы слишком быстро. Я решил, что это творческий кризис, но то было первое испытание молодой души славой: проблемы с близкими, проблемы с алкоголем и наркотиками, проблемы с психикой. Преодоление далось нелегко, но стало настоящим чудом. Парадоксально, что подлинная внутренняя свобода была обретена с приходом к строгой самодисциплине, стоической философии и русскому православию. То, что, согласно популярным в то время либеральным мантрам, закрепощало свободного художника, сужало творческий потенциал и вселяло страх, стало для меня лекарством от страха, ключом к неограниченной творческой вольности и творческой радости. Это дало мне сил на новые большие проекты. Первая полноценная книга стихов «Эскизы» (2018). Запуск интерактивной телеграм-вселенной «Конечная» (2019). Вторая книга – мультимедийный проект «Неоновое» (2021) – как творческий итог десятых и попытка осмыслить новый мир, полноценно вступивший в эпоху деглобализации.
Летом 2021 года я отметил 10 лет с начала карьеры большим онлайн-концертом и собрал два своих самых крупных на данный момент живых выступления. Уже через год, в военном 2022-м, собирать я буду гуманитарную помощь: сначала беженцам с Донбасса в старую Россию, потом – мобилизованным российским бойцам и жителям приграничных регионов. Поэтическое сообщество разделится на два лагеря, один из которых будет упорно пытаться меня «отменить», но так и не сможет этого сделать – читателей станет только больше, намного больше. Помимо полупрозрачных дев и утончённых молодых людей я стану читать стихи суровым мужчинам в форме и повторять, как попугай, во всех соцсетях, что они – это мы, продолжать писать, осваивая новые формы и смыслы, упрямо рисуя чувственный пейзаж очередной новой реальности. Автор не может существовать в отрыве от судьбы народа, к которому принадлежит, и для меня никогда не стояли политические или этические вопросы в этом контексте. Я просто продолжил делать то, что умею лучше всего.
В 2024-м, помимо изменений в мире и обществе, стали очевидными надвигающиеся большие перемены в русской поэзии. Так, очевидно, что она находится в состоянии перехода из XX века в XXI, из одной чувственной системы координат в другую, из старого образа восприятия в новый – тот, что будет понятен последующим нескольким поколениям. Это не революционный, но эволюционный процесс, исполненный в равной степени новизны и преемственности: мы готовимся перейти очередной порог, предыдущие два сейчас известны нам какзолотой и серебряный века. От того, как успешно будет совершён этот переход, зависит то, какую роль в мировой культуре XXI века сыграет русская поэзия этого века, как бы громко это ни звучало – и будет ли эта роль сопоставима с тем, чем была русская поэзия для мира в последние два столетия. Мы живём в момент предчувствия.
Попыткой осмыслить это предчувствие стал документальный фильм, который мы сняли в конце 2024 года прямо во время поэтического тура по десяти российским городам. На момент написания этого текста я готовлюсь к выходу новой книги – той, что вы держите сейчас в руках. Её номинально можно назвать «собранием сочинений», и в самом этом словосочетании будто бы кроется некий итог. Но итога не будет. В голове у меня – новые мерцающие идеи, новые поэтические проекты, огромное количество новых стихов, которые намного лучше предыдущих. Я чувствую себя сильнее и уязвимее, чем когда-либо. Мне рано писать автобиографию – я ещё ничего не сделал. Будущее больше прошлого.
(2025)
Юность
2011–2014
ОРДЕР
Не по средствам,
но непосредственна и единственна,
как весеннее равноденствие.
Всё, что есть о тебе – всё здесь оно.
Перелистывай, как-нибудь сидя между рельсами.
Между кризами, между лезвиями, болезнями.
Не погибнем, так покутим.
Между тысячами артистов – мы не железные,
мы – причисленные к святым.
Бог боится за нас двоих,
а за человечество соболезнует
нам же в письмах агентства ИТАР-ТАСС.
Всегда с одним послесловием в окончании:
Вы имеете право любить и хранить молчание.
Всё остальное будет использовано против вас.
(2011)
МОРСКОЕ
Это летит от меня к тебе на огромной скорости,
как по проложенному метро между двух сердец.
Как поцелуй, из нутра в нутро, полуночным поездом
по бесконечной двойной сплошной серебристых рельс.
А мы всё ходим вокруг да около, пьём да щуримся.
А мы всё спорим, как будто бог – не один из нас.
Но когда море пробьёт нам лодку, волнуясь раз,
мы все замрём в интересных позах и злых предчувствиях.
Сегодня пои со мной! Поджигай эту тишь салютами!
Завяжи нас с тобой покрепче узлом морским.
У всех, кто в жизни хоть раз услышал:Я не люблю тебя,
над расколовшейся головою зажегся нимб.
Вот так сидим мы, и алкоголь вперемешку с ладаном,
на крыше каменного высокого маяка.
А мир стоит, окружённый тёмной морской прохладой.
И наши нимбы суда увидят издалека.
(2012)
ПОЕЗД 27
Выходить курить на какой-то станции. Холод ластится под бока.
Так по-старинному зажигаются два мерцающих огонька.
Ведь он стоит тут минут пятнадцать для успевающих до ларька.
Я буду старшим. Но не теряйся. Я не смогу без тебя никак.
Мы будем мчаться в полночном августе, пить шампанское из зрачков.
И проводница заулыбается от печальных твоих стихов.
Нам кто-то в лица подсыпал порох. Нам не взорваться бы к чёрту всем.
А проводницы – им вечно сорок. Нам вечно двадцать. И двадцать семь.
В своём купе мы забудем сроки, забудем годы и путь назад.
Если захочешь схлестнуться в покер,