К счастью, буквально через несколько секунд передо мной оказалась сойка, которая смотрела на меня, вытаращив глаза.
Я последней открыла свой медальон, и вскоре четверо аваностов и сойка взлетели в небо.
Мерле была в полном восторге.
– Я лечу-у-у! – пела она. – Божечки, я лечу-у-у-у!
Мы пересекли тихо журчащий Рейн. Впереди летел тёмный горный аваност, сразу за ним – сине-голубой водоплавающий. Ярко-жёлтый Нелио мерно взмахивал крыльями прямо передо мной. Мы с Мерле замыкали процессию. И несмотря на все неприятности с Ксавером Беркутом, в этот момент, высоко в небе, я чувствовала себя счастливой. И свободной.
Всё резко изменилось, когда я заметила строительные машины: их стало ещё больше.
– Мерле, – крикнула я, – смотри, сколько уже машин!
– Да, я же говорила, что «Штайн-Бау» продолжает копать гравий, – ответила она.
Добыча гравия с помощью раскопок в заповеднике и добыча питьевой воды с помощью плотины в Хёлленталь – Ксавер Беркут действительно делал всё исключительно для получения прибыли. Остальное его не волновало.
Вдалеке уже показался красный бук.
– Впереди Лебединый остров, – крикнула я Мерле.
– И я туда лечу-у-у-у! – радостно отозвалась она.
Чуть позже все удачно приземлились на песчаный грунт, даже маленькая сойка.
– Просто с ума сойти! – воскликнула Мерле, осторожно прыгая на месте и оглядываясь по сторонам.
– С ума сошёл мой дядя Ксавер, – покачал головой Милан. – Подумать только: уничтожить всё, что делает аваностов аваностами, за один раз и навсегда!
У всех сразу же заметно испортилось настроение.
– Есть и хорошие новости: вернулся мой отец, – сказала я, чтобы подбодрить своих друзей. – Законный лидер общины аваностов. Вы же все видели рисунок на большом экране? Глаз Зорро. Дедушка Курт говорил, что это символ сопротивления Ксаверу Беркуту. И мой отец оставляет этот знак, подписывая свои поделки. – Наконец-то я рассказала своим друзьям о знаке, который Хранительница велела мне запомнить.
– И ты видела своего отца? – спросила Феа. – Ну в смысле на городском празднике?
Я помотала головой:
– Я заметила человека за проектором, но он уехал на мотоцикле раньше, чем я догнала его. И кажется, за рулём была женщина в красных кроссовках.
– Хранительница? – удивлённо спросил Милан, и я кивнула.
– Зато я теперь вообще перестала что-либо понимать, – честно призналась Феа.
– Похоже, Хранительница нашла моего отца и теперь пытается воссоединить группу сопротивления, распавшуюся десять лет назад, – подытожила я свои догадки. – Я не знаю, так ли это – но это объяснило бы, почему я должна была обратить внимание на глаз Зорро, то есть на тайный знак сопротивления. И зачем встречаются Аурелия, Селия и мама. В том числе и с Арне Ястребом. Кажется, он перешёл на нашу сторону.
– Или просто притворяется, – предположил Милан. – А потом докладывает обо всём моему дяде.
Я тряхнула головой, и на землю скользнуло маленькое белое пёрышко.
– Почему-то я в это не верю, – возразила я. – Хотя дедушка Курт и говорил что-то о том, что группу сопротивления в прошлый раз предали.
– Предали? – с тревогой переспросил Милан.
Все крепко задумались, однако никто не мог представить предателем кого-то из знакомых нам взрослых аваностов.
– Я вот о чём думаю: какой смысл Ксаверу Беркуту затапливать Хёлленталь? – спросила Мерле-сойка.
Мы все уставились на неё.
– Хочет обеспечить Зоннберг питьевой водой, – ответил Милан.
Мерле сдавленно засмеялась:
– Ну точно! Ведь Ксавер Штайн – наш благодетель, который ночами не спит, переживая о нуждах граждан!
– Возможно, он собирается заработать на воде из источника Нагольд, продавая её жителям Зоннберга как питьевую, – предположил Нелио. – Питьевая вода сейчас большая ценность.
– Но вряд ли это единственная причина, по которой Ксавер хочет перекрыть Нагольд и затопить Хёлленталь? – не унималась Мерле.
– В этом случае полностью затопит пещеру аваностов, – тихо сказала я.
Мерле взволнованно захлопала крыльями.
– Точно! – воскликнула она.
– Значит, Ксавер Беркут собрал в пещере всё, что принадлежало аваностам Зоннберга, и теперь собирается уничтожить это, затопив пещеру, – подытожил Нелио.
– Просто поверить не могу! – воскликнула Феа.
Мысль была просто чудовищной. Но при этом очень даже логичной.
– Возможно, ты права, – наконец сказал Милан сойке.
– По крайней мере, понятно, что делать дальше! – заявил Нелио.
– Проверим пещеру! – объявила я. – А дальше посмотрим!
И мы одновременно издали радостный вопль и захлопали крыльями.
– Возможно, у нас всё же ещё есть шанс свергнуть Ксавера Беркута, – крикнула я, когда мы наконец успокоились.
– И мы, отряд «Аваности», его не упустим! – добавил Милан.
– А мы, птицы, обязательно вам в этом поможем! – послышался голос с берега. Это были Зигфрид и Одетта, как раз выходящие из воды. Птиц слеталось всё больше, и они рассаживались вокруг нас на песок и на ветви красного бука.
А потом мы, вся наша огромная и дружная стая, взлетели и, окружив красный бук, громко пели, одновременно взмахивая крыльями, впитывая надежду и силу. Снова и снова, снова и снова.
Но в какой-то момент все почувствовали, что здорово устали. Уже смеркалось, и птицы отправились в свои ночные убежища.
Нам тоже было пора по домам, наверняка родители уже повсюду искали нас. Хотелось бы надеяться, что они не успели сообщить в полицию, что мы ещё не вернулись в такое позднее время.
Мы, четверо юных аваностов, стояли кругом, и вечерний ветерок трепал наше оперение. А в центре круга прыгала на месте совершенно ошалелая, но счастливая сойка.
– По одиночке лишь низко летаем, вместе же небо легко покоряем! – сказала я торжественным голосом, расправляя крылья. Мы вчетвером, встав крыло к крылу, повторяли эту важную фразу, и в какой-то момент Мерле в центре тоже её подхватила.
По одиночке лишь низко летаем, вместе же небо легко покоряем!
И в тот момент я была уверена, что мы, молодые аваносты, действительно сможем покорить небо.
В тусклое вечернее небо первыми поднялись Феа, Нелио и Мерле.
Мы с Миланом, словно по какому-то тайному знаку, на мгновение задержались и посмотрели друг на друга.
– Прости, что я тебе не доверял! – сказал чёрно-фиолетовый аваност.
– Я доверяю тебе целиком и полностью, – храбро заявила я. – Попробуй, может, у тебя тоже получится.
Милан рассмеялся:
– И я тебе доверяю! И я думаю, что ты очень храбрая!
Он склонил голову, и я коснулась лбом его лба, чувствуя его тепло и будто впитывая все силы мира. В тот момент я не сомневалась, что у нас всё получится. Вместе с Миланом.