Еще важнее, чем художники и скульпторы, для правителя Флоренции были поэты. Пожалуй, ни один из них не общался с Лоренцо настолько тесно, как Анджело Полициано. Еще будучи шестнадцатилетним юношей, он обратил на себя внимание Медичи, который взял его в свой дом. Полициано был вместе с Лоренцо в момент, когда тот едва не погиб в соборе вместе со своим братом; он стоял и у смертного одра своего покровителя. Он был не только придворным поэтом, воспевавшим Медичи на разные лады, но и воспитателем юных отпрысков Лоренцо. К ближнему кругу властителя Флоренции принадлежали также Луиджи Пульчи, Кристофоро Ландино и Джованни Пико делла Мирандола.
В центре нашего внимания, однако, должны находиться не те, кто окружал Лоренцо, а он сам. У него имелось много талантов, и поэтический был из них далеко не последним. Даже если бы он не прославился ничем, кроме своих стихов, его имя наверняка не было бы забыто. Многие его произведения были посвящены природе, которую он любил и умел описать в ярких красках. Пейзажи всегда присутствуют, хотя бы в качестве фона, в стихотворениях Лоренцо, в том числе любовных. Несмотря на то что круг затрагиваемых сюжетов не слишком широк, эти произведения нельзя назвать однообразными. Как и многие поэты своего времени, Лоренцо часто вдохновлялся античными образцами и обращался к античным сюжетам; достаточно вспомнить хотя бы его стихотворения, посвященные Венере и Марсу — те же персонажи, которых мы встречаем и у Ботичелли. В то же время он любил и использовал в своих произведениях тосканские народные мотивы; многие его стихи прекрасно ложились на музыку, под которую танцевали в те времена. Лоренцо и сам любил принимать участие в масштабных народных празднествах, совершенно не считая это зазорным для человека своего положения. Однако наряду с веселыми, беззаботными стихотворениями в его творчестве встречаются и другие, полные серьезности и глубины. В них задаются извечные вопросы о смысле жизни и неизвестности грядущего, и они дают нам возможность заглянуть в душу этого разностороннего, сложного человека эпохи Ренессанса.
Лоренцо был центром системы, на орбитах которой вращались художники, поэты и мыслители. Его стремление к прекрасному распространялось на каждую вещь в его доме. Любой предмет, даже самый простой, должен был быть сделан со вкусом. Мебель, посуда и ковры — все это в доме Медичи можно было назвать произведениями искусства. Каждый час жизни был наполнен красотой. Двери дома Лоренцо всегда были открыты для друзей; своим гостям он предлагал простую, но изящную еду, покончив с еще господствовавшей в то время традицией превращать обед в роскошное пиршество.
Здесь стоит рассказать одну историю, которая прекрасно характеризует Лоренцо. Один из отпрысков папы Иннокентия VIII, Франческо Чибо, должен был жениться на дочери Лоренцо Маддалене. Он прибыл во Флоренцию, чтобы лучше познакомиться с семейством Медичи; глава семейства устроил в его честь пару пышных торжеств. Однако после этого гость, к своему удивлению, обнаружил, что обед в доме Медичи напоминает трапезу у горожанина средней руки. Франческо испугался — даже не за себя, а за свою свиту, которая была размещена в соседнем здании и могла весьма негативно воспринять подобную перемену. Посетив своих людей, он, однако, вновь изумился — для них по-прежнему устраивали богатые пиршества.
За столом Лоренцо вел себя как хозяин дома, но не как хозяин Флоренции. Он выходил навстречу своим гостям и принимал их со всем радушием, которое только было возможно.
Рассказывая о жизни Лоренцо, мы не можем не пожалеть о том, что судьбой ему было отмерено лишь 43 года жизни. Болезнь отца по наследству передалась и ему; лечение на водах не помогло. В начале 1492 года недуг приковал его к постели. Как только наступила весна, Лоренцо приказал перевезти его в Кареджи. Здесь его еще раз посетили друзья. Среди гостей оказался и человек, который был полной противоположностью хозяина дома; это был настоятель доминиканского монастыря Сан-Марко, Джироламо Савонарола. Судя по всему, Лоренцо сам захотел поговорить с популярным в народе аскетом и проповедником [10].
В воскресенье 8 апреля 1492 года Лоренцо Медичи скончался. И уже вскоре после его смерти закончились мир во Флоренции, счастье дома Медичи, самостоятельность итальянских городов-государств и золотой век Ренессанса.
7. В бурях Итальянских войн
Лоренцо был похоронен рядом со своим отцом и братом. Властителем Флоренции стал его сын Пьеро. Силой и обаянием он не уступал отцу. Лоренцо уделял много внимания его воспитанию. «Помни, что ты мой сын, но в то же время всего лишь гражданин Флоренции, как и я», — говорил он.
И все же Пьеро не следовал заветам отца. Достаточно сказать, что вскоре после смерти Лоренцо он поручил слепить снеговика во дворе своего дворца не кому иному, как Микеланджело! Человек, в руки которого было передано управление государством, так мало разбирался в людях, что поручил шуточное задание человеку, который не мог воспринять это иначе как насмешку. Пьеро нравились развлечения и досуг, он охотно заказывал собственные портреты, но при этом мало заботился о городских делах. Даже самые старые и преданные сторонники Медичи с тревогой спрашивали себя: чем все это может завершиться?
Узнав о смерти Лоренцо, неаполитанский король Ферранте сказал: «Он прожил достаточно для собственной славы, но слишком мало для Италии». Вскоре после этого умер папа Иннокентий VIII, и его место занял Александр VI из рода Борджиа; одиозные фигуры следовали одна за другой. В 1494 году скончался сам Ферранте, и молодой французский король Карл VIII выступил в поход против его преемника, Альфонсо II. Французская армия пересекла Альпы, и для Италии началась новая эпоха — время, когда иностранцы хозяйничали на ее территории и решали ее судьбу. Первой жертвой этой эпохи стал Пьеро Медичи.
Его дилетантская политика привела к тому, что в поисках согласия с папой и Неаполем он пустил по ветру ценный капитал, завещанный отцом — хорошие отношения с Францией. Когда армия Карла VIII приблизилась, а Милан вступил в союз с французами, Пьеро совсем потерял голову. Он отправился в лагерь французского короля, передал ему все флорентийские крепости — и не получил взамен ничего, кроме открытой насмешки. 9 ноября 1494 года горожане изгнали его; изгнанником он и умер девять лет спустя.
Через несколько дней после изгнания Медичи французы вошли в город, и, хотя флорентинцы и не думали сопротивляться, солдаты вели себя как на вражеской земле. Оставленные во дворце Медичи культурные ценности были или разграблены, либо попросту