— Ну, — сказал Пугало, с любопытством окидывая взором сию великолепную персону, — и что дальше?
— Они пришли за своими наградами, — пояснил Великий Чу Чу. В руках он уже держал большой серебряный поднос с медалями.
— А я-то думал, что это мы с Бумом спасли наши Серебряные Острова, — усмехнулся Пугало, толкая в бок имперского барабанщика.
— Если бы Имперская Армия не отступила и не предоставила вам возможность действовать, то никакой победы и не было бы, — смущенно пробормотал главнокомандующий. — Поэтому, в некотором смысле, мы тоже внесли свой вклад в эту победу. Талантливый полководец всегда знает, когда надо отступить.
— Да, пожалуй, доля правды в этом есть, — признал Пугало, задумчиво почесав голову. — Ладно, давай, награждай их, Чу Чу!
Великий Чу Чу начал церемонию награждения. При этом он перед каждым воякой произносил такую длинную речь, что половина придворных вскоре начала клевать носами, а Пугало беспокойно заерзал.
— Они немного напоминают мне вояк страны Оз, — признался он Буму. — Однако у нас в стране Оз никогда не произносит длинных речей. Признаться честно, мне тоже хотелось бы сейчас вздремнуть — никогда не видел в длинных речах никакой пользы.
— Боюсь это только начало, — зевнул юный барабанщик, устраиваясь поудобнее у основания трона.
Похоже, он был прав, поскольку в течение всего этого дня множество придворных один за другим вставали и бубнили о великой победе, и все они обращались к Пугале, и он был вынужден терпеливо их слушать. Когда же наконец все речи закончились, надо было выдержать еще и грандиозный банкет, а поскольку серебряки ели почти то же самое, что и их китайские собратья, вы можете себе представить чувства бедного Пугалы.
— Уф! — вздрогнул Пугало, когда первые странные блюда были поданы к столу. — Я рад, что здесь нет никого из моих друзей. И как мне повезло, что я набит соломой!
Жареные мыши, тушеные акульи плавники и суп из птичьих гнезд заставили его вытаращить глаза от удивления. Пугало приказал, чтобы Бума посадили рядом с ним, и единственным удовольствием, которое он получил от этого пира, было наблюдать, как этот толстячок с удовольствием орудует своими серебряными палочками для еды и фарфоровой ложкой.
— А это что? — спросил он, указывая на дымящуюся миску, которую только что поставили перед Бумом.
— Кошачье рагу, Ваше Высочество, — ответил юный барабанщик, щедро добавив в это блюдо пасту для полировки серебра.
— Рагу?! Из кошки? — воскликнул Пугало, в ужасе вскочив из-за стола. — Хочешь сказать, что ты ешь бедную несчастную кошечку?
— Да вовсе она не бедная, а очень даже упитанная, я бы сказал, — ответил Бум с набитым ртом. — Ах, если бы у Вашего Высочества было Ваше прежнее тело из плоти и крови, вы бы оценили это блюдо!
— Ни за что! — негодующе воскликнул Пугало в ответ, да так громко, что все придворные удивленно на него уставились. — Как вы вообще смеете есть несчастных кошек?
При этом он подумал о любимой кошечке Дороти. Ах, зачем он вообще покинул чудесную страну Оз?
— Ваше Высочество в свое время съели сотни кошек, — спокойно заявил Великий Чу Чу. — Сотни!
Пугало снова опустился на стул. Он был слишком потрясен, чтобы отвечать. Он, Пугало из страны Оз, съел сотни кошек! Что бы на это сказала Дороти? Тьфу! И это была всего лишь его первая трапеза на Серебряных Островах. А ведь в стране Оз он всегда проводил обеденное время, просто сидя в своем саду. Пугало вздохнул и задумчиво посмотрел на толстый стебель фасоли в центре зала. С каждой минутой он все меньше и меньше чувствовал себя Императором Серебряных Островов и все больше и больше — просто Пугалом из страны Оз.
— Ваше Величество кажется не в духе, — заметил Бум, когда позже, уже вечером, он встал рядом с Императором, опустившимся на садовую скамейку.
— Хотел бы я, чтобы этого императорского духа во мне не было, — вздохнул Пугало. — Вселившийся в тебя дух Чан Ван Во — это, знаешь ли, дорогой Бумчик, не шутки. Чертовски скучно быть этим Императором!
В этот момент начался фейерверк. Сад осветило множеством пылающих и взрывающихся в небе звезд самой разной формы, и в это время все окружающее стало еще больше похожим на какую-то волшебную страну, чем когда-либо. Однако каждая взмывающая вверх ракета заставляла Пугалу морщиться. Целый дождь из горящих звезд и порхающих огненных бабочек падал вокруг его головы, огненные драконы прыгали по деревьям, и я должен вам признаться, что ни один фейерверк на празднике Дня Независимости не мог сравниться с тем, на который нынче с восторгом глазел барабанщик Бум. При этом он совершенно позабыл приглядывать за своим высокородным господином. Неудивительно, что вскоре страхи Пугалы оправдались — его соломенная набивка задымилась от упавшей искры.
— Потушите меня! Потушите! — закричал Пугало, когда его колени задымились.
Однако императорский оркестр наяривал с такой силой, а придворные так громогласно болтали, что Бум не услышал этот крик о помощи. Все жители Серебряных Островов были так поглощены зрелищем фейерверка, что совсем позабыли о своем несчастном Императоре, который уже не на шутку дымился.
— Помогите! Воды! Воды! Я горю! — закричал Пугало, спрыгивая со скамейки.
При этом он сбил юного барабанщика с ног. Тот в результате очнулся, поспешно схватил лейку и вылил из нее всю воду на дымящегося Императора.
— Я цел? — с тревогой спросил Пугало. — Да уж! Прекрасный способ отпраздновать победу — зажечь меня, словно свечу!
— Вы целы, мой дорогой господин, — смущенно ответил юный барабанщик, помогая мокрому Пугале подняться на ноги. — Только Ваша имперское одеяние подгорело. Но все уже позади. Пойдемте.
Промокший правитель охотно последовал совету своего императорского барабанщика.
— Хорошо, что ты успел меня потушить, — облегченно вздохнул Пугало. — Давай в самом деле вернемся во дворец.
Вдвоем они добрались до Тронного зала никем не замеченные.
— Боюсь, завтра мне придется поменять всю свою солому, — заметил Пугало, с грустным видом опускаясь на трон. — Бумчик, мой дорогой, после этого случая, пожалуйста, всегда приглядывай за мной, ладно? Ты меня слышишь?
Однако юный барабанщик ничего не ответил. Он спал рядом с императорским троном.
Пугало мог