Теперь бутылки практически не сдают. Невыгодно. За бутылку дают от сорока копеек до рубля пятидесяти. Сами считайте, сколько надо сдать, чтоб наскрести на пиво.
Сетевая колбаса
Так в жаргоне советской номенклатуры (точнее, номенклатурных жен и дочек) называлась колбаса для народа. Та, которая продавалась в торговой сети, в общедоступных магазинах. С точки зрения номенклатуры, ее нельзя было есть (и вправду, там было многовато целлюлозы). Есть надо было колбасу, изготовленную в спеццехе. В таких спеццехах делали еще и сигареты особо высокого качества, и специальные сушки к чаю, которые даже в Центральном Комитете КПСС полагались не всем. Завотделом ЦК – это царь и бог, вершитель судеб для отрасли, которую он курирует. Но вот сушечки у него попроще, не такие нежно хрустящие, как у члена Политбюро. И это не анекдот, это правда.
Слесарь-сантехник
Демоническая фигура советской жилищно-коммунальной сферы, владыка кранов, раковин, ванн, унитазов, патрубков, сальников и сгонов. Он всегда мрачен или издевательски весел, он занят, он на другом заказе, его не дозовешься, он заламывает цену, он требует бутылку, он уходит, оставив капающий кран, и его надо догонять, хватать за рукав, заглядывать в глаза, сулить деньги и выпивку. Он прославлен в монологах Аркадия Райкина и в фильме Данелии “Афоня”.
Снабженец
Младший брат “толкача” (см. ниже). Поставки сырья и оборудования на советские заводы производились по плану, но этот план часто не выполнялся, поскольку в экономике царил дефицит (см. выше). Снабженец (официальное название – агент по снабжению) должен был обеспечить родной завод всем, что ему недодали. Трудная задача. Иногда для этого надо было колесить по стране и вступать в неформальные отношения с поставщиками.
Снабжение
Система поставок товаров в магазины. Но в разных городах и даже в разных районах оно было разным. Московское снабжение не сравнить с ярославским. Часто говорили: “У нас в районе хорошее снабжение”, – и правда, в центре города снабжение было лучше, чем на окраинах. Ну а самым прекрасным было спецснабжение в маленьких полузакрытых городках, военных или научных.
Высшей ступенью спецснабжения были спецраспределители, где самые лучшие товары по весьма щадящим ценам продавались высшим чиновникам и членам их семей, и вход туда был по пропускам.
Советский секс 1970-х
В СССР секс, конечно же, был. Даже само слово “секс” как обозначение некоего отдельного явления – отдельного от любви, семейной жизни и даже от морали – появилось как раз на рубеже 1960–1970-х. В популярнейшей пьесе Михаила Рощина “Валентин и Валентина” один персонаж говорит: “…любовь закрепощает, начинаются всякие мучения, то, се, любовь – кабала, а секс – свобода”.
Конечно, говорить о “советском сексе” вообще – нельзя. Уж больно велика и разнообразна была наша страна. Правильнее говорить о русском городском сексе 1970-х. Его чисто советская специфика заключалась в доступности и дешевизне. Это было нечто вроде пресловутого “равенства в бедности” или столь же пресловутого батона за тринадцать копеек – в крайнем случае, за двадцать пять. Но других батонов (скажем, за рубль сорок, для особо утонченных гурманов) в продаже не было. Конечно, “доступный” не означает “обязательный”. В СССР курево было более чем доступно – но курили далеко не все.
Поиск или смена сексуального партнера вне или помимо брака в 1970-е годы не были проблемой – ни для мужчин, ни для женщин. В распоряжении советского человека был весь спектр добрачных и внебрачных связей: служебные серьезные романы и легкие приключения; адюльтеры, двоеженства и двоемужества; студенческие, пэтэушные, фабрично-общежитские, стройотрядовские, “картошечные”, походно-туристические развлечения; не забыть о выездных научных конференциях, комсомольской и партийной учебе, курсах повышения квалификации. Столь же разнообразно было душевное содержание – от признаний в любви до популярной фразы “Мы же взрослые люди! Кому от этого хуже?”
Теперь о дешевизне. Ухаживания в те времена не стоили ровным счетом ничего, буквально ни копейки. Можно было не платить за кино и мороженое, не дарить букетиков, конфет и книжек и уж конечно не водить в кафе (поход в кафе – вообще безумная роскошь и вместе с тем – головная боль: кафе мало, у дверей очереди). Можно было, разумеется, и платить, и дарить, и водить – но это не ускоряло процесса. Презрение по отношению к тем, которые “дают за подарочки” или “за ресторан”, было весьма сильным. Главным в отношениях было бескорыстие.
Отчего же секс был недорог в денежном выражении? Не только из-за всеобщего культа бескорыстия. И не только из-за номинальной дешевизны советской жизни. Главное – из-за низких издержек. В наше время подготовка к свиданию может влететь девушке в серьезную сумму: парикмахерская, солярий, эпиляция. А также другие вклады: косметика и духи, красивое белье. Издержки должны быть покрыты.
Ничего подобного в 1970-е годы не было. Одна пожилая писательница рассказывала: “В 1930-е годы девушка перед свиданием мыла голову – вот и вся косметика”. Конечно, в 1970-е годы у девушки была и помада, и тушь для ресниц, и тени для век, и духи, и дезодорант, и даже иногда какой-никакой крем для рук. Но тем не менее подготовка тела к сексу стоила очень дешево. Душились и подкрашивались независимо от сексуальных планов на вечер. Не было ни фитнес-центров, ни соляриев, ни эпиляций, ни пилинга, ни антицеллюлитных процедур. Спектр парикмахерских услуг был куда скромнее, к косметичкам ходили немолодые дамочки, маникюр почти все делали себе сами (и никакого наращивания ногтей!), а педикюр – даже самостоятельный – был не очень-то распространен. Красивое белье было отдельной проблемой – почти неразрешимой и оттого неактуальной.
Так что давайте скажем правду: в 1970-е годы тело к сексу вообще не готовили. Да и мыли его сравнительно редко. Хотя число квартир с горячим водоснабжением неуклонно росло, люди еще долго сохраняли привычку к еженедельной помывке. В тогдашних книгах по домоводству было написано, что душ нельзя принимать чаще одного раза в неделю: возбуждает нервную систему.
Поэтому само тело и его ближайшее покрытие выглядело так себе – и у женщин, и у мужчин. Пятки были пошорхлые, ногти на ногах неухоженные, бывало и с темной каемкой. Чулки застиранные и зашитые-заштопанные, белье тоже заношенное