Сначала более крупный член — медленно, уверенно, заполняя её. Тело напряглось, растягиваясь. Приспосабливаясь. Принимая. Сгорая.
И затем — невероятно — присоединился второй, прижимаясь к ней сзади, надавливая в ту точку, от которой перед глазами всё побелело.
Она вскрикнула.
Не от боли.
От неверия.
От капитуляции.
Он двигался медленно, наблюдая за ней, считывая каждый её звук, каждую дрожь, каждый вздох. Она поняла, с нарастающим ужасом и восторгом, что он уже знает её тело — лучше, чем она сама.
Это не был просто секс.
Это было присвоение.
Он укоренялся в ней, вокруг неё, сквозь неё.
Словно этот момент был не просто удовольствием — а предназначением.
И, возможно, так оно и было.
Потому что что-то внутри неё разлетелось вдребезги.
А что-то другое… пробудилось.
Глава 29
Зарок лежал неподвижно.
Сесилия свернулась калачиком, прижавшись щекой к его груди; её дыхание было мягким и ровным. Волосы рассыпались по его коже дикими чёрными волнами, отливая синевой в тусклом багровом свете, проникавшем сквозь высокие угловатые окна покоев.
Он смотрел в потолок, не шевелясь. Молча.
Воздух вокруг них был пропитан запахом секса, крови и чего-то гораздо более опасного — удовлетворения.
Она уснула, прижавшись к нему.
Словно она доверяет ему.
Словно монстр, протащивший её сквозь звёзды, стал её подушкой. Её защитником.
Его желваки заиграли.
У неё не было выбора. Он не оставил ей его. Он затуманил её мысли страхом, тоской. Похотью. Он не предложил ей иного пути, кроме подчинения — и она приняла его. Не из верности или желания.
Ради выживания.
И он воспользовался этим в полной мере.
Он выдохнул — медленно и тихо, чтобы не потревожить хрупкую тяжесть её тела, навалившегося на него. Его рука покоилась на её талии. Он не помнил, как она там оказалась. Но теперь… он не мог заставить себя убрать её.
Он увяз слишком глубоко.
Обряд свершён. Теперь она помечена его запахом, безвозвратно. Он действительно заявил на неё права.
Связь. Нечто священное.
То, что должно быть предназначено лишь для пары-Налгар.
А он отдал это ей.
Человеку.
Он убеждал себя, что это будет лишь прихотью. Что она удовлетворит потребность — в крови, удовольствии, близости в самом физическом смысле.
Но теперь… его кровь текла в её жилах.
Не метафорически. Не духовно.
Буквально.
Одного мазка было достаточно. Сущность Налгар, мощная и преображающая, наследие генетического доминирования и давно погасших звёзд. Она не исчезнет.
Она изменит её.
Процесс уже начался. Он чувствовал это. Слабые, мерцающие следы в её запахе. Тонкий сдвиг в энергии её тела. Она станет сильнее. Быстрее. Её чувства обострятся. Тело начнет адаптироваться к этому миру.
К нему.
Недостаточно сильна, чтобы бросить ему вызов — пока нет. Для этого он всё ещё слишком могуществен. Но достаточно сильна, чтобы ранить. Оставить шрам.
Эта идея ему скорее нравилась.
Её рот, выражающий непокорность. Её глаза, горящие ненавистью, когда она бросилась на него с маленьким клинком. Тот момент, когда сталь пронзила его грудь — восхитительно. Шок на её лице, когда он не упал. Когда он лишь улыбнулся.
Эта искра внутри неё.
Этот огонь.
Он жаждал его.
Но огонь мог стать угрозой. И она не останется покорной. К ней снова вернется беспокойство. Недовольство. Она будет провоцировать его, проверять его пределы, пробовать свои.
Она попытается ранить его.
Он приветствовал это.
Но другая его часть — более тихая, более опасная — теперь хотела чего-то другого. Кое-чего похуже.
Он хотел её доверия.
Он хотел, чтобы она смотрела на него без страха. Чтобы касалась его без дрожи. Чтобы выбрала его, даже в неволе. Даже после всего, что он сделал.
Он отнял её свободу. И не мог вернуть её назад.
Но, может быть…
Может быть, он мог дать ей что-то другое.
Цель. Королевство. Место подле него, а не только в его постели.
Ему придется быть осторожным. Расчетливым. Терпеливым.
Она была умна. Яростно умна.
Она увидит манипуляцию насквозь.
Она уже видела.
Но, возможно, и это тоже было частью игры. Соблазнения. Не её тела.
Её воли.
Он посмотрел на неё сверху вниз.
Сесилия слегка пошевелилась, нахмурив лоб. Тень дискомфорта в её снах. Его большой палец очертил изгиб её бедра.
— Ты снова будешь сражаться со мной, — прошептал он вслух, едва слышно. — И я позволю тебе. Потому что я скорее сгорю, чем соглашусь, чтобы рядом со мной лежало сломленное, запертое в клетке существо.
Он закрыл глаза.
Ты моя, — подумал он.
Но я хочу, чтобы ты сама это выбрала.
Глава 30
Сесилия резко проснулась.
На мгновение она забыла, где находится. Простыни под ней были слишком мягкими, слишком теплыми, слишком чистыми. Воздух слабо пах минералами и жаром, как кованый металл и что-то более темное — его запах. Эта невыразимая смесь железа, специй и мускуса.
И тут она вспомнила. Всё.
Её тело напряглось.
Прикосновения. Жар. То, как он наблюдал за ней, владел ею, заявлял свои права. Не только ртом, руками или бархатным властным голосом — но и своей кровью.
Она медленно села, ожидая боли.
Но её не было.
Ни ломоты в мышцах. Ни боли в бедрах, ни синяков на запястьях. Никакого жжения между ног.
Ничего, кроме… энергии.
Свернувшееся электрическое гудение под кожей, словно она могла вскочить с кровати и бежать мили напролет без остановки. Как будто её тело перенастроили за одну ночь.
Что за чертовщина?
Она выскользнула из-под простыней, завернувшись в ту самую легкую мантию, которую оставила на полу. Воздух не обжигал холодом. Босые ноги погрузились в мягкое плетеное покрытие пола, пока она пересекала комнату к арочным окнам.
Небо снаружи было светлым — но не золотистым. Весь мир слабо светился красным, купаясь в лучах солнца, совсем не похожего на земное. На самом деле их было два, если присмотреться. Одно более тусклое, другое — пульсирующее багрянцем.
Внизу поселение раскинулось ярусами из сланца и камня, поблескивая в странном утреннем свете. Инопланетные башни. Извилистые улицы. Дымящиеся вентиляционные шахты. Люди — или существа — двигались далеко внизу, словно насекомые. Занятые. Целеустремленные.
И теперь это был её дом.
Не тюрьма.
Не просто позолоченная клетка для питомца военачальника.
Её дом.
Эта мысль накрыла её, как медленный, удушающий прилив. Спасения не будет. Никаких дипломатических миссий. Никаких внезапных червоточин или звездных кораблей, спускающихся, чтобы вернуть её на Землю.
Она здесь. Навсегда.
И странно… она не плакала.
Это уже было.