Юноша решил проследить за своим врагом.
В тот раз он дошёл вслед за Рославом до обрывистого берега реки и увидел, как тот по узкой и едва приметной тропинке спускается вниз к воде.
Стараясь не шуметь, Зоремир на цыпочках пробежал три десятка саженей поверху, лёг на землю, подполз к самому краю берега и увидел прямо перед собой поросшую густым кустарником небольшую каменистую площадку, на локоть приподнятую над водой, и идущего к ней по песчаной отмели Рослава.
Каково же было его удивление, когда он услыхал радостный женский голос, раздавшийся, казалось, из-под самого берега:
— Милый мой! Любый! Что так долго? Заждалась я тебя!
Откуда-то из кустов на берегу выскочила стройная девка высокого роста с длинными светлыми волосами, перехваченными на затылке плетёным узорчатым ремешком и тяжёлыми прядями спадавшими на плечи. Одёжа её была непривычна для глаз новогородца и состояла из штанов, сшитых из мягкой кожи, которые поддерживал широкий чёрный пояс с какими-то золотистыми бляшками, узкой шёлковой рубахи с длинными рукавами, собранными у запястий широкими лентами, и кожаных сапог выше колен. Простота одеяния красавицы умиляла, но украшения и вышивки на ней говорили о дороговизне.
Что-то в произнесённых ею обыденных и ласковых словах резануло слух Зоремира. Судя по говору, она была чужеземкой. Но откуда эта девка могла попасть сюда, под стены осаждённой крепости, юноша сначала не мог понять.
И тут до него донеслись слова Рослава, после которых ему всё стало ясно:
— Карин, я тоже переживал, что ты не сможешь незаметно скрыться от телохранителей своего отца ярла Фроуда! Они ж весь день приглядывают за тобой! Как тебе это удаётся?
— Отец теперь редко бывает дома. Ярл то на крепостных стенах стоит, то с вождями совет держит. Я же делаю вид, что хочу спать, и ухожу на его половину дома. Туда никто зайти не смеет. А там есть потайной лаз, ведущий к подземному ходу, прокопанный ещё при строительстве крепости. И о нём мало кто знает.
— Ишь ты, какая хитрая! — воскликнул княжич, обнимая девку.
— Здесь сыро и холодно, пойдём наверх! — Карин высвободилась из рук Рослава и резво побежала по тропинке, идущей у самого уреза воды.
Княжич бросился её догонять.
Чтобы его не заметили, Зоремир метнулся к густому кустарнику, растущему неподалёку, и замер в ожидании их появления на высоком берегу.
И они, помогая друг дружке, со смехом и шутками довольно быстро выбрались на ровную площадку. Лица княжича и его подружки просто светились от счастья и любви.
В голове у юноши тут же промелькнула мысль о том, что вот так же и он мог идти вдоль берега реки рука об руку с Баженой, неся на плечах своего маленького сына. Почто же судьба и бабка Ингунн со своим внуком встряли в его жизнь, навсегда разрушив её?
Зоремир уже хотел выскочить из кустов и наброситься на Рослава с ножом в руке, но неожиданно увидел короткий меч, висевший на поясе у княжича, и понял, что это оружие пока спасает две жизни, над которыми нависла смерть.
Но она никуда не делась, не отступилась, а каждый вечер неотступно следовала за ними, выжидая удобного момента, чтобы вонзить острое лезвие клинка в сердце врага.
И вот теперь, притаившись в кустах, юноша не сомневался в успехе своего дела. Молодые люди задремали, утомлённые ласками. Кроме них, поблизости больше никого не было видно. Зоремир осторожно поднялся на ноги и крадучись, шаг за шагом, начал приближаться к ним, крепко обхватив пальцами рукоять боевого топора.
Молчаливой и зловещей фигурой он навис над Рославом и Карин.
И тут же тяжёлый удар обухом топора по голове надолго продлил сон так и не успевшего проснуться княжича.
Открывшая от шума глаза Карин не успела закричать, как кулак Зоремира врезался девке в висок, погружая её в беспамятство.
Юноша проворно стянул руки и ноги обоих сыромятными ремнями и присел рядом с ними в ожидании, когда они придут в себя.
Первой очнулась молодка.
— Скажешь хоть слово или закричишь, я убью тебя! — услыхала она слова, произнесённые твёрдым и жёстким голосом, которому не поверить было нельзя. Карин молча кивнула головой и дважды прикрыла веками глаза, показывая, что всё поняла.
Юноша удовлетворённо улыбнулся ей и похлопал ладонью по щекам Рослава, пытаясь привести того в чувство.
Ему это удалось.
Княжич громко застонал и попытался ощупать разбитую голову, но связанные за спиной руки не позволили это сделать. По его ошарашенному виду можно было понять, что он ещё окончательно не пришёл в себя.
— Не советую звать на помощь! — склонился над ним Зоремир. — Прибегут люди, и я им расскажу, что ты предатель! Встречаешься с дочкой ярла Фроуда, которая бегает к тебе из крепости через подземный ход, и ничего об этом не говоришь княжичу Антону. Что о вас обоих наши начальные люди подумают? Как сумеешь перед ними оправдаться? Не выйдет!
— Я узнаю тебя, Зоремир! — прорычал взбешённый Рослав, пытаясь разорвать стягивающие руки ремни. — Убийца Бажены!
— Да, Бажена мертва! — негромким голосом с присутствием в нём ноток скорби подтвердил юноша. — Но кто виноватый в этом? Только ты и колдунья Ингунн! Это вы поломали наши молодые жизни, кровь на ваших руках! Старуха померла, теперь пришёл твой черёд отправиться в мир Нави! И не молите меня о пощаде! Её не будет!
— Убиваешь людей ты, а виноват я? — княжич презрительно расхохотался. — Услышишь себя, паря? Мне кажется, боги лишили тебя разума!
— Не смей оскорблять меня! Не для того я поймал вас обоих! Приготовьтесь к судилищу! Месть моя будет страшной!
— Маленький и трусливый сын шелудивой собаки! Тебя вздёрнут на берёзе, как вора и разбойника!
— Но кто узнает, что это я убил вас обоих? Да и поймать меня ещё нужно! А я сразу из-под стен крепости домой поплыву. Лодка с припасом неподалёку на реке ожидает. А ты, княжич, под берегом гнить останешься вместе с дочкой ярла!
Зоремир схватился за рукоять топора и поднял его высоко вверх, намереваясь со всего маху рубануть лезвием по голове связанного и беспомощного Рослава.
Блестящее лезвие уже начало своё движение вниз, сопровождаемое истеричным воплем Карин, но неожиданно страшный удар в правую руку развернул юношу вбок вместе с топором. И тут же резкая боль, пронзившая бедро правой ноги, заставила парня рухнуть на землю.
Юноша лежал, раскинув в стороны руки, и даже, не поднимая головы, краем глаза видел торчащие из собственного тела две стрелы.
Мозг ещё пытался вспомнить, где он видел такое необычное чёрное