– Ами? – на лице тети промелькнул испуг, но она быстро взяла себя в руки. – Не понимаю, о чем ты, – улыбнулась она. Я просто беспокоилась о тебе, моя девочка, и решила вернуться в библиотеку.
– Вам не надоело жить во лжи, Элла? Тебе, маме? Или…лучше называть тебя Изабеллой? – я с каким-то мрачным удовлетворением наблюдала за тем, как с ее лица схлынули краски.
– Ты все не так поняла, дитя… – тетя сделала еще одну попытку, но я перебила ее.
– Я все вспомнила.
– Ты… что? – она прижала руки к груди и будто разом состарилась на десяток лет.
– В прошлый раз вы придумали мифического отца и мою болезнь вследствие потрясения. В этот раз падение с лошади и потерю памяти после удара о землю. У меня только один вопрос: зачем? Зачем вы врали мне?! В моей жизни хоть что-нибудь было правдой?
– Позволь, я присяду… – Элла прошла к дивану и устало опустилась на него.
В библиотеке повисло молчание.
– Это так сложно объяснить, – наконец, заговорила тетя. – И это было очень давно.
– Время у нас точно есть, – ответила я, присаживаясь на широкий подлокотник, обитый бархатом.
– Когда-то, очень давно, меня сослали в этот мир, лишив большей части магии. Не смотри на меня так, Ами, я не была преступницей, я была проклята мужчиной, которому не ответила взаимностью, – тетя нервно разгладила и так безупречную ткань своего шелкового платья. – Я скучала… Безумно скучала здесь по сестре, но главное, – ее голос вдруг стал странно горьким, – я потеряла их… – она замолчала.
– Их? – я нахмурилась.
– Свои крылья, – в тетиных глазах, ярких как изумруды, засверкали слезы. – Она появлялись все реже, а однажды просто исчезли навсегда. Ведь в этом мире практически не было магии. Не помню, как жила эти века, пока не повстречала Кайвена Ар Делиана. Конечно, я сразу поняла, что он дракон, а он понял, кто я такая. Истинная пара, которую безумно тянуло друг к другу. Мы заключили старинный свадебный обряд, связавший наши бессмертные души, и были счастливы.
Она подняла взгляд на меня, и в нем было столько тоски, что мне стало вдруг совестно за то, что я обвиняла ее. Кажется, она действительно очень любила своего дракона. Почему же ушла?
– Кайвен слабел, я чувствовала это, как может чувствовать только фея. Сама я подпитывалась от цветов и деревьев, он же… – она закусила губу, но все же продолжила. – Он умирал, Ами. Нет, по меркам людей он оставался красивым сильным мужчиной, но что такое человеческая жизнь для тех, перед кем раскинулась вечность? Песчинка во времени. Краткий миг бытия.
– И ты… – кажется, я уже догадывалась, что случилось.
– Да, Ами. Я решила открыть портал обратно, в свой мир, и вымолить прощение у императора. Надеясь, что он уже забыл меня и не будет упорствовать. Если бы я… – ее голос предательски дрогнул, – если бы у меня получилось, я вернула бы себе магию, и пусть этот мир практически нечувствителен к ней, ее бы хватило для нас двоих. Кайвен ради меня потерял все силы драконорожденного, и мне хотелось хоть чем-то отплатить ему, сделать для него невозможное.
В один из дней, воспользовавшись его отъездом, я пошла к обрыву и долго стояла там, стягивая к себе крохи магии, все, которые у меня еще оставались. Прося ее у природы, обещая после вернуть с лихвой. И она откликнулась на мою просьбу. В какой-то миг у меня получилось, – лицо ее исказила болезненная судорога, – мои прозрачные крылья раскрылись за спиной, а воздух передо мной завибрировал, подернувшись радужной пеленой. Портал был открыт, и я, больше не сомневаясь, полетела к нему.
Вот только… – теперь тетя говорила так глухо, что я едва ее слышала, но боялась перебивать, понимая, что эти воспоминания по-прежнему причиняют ей неимоверную боль. – Они вдруг исчезли. Растворились в воздухе, когда до портала оставались считаные метры. Я не смогла… не успела до него долететь и упала, – прошептала она и замолчала, спрятав лицо в ладонях.
– Тетя, мне так жаль, – я пересела к ней и обняла за плечи, делясь своей молчаливой поддержкой. Я была потрясена тем, как трагически закончилась их любовь. Если бы Кайвен знал, что произошло на самом деле, ему было бы легче. Наверное. Мне очень хотелось верить в это.
– Получается, ты все же умерла? – спросила я спустя какое-то время.
– Нет, – она подняла на меня глаза, мокрые от слез. – Феи не умирают, Ами. Они просто воссоединяются с природой вокруг, а когда приходит время, вновь появляются.
«Вот оно как», – подумалось мне. Чего-то подобного, я, признаться, ждала. Еще с того момента, когда мы с Тероном обнаружили пустой саркофаг.
– Ты должна знать еще кое-что: проклятье отрикошетило и по вам с Иветтой. Император был очень зол на меня и решил, что моя сестра помогала мне скрываться от него, – она грустно улыбнулась. – Я пыталась, поверь мне, пыталась что-то придумать, помочь вам. Иветта пришла в этот мир, беременная тобой, надеясь, – она сглотнула ком в горле, – надеясь, что малышке оно не передастся. Но все было напрасно.
– И… в чем же оно заключается? – дрожащим голосом произнесла я. Вот оно, то самое, что я так хотела и одновременно, боялась услышать. И если я права, если проклятье состоит в том, что мне не быть рядом с любимым мужчиной, если ему предстоит терять меня снова и снова… не лучше ли нам вообще не встречаться? Я не могу вновь так жестоко с ним поступить.
– Потерянная любовь, – проговорила Элла, глядя на меня мерцающими изумрудными глазами, похожими на звезды. – Так он отомстил мне за свое уязвленное самолюбие, ведь до меня ему никто не отказывал. Знал, что это ударит по феям больнее всего. Мы не можем жить без любви, но будем вынуждены терять ее снова и снова. Как видишь, мы с Иветтой так и остались одни, заранее зная, что все равно проиграем. Но ты, дитя мое… У тебя есть шанс все исправить.
– Какой, тетя? – c горечью возразила я. – Разве ты не видела, события уже дважды повторялись по кругу, мы с Рейвеном не можем быть вместе.
– Сможете. Но для этого тебе нужно пробудить свои крылья.
– Что? – я непонимающе смотрела на нее. Разве это возможно для такой, как я, да еще и в почти полностью немагическом мире?
– Мы с Иветтой не сразу поняли, как можем помочь