Я протягиваю ему инструмент.
— Обе ноги.
— Я знаю.
Направляясь к лестнице, я смотрю на свои коричневые штаны и бормочу:
— Ну почему кровь всегда должна разбрызгивается повсюду, блять.
Я начинаю расстегивать пуговицы, поднимаясь по лестнице, и, увидев Сэмюэля, курящего сигарету, спрашиваю:
— Есть новости от Эладио?
— Мигель звонил и сказал, что Эладио уже достаточно оправился, потому что он доводит его до белого каления.
Я усмехаюсь.
— Скажи Мигелю, пусть терпит. Я хочу, чтобы Эладио взял полный двухнедельный отпуск перед возвращением.
Сэмюэль кивает, делая затяжку, и клубы дыма окутывают его лицо. Он бросает сигарету на землю и наступает на нее, после чего направляется к лестнице.
В этот момент раздаются крики Нолана.
— Закрой дверь, — кричу я, и Сэмюэль показывает мне большой палец, прежде чем захлопнуть тяжелую деревянную дверь, заглушая крики.
Я снимаю рубашку и вытираю ею руки на случай, если наткнусь на Сиару до того, как доберусь до ванной.
Глава 27
Сиара
Сидя в кабинете Сантьяго, я ввожу данные для входа в свой банковский счет. Прежде чем я успеваю нажать кнопку ввода, Сантьяго спрашивает:
— Ты уверена?
— Если никто не изменил их, — бормочу я, нажимая на кнопку, — то все должно получиться. — Зайдя в банковское приложение, я улыбаюсь ему. — Я вошла.
— Там все нормально? — Спрашивает он.
Я захожу в свой аккаунт и вижу кучу списаний. Но на счету осталось достаточно средств.
— У меня на счету было двадцать тысяч, а теперь показывает двести тридцать шесть тысяч.
Сантьяго хмурится, подходя к экрану.
— Мне казалось, что у твоего отца были деньги.
Я показываю на свой баланс.
— Наследство было поделено на троих, и это большие деньги.
Он достает свой телефон из кармана и переводит взгляд с экрана ноутбука на устройство в своей руке, а затем бормочет:
— Это все исправит.
— Что исправит?
— Твой банковский счет. — Он указывает на ноутбук. — Открой инвестиционный счет и переведи на него большую часть своих денег. Оставь на этом счете только ту сумму, которую планируешь тратить каждый месяц. — Он вздыхает. — Черт, нам нужно оформить тебе карту.
Он склоняется надо мной и принимается за работу, открывая другой счет. Когда он выбирает опцию перевода, я кладу руку ему на запястье.
— Подожди! Что-то не так с балансом.
— Все в порядке. — Он переводит полтора миллиона на инвестиционный счет. — Как только у нас появится немного свободного времени, мы поедем в Ирландию и оформим тебе карту, чтобы ты могла использовать эти средства. А пока я закажу тебе кредитную карту и привяжу ее к своему счету.
Так вот, что он печатал на своем телефоне несколько секунд назад...
Я крепко сжимаю его руку.
— Ты только что перевел на мой счет полтора миллиона?
Он бросает на меня взгляд.
— Слишком мало?
— Нет! — Я встаю со стула, глядя на него широко раскрытыми глазами. — Почему ты перевел мне столько денег?
Он выпрямляется, и на его лице мелькает растерянность.
— Потому что ты моя женщина. — Подойдя ближе, он берет мою левую руку и поднимает ее. — И кольцо на твоем пальце — лишнее тому доказательство.
Он сейчас такой чертовски милый, что я решаю оставить эту тему и говорю:
— Спасибо.
На его лице расплывается улыбка.
— Не за что, mi amor. — Он обнимает меня и притягивает ближе. — Завтра вечером жители деревни планируют устроить вечеринку. Они хотят отметить, что Эладио пережил свое первое огнестрельное ранение, и поприветствовать новых соседей. После этого мне нужно уладить кое-какие дела, а потом мы сможем отправиться в Ирландию.
— Я, честно говоря, не спешу туда возвращаться. — Положив руки ему на грудь, я спрашиваю: — Может, лучше вернемся на остров, чтобы я могла навестить Грейс и Кристиана?
— Конечно. — Уголок его рта приподнимается. — Для тебя все, что угодно.
Когда он наклоняется, я поднимаюсь ему навстречу, и в тот момент, когда его губы касаются моих, внутри меня вспыхивает буря эмоций.
С тех пор, как мы оба испытали оргазм на веранде, я все время думаю о Сантьяго. Иногда я просто прокручиваю в голове тот интимный момент, который мы разделили, а иногда представляю, как мы делаем следующий шаг.
Влюбиться в первый раз — это волнующе, но в то же время и страшно. Временами эмоции могут быть невероятно сильными.
Когда Сантьяго разрывает поцелуй, я разочарованно вздыхаю. Затем начинаю осыпать поцелуями его шею и спускаюсь к груди, одновременно расстегивая его рубашку.
— Хм... Мне нравится, к чему все идет, — говорит он низким, глубоким голосом.
Когда я заканчиваю с пуговицами, он подхватывает меня на руки, а затем относит к дивану, где укладывает, склоняясь надо мной.
Боже, этот мужчина невероятно привлекателен.
Я поднимаю руки и стягиваю его рубашку с плеч. Он бросает ее на пол и прижимается ко мне всем телом, опираясь рукой на подлокотник у моей головы. Видя его грудь и пресс, мой живот сжимается так сильно, что мне кажется, будто мои яичники вот-вот взорвутся.
Он наклоняется, слегка покусывая мои губы, и я инстинктивно хватаюсь за его плечи. Внезапно он углубляет поцелуй, его язык касается моего, в то время как другая его рука движется вверх по моему боку, пока ладонь не накрывает мою грудь.
От его прикосновений по моему телу пробегают мурашки, и я выгибаю спину.
Сантьяго начинает массировать меня через ткань, и я полностью теряюсь в этих ощущениях.
Его рука скользит вниз по моему телу, и он разрывает поцелуй. Когда я открываю глаза, он внимательно наблюдает за мной, расстегивая пуговицу на моих брюках и молнию.
Мое сердце колотится, как сумасшедшее, а дыхание застревает в легких.
— Тебе нравится, когда я прикасаюсь к тебе? — Спрашивает он.
Я быстро киваю, а предвкушение внутри меня превращается в бурлящую энергию.
— Используй слова, mi pequeño sol.
Я продолжаю кивать и шепчу:
— Да.
Его взгляд не отрывается от моего, когда он скользит руками под ткань, и когда я чувствую, как его пальцы касаются моего самого интимного места, мои губы приоткрываются, а бедра невольно приподнимаются. Такое чувство, что я ждала этого момента всю свою жизнь, и я понимаю, что это нужно мне больше, чем воздух.
Мне нужно, чтобы Сантьяго прикоснулся к каждому дюйму моего тела и сделал меня своей.
— Пожалуйста, —