Го Сяофэнь поняла!
Юэ Шао продолжил:
– В этом случае компании-доноры из заказчиков превращаются в просителей. Для благотворительной организации неважно, пожертвуете вы или нет, – желающих много. Если вы хотите получить налоговые льготы, вы должны жертвовать именно им. И если не дадите им личную выгоду, они имеют право отказаться принять пожертвование. Так что и в пожертвованиях присутствует большая доля откатов и комиссий…
– Какой процент составляют эти откаты и комиссии?
– По правилам «Фонда любящих сердец», обычно от трех до пяти…
– От трех до пяти процентов? – удивилась Го Сяофэнь. – То есть с пожертвования в сто миллионов они получают от трех до пяти миллионов?
– Не от трех до пяти процентов, а от тридцати до пятидесяти, – холодно исправился Юэ Шао.
Го Сяофэнь долго не могла закрыть рот.
– Из пожертвования в сто миллионов половина идет в карманы Тао Бина и Син Цисяня, но это еще не все. Значительная часть «деятельности» «Фонда любящих сердец» – это отмывание денег. Поскольку они имеют дело с общественными пожертвованиями, проверять и контролировать движение средств сложно, поэтому через фонд отмывают черные деньги под видом пожертвований. Тао Бин и Син Цисянь, конечно, берут свою долю. Такие, как Чжай Цин, раньше были бандитами, а теперь специализируются на отмывании денег для фонда… Кроме того, у «Благотворительного фонда любящих сердец» есть еще два источника дохода – студенческие кредиты и недвижимость. Два года назад из-за студенческого кредита с собой покончила студентка, чей отец, говорят, был высокопоставленным полицейским, поэтому кредитование пришлось приостановить, хотя сейчас оно снова возрождается. А недвижимостью они занимаются по-прежнему.
Го Сяофэнь перебила его:
– Я не понимаю, какая недвижимость может быть у благотворительной организации и как на этом можно заработать?
– В чем основная прибыль от недвижимости? В разнице между стоимостью земли и продажной ценой. Чем выше цена земли от правительства, тем выше цена продажи, верно? А что, если правительство предоставляет землю под застройку бесплатно, но недвижимость все равно продается по высоким коммерческим ценам?
Го Сяофэнь покачала головой:
– Как это возможно? Правительство обязательно продает землю под застройку, как она может быть бесплатной?
– Есть исключение, – медленно пояснил Юэ Шао. – По государственным правилам, для земли под дома престарелых и приюты благотворительные организации могут получить огромные льготы или даже освобождение от платы.
– Это хорошая политика… Но я не понимаю, как «Фонд любящих сердец» может этим воспользоваться?
– Они могут строить дома для престарелых.
– Дома для престарелых?
– Смотрите, например, государство выделяет им участок под пять зданий. Они строят огороженный жилой комплекс, одно здание отводят под дом престарелых или приют, а остальные четыре продают по рыночной цене. Разве это не то же самое, что строить коммерческое жилье на бесплатной государственной земле?
– Но можно ли на такие дома получить полные права собственности?
– Конечно, на такие дома нельзя сразу получить «полные права», – кивнул Юэ Шао. – Однако при продаже заключается другой договор – покупатель получает «право на проживание для престарелых» на семьдесят или более лет, плюс все льготы единственного настоящего дома престарелых в комплексе: бесплатную воду, электричество, интернет, обслуживание. Разве это не привлекательно?
Услышав столько неизвестных подробностей, Го Сяофэнь почувствовала, как ее и без того тяжелая голова начала пульсировать.
– Поэтому они хотели уничтожить все другие частные благотворительные организации, монополизировать все источники дохода и делать что хотят: использовать налоговую политику для мошенничества с пожертвованиями, а благотворительные средства – для финансовых преступлений, спекулировать на льготах на землю, отмывать деньги… Но в последние годы борьба с коррупцией как никогда сильна, неужели они не боятся?
– Конечно, боятся, до смерти боятся, но они уже привыкли. К тому же каждое их злодеяние затрагивает бесчисленные отделы и людей. Все, кто дает им зеленый свет, хотят свою долю. Уже слишком поздно останавливаться, и чем больше они понимают, что скоро конец, тем отчаяннее пытаются нахватать – все равно в итоге это не их, так пусть и другим не достанется… Мы все это понимаем, но ничего не можем поделать. Когда они забирали детей, мне было грустно, но я думал: в их приютах условия гораздо больше подходят детям, и хотя их там используют, это все же лучше, чем голодать с нами, бедными учителями. Но если уж вы используете детей, используйте их правильно, зачем же убивать?.. – говоря это, Юэ Шао внезапно прослезился.
Го Сяофэнь достала две салфетки из коробки и протянула ему. Тот судорожно стал комкать их в руках, но бумага, точно гнетущая сердце тяжесть, никак не поддавалась – ее невозможно было разгладить, не выходило распрямить.
– Услышав о «Деле станции Саошулин», я сразу приехал, хотел потребовать объяснений у Син Цисяня и Цуй Вэньтао, но вместо этого меня избил Чжай Цин… Я слабый интеллигент, но пускай не думает, что я это так просто оставлю!
– Что вы планируете делать дальше? – спросила Го Сяофэнь.
– Раз уж я здесь, буду жаловаться наверх. В последние годы атмосфера в стране все более здоровая, борьба с преступностью стала серьезной – не верю, что люди из «Фонда любящих сердец» смогут всегда оставаться безнаказанными!
Го Сяофэнь подумала и осторожно уточнила:
– Полагаю, у ваших жалоб нет реальных доказательств, верно?
Юэ Шао горько улыбнулся и кивнул:
– Где простому человеку взять реальные доказательства!
– Сейчас как раз редкая возможность, – задумчиво протянула Го Сяофэнь. – В обычное время полиция без доказательств не могла бы найти предлог расследовать деятельность фонда. Сейчас все иначе – «Дело Саошулин» получило такой резонанс, что по процедуре расследования полиция не может игнорировать никакие связанные с делом зацепки от кого бы то ни было, они обязаны вкладывать ресурсы в проверку. Поэтому, если вы сейчас подадите жалобу на «Благотворительный фонд любящих сердец», полиция может одним выстрелом убить двух зайцев и расследовать все сразу…
Юэ Шао энергично закивал:
– Хорошая идея, хорошая идея!
Го Сяофэнь достала телефон, позвонила Ма Сяочжуну, попросила его приехать и забрать ее, затем сказала Юэ Шао:
– В ближайшее время вам нужно заботиться о своей безопасности. С сегодняшнего дня вы будете жить у моего старого друга-полицейского, он научит вас, как правильно подать жалобу о преступлениях «Фонда любящих сердец».
Юэ Шао был в восторге, но, кроме слова «спасибо», не знал, что сказать. Наконец, видимо, почувствовав неловкость от бесконечных благодарностей, он опустил голову и с шумом доел оставшуюся в миске лапшу… Глядя на его неуклюжие движения, Го Сяофэнь испытывала одновременно и