– Сколько людей отец оставит в замке, – спросил Томас, – когда уедет с вами к войску?
Грим пожал плечами. Его кожаная броня заскрипела.
– Может, десяток и оставит. Может, пятерых. Может, вообще никого. Скажет, что он не нянька, и тогда будете справляться сами.
– Но моготы…
– Моготы, млоки, мельтеры, мародеры, квадры с Гнилой Фермы, – обстоятельно перечислил Грим. – Все хотят вашей смерти. И нашей заодно, куда же без этого. Ну и хрен с ними со всеми.
Лукас притих. Его восторг сдувался, как крылья поверженного дракона. Он смотрел на башню – огни мигали в окнах, но теперь казались не праздничными, а тревожными.
– Мама говорила, что в нашем замке безопасно, – прошептал он.
Оптиматы заржали. Крыса отсмеялся и ответил первым:
– Конечно, безопасно! Да как в любом замке. Пока его не обложат, а потом штурмом не возьмут. Малец, запомни: безопасно только в могиле. И то не факт – моготы и мертвецов жрут.
– Под Биврестом, помню, парень один так боялся, – подхватил тощий Бока, – что обосрался прямо в строю. Моготы его первого и сцапали. Выдернули из строя и давай грызть. Челюсти у них – ого-го! Он еще орал, а они уже кишки его наружу тянули.
– Хватит! – Эрик обернулся. – Не слушай их, Лукас. Это просто солдатские байки.
– Байки? – Крыса ухмыльнулся. – Хочешь, шрамы покажу? Я был у Бивреста! И под Фейри с вашим отцом. Вот, смотри, этот – от стрелы млока. Вот этот – от могота. А вот этот человек оставил. Самый глубокий, кстати.
– Да он не увидит ничего, – насмешливо бросил Бока. – Ты же сам крутишься в седле как млок, тьфу!
Замок заслонил половину неба, когда они подъехали ко входу. Ворота в частоколе – перекошенные, одна створка висела на честном слове. Механизм для подъема был давно сломан, и мост уже не поднимали. Ров вокруг холма заполнен жижей, подернутой сверху зеленой ряской. Миновали частокол и подъехали к приземистой выездной башенке.
Над воротами висел герб семьи Лангобар с двойной буквой «L». Выцветший, облезлый, но все еще различимый. Рядом – белый флаг Нового Ордена с пылающим мечом. Тоже не первой свежести. Родовой герб и флаг сюзерена, которого они все ненавидели.
– И тут без Ордена не обошлось, – пробормотал Томас.
– Не ной, – огрызнулся Эрик. – Это все еще наша крепость.
Из окошка над воротами высунулся стражник. Молодой, с копьем наперевес. Острие копья он зачем-то тоже просунул в окошко, хотя там и для его головы едва хватало места.
– Кто едет?! – заорал он. Голос дрожал от волнения.
– Ты слепой, что ли, болван? – рявкнул Грим. – Сыновей хозяина не узнаешь? Открывай, пока я тебе твое копье в задницу не засунул!
– А-а-а! Командир Грим! Я мигом!
Стражник заметался, голова и копье исчезли. Заскрипели петли, и ворота медленно отворились.
– Добро пожаловать домой, господа, – пробормотал стражник, склоняясь и придерживая сваливающийся с головы шлем.
Они въехали во двор замка. Копыта зацокали по камням. Вонь ударила в ноздри: конюшни, отхожие места, кухня – все смешалось вместе. В окнах башни мелькали тени – слуги готовили зал для пиршества.
– Вот и приехали. – Грим спешился и кинул поводья слуге.
Братья слезли с коней. Эрик – гордо, Томас – осторожно, а Лукаса Крыса просто снял и аккуратно поставил на землю.
Посреди двора замка Жус стоял сам его владелец, лорд Бриан Ланс Лангобар – как столб для привязи, вокруг которого крутилась целая свора из оптиматов, стражников и слуг. Высокий, но уже грузный, с обветренным красным лицом, которое моготская дубина под Ливтрансиром превратила в причудливый узор из шрамов. Седая борода обрамляла квадратную челюсть. Глаза – как у человека, который видел в жизни так много дерьма, что теперь ждет лишь новой порции. Едва Томас взглянул на отца, как сразу же понял: в замке они ненадолго.
– Эй! Томас, Эрик! – закричал лорд Лангобар. – Ну-ка быстро ко мне! Для вас есть задание!
