Вытащив коробку в гостиную, Дживон сразу приметил место, где елка будет смотреться хорошо: у панорамного окна, из которого Каннам был виден как на ладони. Распаковав коробку, он поочередно вытащил ветки и остов. Куки тут же оживился и настороженно принюхивался к новым предметам интерьера. Но, пару раз наткнувшись носиком на колючки, решил уйти, обиженно махнув пушистым хвостом.
Через полчаса большая, пышная елка была готова. Зеленые иголки на концах были украшены серебристыми блестками, и в электрическом свете искусственное дерево выглядело загадочно и нарядно даже без игрушек.
«Точно! Игрушки!» — хлопнул себя по лбу Дживон, вновь направляясь в кладовую. Коробка с игрушками нашлась на самой верхней полке, но почему-то Дживону расхотелось наряжать елку.
— Она и так неплохо смотрится, как думаешь, Куки? — спросил он кота. Тот мяукнул в ответ, явно недовольный тем, что весь вечер хозяин занимается непонятно чем, вместо того чтобы посвятить все свободное время своему пушистому питомцу.
Так и не закончив с украшением, Дживон лег в кровать, привычно обнимая мягкого зверька, довольного, что хозяин наконец-то принадлежит только ему.
А утром в пекарне его уже ждала взбудораженная Инсу. Как только они вошли в помещение, она, не снимая пальто, ткнула ему в нос телефон.
— Вот! Смотрите! — выпалила она. Дживон с трудом оторвал взгляд от ее раскрасневшегося лица и уставился в экран сотового.
— Администрация Чонногу объявила конкурс на лучшую пекарню… через две недели, тридцатого декабря будет объявлен победитель… — рассеянно прочитал он и поднял глаза на горевшую нетерпением Инсу. — Не понимаю. Ты хочешь поучаствовать в конкурсе?
— Конечно! Обязательно! — она всплеснула руками, но Дживон не разделял ее энтузиазма.
— У нас нет ни единого шанса, — отрезал он. — Только опозоримся.
Лицо Инсу обиженно вытянулось.
— Почему вы готовы проиграть, даже не вступив в игру? — воскликнула она. — Условия очень простые. У них будет три номинации: лучшее украшение пекарни, лучшая выпечка и лучшие продажи за последний месяц. По крайней мере в двух мы можем претендовать на победу! А даже если нет, то это отличная реклама! Сюда приедут не только представители администрации, но и пресса, а если повезет, то кое-кто из известных блогеров. В любом случае нам это только в плюс, а вы уже хотите сдаться!
— Даже не знаю… — неохотно проронил Дживон, который привык к уединению и всячески избегал внимания.
— Зато я знаю, — твердо сказала Инсу, и Дживон вновь поразился жесткости, которая сквозила в ее словах, когда она была в чем-то абсолютно уверена. — Директор, прошу вас, давайте попробуем. Если мы хотим поднять продажи, участие в этом конкурсе нам просто необходимо.
— Ну что ж, если ты так уверена, что нам это пойдет на пользу, я не против. Давай подадим заявку на участие, — согласился Дживон, хотя ему совсем не хотелось участвовать в этом балагане.
— Я уже подала. Вчера вечером, сразу, как только увидела новость! Теперь приступим к приготовлениям!
[1] Онни — обращение младшей сестры к старшей сестре или старшей по возрасту девушке
[2] Оппа — обращение девушки к старшему брату (или возлюбленному) или старшему по возрасту парню
[3] Чхусок — один из самых главных корейских праздников. Праздник урожая и корейский День благодарения. Обычно в дни Чхусока корейцы собираются семьями, разъезжаясь по родным городам и навещая родственников в провинции. В дни проведения Чхусока Сеул заметно пустеет.
Глава 7
Заветные желания
Дживон только хлопал глазами, удивляясь активности и решительности Инсу. Но она, по-видимому, растолковала его реакцию по-своему.
— Простите, директор, просто вчера был последний день подачи заявки, и если бы я упустила шанс, то никогда бы себя не простила. Звонить вам вчера не стала, потому что было уже поздно. Извините за эту вольность, я думала вы будете рады…
— Нет-нет, я очень рад и полностью тебе доверяю, — поспешил успокоить ее Дживон, — просто для меня это как-то неожиданно. Не подумай, что я против, наоборот. Я привык все делать один, и у меня никогда не было таких амбиций, как у тебя. Для меня непривычна мысль, что моя пекарня может стать популярной, что моя выпечка кому-то действительно понравится, и что я…
— Достоин большего? — подсказала Инсу, внимательно глядя на него своими шоколадными глазами. Дживон покраснел, стыдясь и одновременно радуясь, что она так метко попала в цель. Это ведь правда. Много лет он жил в состоянии какой-то обреченности и ненужности, а теперь эта девушка уверенно заявляет, что он может и должен добиться большего. В какой-то степени его это пугало. Страшно вылезать из скорлупы, в которой находился столько времени.
— Да, ты абсолютно права. Головой я понимаю, что твоя стратегия правильная, но в душе мне страшно и хочется остаться там, где я был все эти годы. Пекарня ведь для меня всего лишь хобби, я никогда не рассматривал ее как источник дохода, это было занятие для души и не более того. Мне нравилось придумывать новые рецепты, экспериментировать, и вроде как меня это ни к чему не обязывало. Не понравится посетителям — ну и ладно, их все равно почти нет, — Дживон откровенно признался в своих страхах, и странное дело — ему не было за это стыдно. Почему-то раскрываться перед Инсу оказалось очень просто, с ней хотелось поделиться своими переживаниями, не строя из себя крутого мачо и важного директора.
— Понимаю вас, — кивнула Инсу. Она теребила лист меню, не поднимая глаз. — Это ваш бизнес, и я ни в коем случае не хочу вмешиваться. Если вам комфортнее оставить все, как есть, давайте так и сделаем. Но мне жаль, что о вашем кулинарном таланте никто не узнает, ведь вы даже нигде не учились, просто интуитивно создаете очень вкусные и красивые вещи. Это дорогого стоит.
— Спасибо, Инсу, — от всей души поблагодарил ее Дживон. — С тех пор как ты появилась, изменилось все: моя жизнь, мои мысли, планы, желания. Ты, как свежий ветер, ворвалась в мою серую повседневность и встряхнула меня. Показала многое из того, чего я раньше не замечал и о чем даже не задумывался. Я очень