У меня сердце екнуло от того, как он это сказал. И ведь он был прав.
— Я знаю, как тебе неловко, — добавил он, уставившись в ладони.
Я толкнула его плечом.
— Чтоб было ясно, — сказала я, — мне стыдно за пьяную свадьбу в Вегасе. Но не за выбор жениха.
Медленная улыбка озарила его лицо, на щеке под густой тёмной щетиной проступила ямочка.
— Спасибо, что сказала это.
Я пожала плечами.
— Похоже, я снова разрушил отношения с братьями, — пробормотал он. — После всех этих месяцев, что я старался, пытался доказать, что достоин... теперь они наверняка опять считают меня никчёмным.
Мне было его жаль. Как бы я ни боялась разочаровать родителей, я знала — они никогда не отвернутся от меня. Я не могла представить себе жизнь, в которой я бы просыпалась и не была уверена в их любви.
У Коула не было этого. Ни с родителями, ни с братьями. А он так отчаянно жаждал их одобрения. Так хотел быть с ними на одной волне.
— И как это должно работать? — спросила я.
Это ведь полнейшее безумие — добавлять ещё одну необдуманную выходку к уже существующей куче. Гораздо логичнее было бы признать всё сейчас, разобраться с последствиями и жить дальше.
— Точно так же, как ты всё провернула с Оуэном и Лайлой. Говорим, что тайно встречались пару месяцев, а в Вегасе нас накрыло волной чувств. Возвращаемся домой, продолжаем быть женатыми некоторое время. Тогда ты не рискуешь ни карьерой, ни здоровьем отца.
— А тебе это что даёт?
— В идеале — шанс, что братья не возненавидят меня окончательно. Или хотя бы чуть меньше возненавидят. Ещё… — он замялся, — я очень хочу съехать из дома Дебби. Наконец-то пожить отдельно, подумать о будущем.
Вчера, между пьяными глупостями и вертолётными прогулками, мы много говорили о будущем. В его голосе звучала гордость, когда он рассказывал о своей работе на RiverFest, о том, что подумывает вернуться в университет и закончить бакалавриат.
В моём домике действительно была гостевая спальня, а сама я там почти не появлялась.
Но…
— Я не уверена, — пробормотала я, ощущая, как скрутило живот.
Фальшивый брак? Это уже перебор. Мне нужно сосредоточиться на пациентах и практике. Учиться, стажироваться, стать таким врачом, каким был мой отец, каким был дед.
У меня нет ни времени, ни энергии даже на настоящие свидания, не то что на поддельный брак целиком.
— Я отличный сосед, — добавил он, приподняв брови с надеждой. — Дебби хорошо меня воспитала. Стираю, готовлю, не лезу под ноги.
Он подвинулся ближе, наклонил голову и поймал мой взгляд.
— Я в долгу перед тобой за то, что ты сказала Оуэну. И хочу помочь. Сейчас я в подвешенном состоянии. У меня ничего нет, никого нет. Так что если тебе нужен муж на пару месяцев, пока мы разбираемся с аннулированием, то я за.
Я просто смотрела на него, переваривая сказанное. За последние тридцать шесть часов мы с Коулом, по сути, стали друзьями. Между нами возникла связь. Не романтическая — ну, разве что вчера всё слегка перегнуло, когда мы были под градусом, но, может, мы сможем быть просто соседями? Мы оба были одиноки и, к удивлению, отлично ладили — спортсмен и ботан.
— Это может сработать, — произнесла я медленно. — Если у нас будут правила. План. И, может, даже контракт.
— А если… — Он сунул руку в карман штанов с логотипом Университета Мэна и вытащил оттуда что-то, раскрыв ладонь. — Кинем кость?
Я уставилась на предмет.
— Нет, ты не мог…
Улыбка у него была совершенно дьявольская. И я вспомнила ту ночь. Вспомнила, почему вообще на него согласилась. Эта улыбка — сплошная угроза.
На ладони у него лежал ярко-красный игральный кубик. На грани с двумя точками — изящно выгравированная буква Б, для Белладжио.
— Я стащил его. Второй не смог забрать, но понял, что удачный талисман, с помощью которого я получил жену, должен остаться со мной.
Сердце у меня дернулось, даже несмотря на то, что я фыркнула от смеха. Это уже за гранью абсурда. Как, чёрт возьми, я вообще оказалась в такой ситуации?
— Ну что скажешь? Нечёт — признаёмся. Чёт — остаёмся женаты.
Я не могла принимать жизненно важные решения, основываясь на броске кубика. Это безумие. Посмотрите, к чему нас уже привёл этот проклятый кубик.
Нет. Это ужасная идея. Но тяжесть в груди подсказывала, что, может быть, это всё же способ справиться со всем.
Моя жизнь и так была загружена до предела — я, возможно, даже не замечу, что «замужем». А если это избавит родителей от позора и стресса, уже будет стоить того.
Я посмотрела на его полное надежды лицо, на растрёпанные волосы, спадающие на лоб. Чёрт. Все мои инстинкты заботливого человека вопили: «Помоги ему!»
— Ладно, — сказала я тихо, хоть внутри всё сжималось от тревоги. — Чёт — остаёмся.
Он протянул ладонь и широко улыбнулся. После вчерашнего я уже знала, чего он хочет. Я наклонилась, закрыла глаза и мысленно помолилась, чтобы не наделать ещё больше глупостей, и дунула на кубик.
Он встряхнул его в руке и бросил на покрывало. На мягкой ткани кубик недолго покатился и замер — на четвёрке.
— Чёт, — объявил он, довольно подняв брови. — Что ж, жена, пора звонить родителям.
Похоже, так. Время шло, а я всё ещё не придумала лучшего выхода. Родители, конечно, будут в шоке, но если я скажу, что влюблена в Коула, они меня поддержат.
Чем больше я об этом думала, тем логичнее это казалось. Временный, простой, без обязательств — и в итоге мы оба окажемся в лучшем положении, чем сейчас. Верно?
Я протянула руку.
— Хорошо.
Вместо рукопожатия Коул обнял меня за плечи и крепко прижал к себе, окутывая своим теплом и мужским запахом.
— Вот что ты должна знать о своём муже: я люблю обниматься. А теперь — звони.
— Ж-женаты? — заикнулась мама.
Я закрыла глаза и глубоко вдохнула. Рука Коула, крепко обнявшая меня за плечи, помогала куда больше, чем мне хотелось бы признавать.
— Да, — прошептала я, с трудом сдерживая слёзы. — Я встречалась с одним человеком. А прошлой ночью… нас захлестнули эмоции, и мы поженились в Вегасе. Прости, что не сказала раньше. Это было неожиданно, но я… счастлива.
— Я думала, ты поехала в Вегас на вечеринку по случаю помолвки Лайлы.
Лайла и Оуэн пригласили и моих родителей — Лайла годами