- Это так? – вскинул я бровь, желая убить Гудло взглядом.
- Взамен, - начал вновь Харман, но заныл от боли.
Я посмотрел на Яна, который давил ногой на сломанное колено ублюдка.
- Отпусти его. Пусть договорит.
Ашимов, выругавшись, отступил.
- Взамен я бы досрочно отдал ему в аренду несколько своих ларьков для продажи порошка.
Я налетел на Гудло, схватив его за шкирку.
- Ты больной ублюдок, - прорычал я, борясь с желанием достать свой кинжал. – Готов разбрасываться своими дочерями, ради пару купюр?
- Не тебе, Гырцони, говорить мне о том, что плохо, а что хорошо. Твой брат прирезал родного отца.
- Не сравнивай. То, что ты сделал даже близко не стоит с тем дерьмом.
- Рано или поздно Мария и так будет принадлежать Харману. Ничего страшного, если это случится на несколько ночей раньше.
- А простыни? – вкинул я бровь.
- Их легко можно подделать, мальчик.
В этом я не сомневался.
- Папа, - проскулила Мария сзади.
Я не успел обернуться в девушке, как в комнату вошел Руслан. Он оценил взглядом обстановку и остановился на Гудло, которого я до сих пор держал.
- Почему он все еще жив? – спросил Яров у меня, а затем повернулся к Яну, кивая на Михайлова. – Ты же хотел его прикончить. Чего ждешь?
Ашимов взглянул на Машу.
- Выйди.
Та, видимо не сразу поняла, что мы собирались делать, но затем ее взгляд преобразился. Ее глаза наполнились ненавистью.
- Убей их, - она махнула рукой на отца, ловя мой взгляд. – И его тоже.
- Ты совсем сошла с ума, дура? – Гудло хотел приблизиться к дочери, но я переместил руку на его шею, сжав ее.
- Заканчивайте с этими двумя, - выпалил Яров и покинул комнату.
Я искал во взгляде Гудло хоть что-то святое, как бы это не было странно. Я сам не без грехов, но сейчас готов был ухватиться за малейшую причину, чтобы пощадить этого ублюдка.
Он не мой отец, но он отец моей любимой женщины. Быть причиной ее страданий – самый страшный кошмар моей жизни.
- Вы не посмеете меня убить. Я барон…
Раздался пронзительный крик Михайлова. Ян воткнул ему в живот нож, с явным желанием на лице сделать намного большее и растянуть удовольствие.
- Маша, прошу тебя, выйди. Ты не должна этого видеть, - взмолился парень, подняв взгляд на возлюбленную.
- Я хочу.
Решимость в ее голосе и во взгляде поставило точку в этом вопросе.
- Сука, я тебя…
Ян выдохнул и провел резко ножом по плоти Михайлова, вскрывая его брюхо и выпуская кишки наружу. Затем повернулся так, чтобы загородить это зрелище от глаз Маши.
Я вернул взгляд на тестя, лицо которого побледнело. Он покачал головой, словно не веря глазам.
- Вы совершили ошибку. Вам конец. Его табор прикончит вас всех. Наши никогда тебе этого не простят, Гырцони. То, что сделал твой брат-цветочки по сравнению с этим.
- Нет, - прошипела Маша, окутавшись в одеяло. Она поднялась с кровати и направилась к нам, игнорируя кровь на полу, которая окрашивала ее ноги и белую ткань. – Это тебе нет прощение. Ты боялся, что мы с сестрой опозорим честь нашей семьи, но это сделал ты. И я тебе клянусь, что ни я, ни мать и ни моя сестра на твоих похоронах не прольем и слезинки. Позор тебе!
- Закрой рот! Ты с отцом разговариваешь!
- У меня нет отца. Он умер сегодня. - Маша отошла на пару шагов назад и кивнула мне. – Убей его, Рамир. Я все объясню Лилит. Она не станет тебя винить.
Я достал кинжал, прислонив к горлу тестя. Мой взгляд уловил движение за спиной Гудло. Тагар стоял в дверях, смотря на меня напряженным взглядом. Я растянулся в ухмылке, чтобы успокоить брата.
- Кажется на нас лежит какое-то проклятье, братец.
Один резкий взмах руки и на мое лицо брызнула теплая кровь. Тело Гудло обмякло, и я отпустил его, позволив упасть к моим ногам.
