Таким образом, текст кондиций от 1476 г. содержал подробную, широкомасштабную конституционную программу шведских аристократов. Фактически этот текст являлся одним из прообразов Кальмарского рецесса 1483 г. [112]
Кондиции не были безоговорочными: они подлежали утверждению со стороны короля. Кристиан I не участвовал в переговорах, но пребывал в городе Роннебю — неподалеку от шведско-датской границы. Туда ему был доставлен проект условий, которые король подверг значительному редактированию [113]. Он удалил раздел о праве на восстание и заменил его противоположным: об обязанности жителей всех трех королевств содействовать королю в подавлении восстаний. В дополнение к параграфу о праве Государственного совета изгонять из своих рядов человека, разгласившего тайну риксрода, король оговорил за собой аналогичные полномочия в отношении советников, разглашающих тайну короля. Обязанность немедленно уплатить шведские долги была заменена обязательством по мере возможности сделать это в будущем. Важные изменения были внесены в раздел о наследовании престола. Согласно поправке, внесенной Кристианом I, решение о кандидатуре преемника надлежало принимать при жизни правящего короля, а не после его смерти. Параграф о невмешательстве монарха в церковные выборы был заменен положением, согласно которому епископы, аббаты и другие прелаты после избрания должны являться к королю, представляться и приносить клятву верности. В текст кондиций было внесено еще несколько поправок, сделанных в интересах короля.
Новая редакция условий не устроила Стена Стуре и многих других шведских аристократов [114]. Летом 1477 года в послании, созданном по итогам состоявшегося в Стренгнесе риксдага, Кристиану I было категорически отказано в признании его шведским королем. Отношения между Швецией и Данией вновь резко ухудшились, и в начале 1480-х годов дело чуть было не дошло до вооруженного столкновения.
Смерть Кристиана I (1481 г.) и восшествие на датский престол его старшего сына Ханса создали возможность для нового этапа переговоров. Политическая обстановка в Северной Европе к этому времени несколько изменилась. С одной стороны, обострились противоречия между Стеном Стуре и Аксельссонами; предметом конфликта стал спор о правах на престижные, экономически и стратегически значимые лены в Восточной Финляндии [115]. Поэтому в шведской аристократии не было единства, и датский король мог рассчитывать на поддержку Аксельссонов. С другой стороны, ухудшились отношения Дании с норвежскими аристократами, которые имели немало претензий к датской короне и в связи с этим стремились к сближению со шведскими магнатами [116].
Вопрос о восстановлении унии был вынесен на совещание скандинавских аристократов летом 1482 г. Местом встречи был вновь избран Кальмар; норвежцы заявили, что для них это крайне неудобно, и потребовали, чтобы совещание проводилось в городе Нюа Лёдёсе — то есть не на юго-востоке, а на юго-западе Скандинавского полуострова. Требование не было удовлетворено, и норвежская делегация на переговоры не прибыла.
Встреча приняла характер двусторонних шведско-датских переговоров. Было принято решение о возобновлении тройственной унии и выработан (преимущественно на основе шведских требований) проект нового союзного договора. Прообразом соглашения явились кондиции 1476 года. Кроме того, были частично учтены поправки, сделанные в Роннебю Кристианом I, приняты во внимание норвежские и датские требования, а также использованы тексты более ранних соглашений, в том числе, по всей видимости, союзного договора 1397 года [117].
Из проекта союзного договора от 1482 г.
...король должен править этими тремя королевствами, замками, городами, землями и ленами согласно писаным законам, привилегиям, вольностям и добрым древним обычаям каждого из королевств.
Также король не должен принимать иноземцев в свой совет и не должен жаловать им земли и лены.
Также ни одно королевство не должно отстраниться от другого, вступив с ним в распрю или ссору; но что постигнет одно из них — будь то война либо какое-нибудь иное злодеяние. то должно постигнуть все [три] страны. И каждое из королевств должно прийти другому на помощь. но таким образом, чтобы указанные королевства полностью блюли права друг друга и оказывали друг другу надлежащий почет.
Также к[ороль], должен проводить один год в Швеции, другой — в Дании, третий — в Норвегии.
Также к[ороль], к чести и достоинству означенных королевств, да обеспечит. чтобы Уппсальский и Копенгагенский университеты на вечные времена обладали надлежащими полномочиями.
И полностью, во всех отношениях как сказано выше, между жителями всех этих трех королевств, чьими бы союзниками они ранее ни являлись, должен быть взаимно прощен обоюдный ущерб... Если же, да не будет на то воля Божья, какой-либо государь, к[ороль] или королева, или кто-либо другой дерзнет поступить. вопреки вышесказанному, то государственные советники, епископы, прелаты, рыцари, свены, бюргеры торговых городов и простой народ всех трех королевств да будут обязаны, ради своей чести и в силу присяги, оказать сопротивление тем, кто нарушит вышесказанное, и эти действия никоим образом не будут с их стороны правонарушением против к[ороля], короны или кого-либо еще.
Также к[ороль] должен с совета и согласия всего риксрода посылать от каждого королевства троих членов риксрода — одного епископа и двух представителей рыцарства — на ежегодные встречи. Там должны обсуждаться, ежели возникнут, важные вопросы касательно событий, могущих привести к раздорам и беспорядкам как внутри королевств, так и между ними, и должны приниматься решения о мерах, ведущих к восстановлению согласия между королевствами и спокойствия внутри них.
Также если случится, да не будет на то воля Божья, что кто-то один или множество людей поднимут восстание против к[ороля] или королевства или тех, кто был единодушно избран риксродом на должность регентов, то все жители королевства, и богатые, и бедные, ради своей чести, жизни и владений должны со всей преданностью посодействовать тому, чтобы усмирить и пресечь это восстание и свершить правосудие над теми, кто его поднял, согласно тому, что предписывает закон. Если же случится так, что жители этого королевства не смогут подавить восстание своими силами, то другие два королевства ради своей чести должны всеми силами, со всей преданностью помочь усмирить и пресечь это бедствие.
Равным образом, король не должен творить беззаконие или насилие над лицами духовными и светскими, богатыми и бедными в отношении их жизни, здоровья или имущества, и не должен заключать людей в темницу, если только виновность обвиняемого не доказана в судебном порядке в той стране, где было совершено преступление.