* * *
Братья подошли, и лорд некоторое время молча их рассматривал, игнорируя суету вокруг. Плащ с вышитым вензелем висел на его массивной фигуре как знамя проигранной битвы. Под ним доспехи со вмятинами и заплатками. Рядом топтались его псы – еще несколько оптиматов с побитыми жизнью мордами.
Эрик, как всегда, подал голос первым.
– Отец, – начал он. – Мы нашли эту тварь. Дракона. Он упал и развалил мельницу к чертям…
Лицо Лангобара-старшего скривилось в привычную суровую маску.
– Нашли тварь? – рявкнул он. – Молодцы! А мельника нашли? А? Кто мельницу чинить будет – я? Или твой дракон встанет и молотком постучит?
Эрик открыл было рот, но отец уже переключился:
– Ладно, это не важно! Есть дело для вас обоих. Во-первых, возьмете двоих бойцов – Грим скажет кого – и поедете на южную дорогу. Там встретите карету с господином, который едет к нам в Жус. И вот еще что! Перед тем как выехать на дорогу, загляните на хутор у Сумрачного леса, к егерю. Предупредите, чтобы был готов – завтра мы явимся к нему на охоту.
– Но это же пару лиг в сторону… – заметил Томас.
– Охота? – заинтересованно и чуть удивленно протянул Эрик. – А кто будет…
Лорд властным движением ладони заставил его замолчать и закричал, как будто сыновья находились на другой стороне двора:
– Не время для разговоров! Сейчас же марш наверх, все трое! Вымойтесь, переоденьтесь. К нам гость из Гиперки едет, а вы как свиньи из хлева! Но не рассиживайтесь там, как бабы – Эрик и Том сразу вниз. И отправляйтесь встречать нашего гостя. Еще не хватает, чтобы его ограбили у нас на пороге. Ну, что встали? Шевелитесь! Сегодня важный день, и если кто-то из вас опозорит меня перед гостем…
Томас сделал шаг ближе. Отец выглядел неважно: сутулился, красные от бессонницы глаза, дрожащая рука на рукояти меча.
– Отец, а правда, что Стиппер…
– Что Стиппер? – Лангобар резко повернулся к нему. – Что ты слышал?
– Грим сказал, он уже в Улле. С млоками собирается драться.
Лангобар прищурился. На секунду Томасу показалось, что он сейчас ударит, но лорд уже расслабился.
– Грим болтает лишнее. Но да, Стиппер там. Сорок бойцов привел, как говорят. Думает, верно, что я сдохну от зависти. – Он сплюнул. – Наверх быстро, я сказал!
Лукас выскочил из-за спины Эрика, будто бы и не слышал. А может быть, он и правда ничего не слышал, поглощенный своими мечтами. Крыса пытался остановить его, но мальчишка проскочил прямо к лорду.
– Отец, а дракон был живой! Глаза светились, как… как…
– Как жопа светлячка, – закончил Лангобар, но немного смягчился: – Давай, давай. И ты тоже топай наверх.
– Отец, но я хочу все рассказать…
– Наверх быстро!!!
Эрик потащил Лукаса к башне, но тот упирался, все время оглядываясь. Томас уныло шел последним. Лорд уже перекидывался фразами с Гримом. Обрывки разговора отца с командиром оптиматов долетали до него, пока не потонули в гомоне двора.
– Эй, ты слышал, он всего четырех оптиматов оставляет, – бросил Томас, догоняя Эрика. – Да если моготы придут…
– Заткнись! – Эрик сильнее дернул за руку все пытавшегося вырваться Лукаса. – Отец знает, что делает. Сколько надо, столько и…
– Знает? Да он едва на ногах стоит. Видел, как у него руки дрожат?
– Это от бессонницы. Твоя мать совсем его извела своими кошмарами, – неприязненно сказал Эрик.
– В Сумраке у всех кошмары, почему именно она виновата?
Они поднимались по лестнице, вяло споря. Внизу Лангобар продолжал обсуждать с Гримом состав гарнизона замка.
– Так скольких оставим?
– Да я думал, шестерых, хозяин. Трое на стенах, трое во дворе.
– Я тебе говорю – и четырех хватит. Они все мне там будут нужны!
– Четверо? – Грим покачал головой. – Это мало, если моготы…
– Если моготы придут,