Обернувшись к Маше, я заметил, что и на нее попало пару капель, испачкав белое одеяло. Она пустым взглядом смотрела на труп, напоминая меня в тот день, когда я увидел, как Тагар убил нашего отца. Скорее всего адреналин бушевал в ее крови, не давая потерять контроль над собой. Она не должна была это видеть, но злость взяло свое. Она хотела наблюдать за смертью тех, кто обидел ее. Женщины бывают намного беспощаднее, когда дело касается мести.
К ней подошел Ян, коснувшись медленно ее плеча.
- Мария? Идем?
Она не шелохнулся, продолжая смотреть на мертвого отца.
- Рамир, - позвал меня брат, кивая на выход, - оставь их. Ян о ней позаботиться.
Вытерев свой кинжал об штанину, я вернул его в ножны.
Выдохнув серый дым, я затянулся в последний раз и выкинул окурок. Из дома в этот момент вышли женщины. Я встретился со взглядом Лилит. В нем не было ни ненависти, ни презрения. Возможно все обойдется и вернется на круги своя.
- Пора возвращаться домой. Меня уже тошнит от города, - выпалил я.
Брат похлопал меня по плечу.
- Держи пистолет наготове. У меня плохое предчувствие.
Чуйка брата спасала нас не раз. Его слова вызвали во мне тревогу, которая начала кошкой скрестить под моей кожей. Я скорее уже хотел избавиться от всех гребаных проблем и просто насладиться жизнью с женой. Хотя в глубине души знал, что с нашей работой беззаботных дней никогда не будет.
Глава 29
Взяв себя в руки, я выдавила Тагару улыбку. Он кивнул мне, и пожав руку Рамиру, направился к своей машине.
- Он не с нами едет?
- Нет.
Рамир осторожно подошел ко мне, будто боялся, что я его испугаюсь. Единственное, кого я боялась, так это ужасающей правды. До сих пор не могла поверить, что отец мог так поступить с Машей. Мне всегда казалось, что он ее любил больше, чем меня, дорожил ею и восхищался. Она была гордостью семьи и примерной старшей сестрой. Отец на каждом празднике восхвалял ее. А сейчас так просто отдал ее в грязные руки тому старику за какой-то бизнес.
Внутри меня все перемешалось. Я уже не могла понять, на кого мне злиться, а кого жалеть. Мой муж убил моего отца. Это непростительно. Но почему я не питаю ни капли злости к нему? Почему вместо того, чтобы винить его, я хочу поблагодарить?
- Рамир, куда мы поедем? – раздался голос мамы, заставив меня вынырнуть из собственных мыслей.
- Я отвезу вас к себе. Побудите там, пока все не утихнет.
Когда мама с сестрой скрылись в машине, я осталась стоять на улице. Рамир вопросительно вскинул бровь, смотря на меня озадаченным взглядом.
- Лилит?
- Я не понимаю. Что мы скажем твоей маме, а другим? Твоему брату пришлось уйти из табора из-за того, что он женился на чужой. Что будет с тобой, когда все узнают правду?
Рамир подошел ко мне ближе, чем пару минут назад. Он так осторожно положил ладонь мне на талию, что казалось я являлась какой-то хрупкой статуэткой.
- Мы немного приукрасили правду, - тихо произнес он. – Рассказали, что Михайлов полез к твоей сестре, а отец начал защищать ее честь. В разборке они убили друг друга.
- Старейшины вам поверили?
- Не все. Но твоя сестра нам поможет. Когда все услышат историю с ее уст, то не у кого не останется сомнений в нашей правоте.
- Один взгляд на нее уже должен заставить их поверить, - кивнула я, взглянув на машину, где сидела мама с сестрой.
- Так и будет. Поехали. Пора возвращаться домой.
Я села в уже родной «Ягуар». Рамир занял водительское место и завел двигатель. Я соскучилась по покою и тишине, в котором жила до приезда сюда. Кажется, я еще долго не захочу возвращаться в город. Смотря, как мы отдаляемся от дома Яровых, я невольно вспомнила про его хозяев.
- Ты не знаешь, как там Соня?
- Нет. Скорее всего уже радуется материнству. Яров не слишком любит делиться с нами о своей семье. – Рамир быстро кинул на меня взгляд. – Вы сдружились с ней?