Правда, кофе оказался зерновым, и мне с утра пришлось колдовать над ступкой и пестиком, чтобы смолоть его, но это были такие мелочи жизни, на которые я готова была закрыть глаза. Главное — аромат! Настоящий, горький, бодрящий!
— Ну как тебе живется в этом мире, новичок? — Ольга присела на соседнее кресло, устроив у себя на коленях симпатичного агукающего карапуза.
Мальчишка был чудо как красив по человеческим меркам: пухлые щечки, большие глаза цвета лесного озера и копна светлых кудряшек. На нем был крошечный комбинезон, отороченный мягким мехом, и он с упоением пытался поймать ручками болтающийся шнурок на одежде матери.
Кстати, мужа ее, того самого дракона, я так и не увидела. А жаль — дико хотелось посмотреть на это чудо-юдо.
— Пока что не поняла, — созналась я, блаженно подкладывая под спину еще одну подушку и делая глоток горячего, с трудом добытого кофе. — Одно дело — читать фэнтези, и совсем другое — просыпаться каждый раз в другом мире. Я до сих пор жду, что кто-нибудь крикнет «снято!» и я очнусь в своей квартире.
— Ага, а помощник окажется эльфом, — фыркнула Нина, устроившись рядом на диване и с наслаждением вытянув ноги на невысокий деревянный столик. — Поверь, я через это прошла. Первый месяц ходила, как вареная, и не могла сообразить, что к чему. Все казалось каким-то сном наяву, пока мой будущий муж не решил скоропостижно скончаться. Очень быстро протрезвела.
— У меня, между прочим, отпуск через неделю заканчивается, — заявила я, отставляя свою глиняную кружку. — Я должна быть в больнице! Там приемы, куча отчетности! Меня уже, наверное, в розыск объявили.
Девочки многозначительно переглянулись и рассмеялись.
— Милая, это вряд ли, — с легкой иронией произнесла Ольга, пока ее сын пытался засунуть в рот край ее рукава. — Ты думаешь, мы не пытались вернуться? Мужчины этого мира — крайне упертые личности.
— То есть… вообще никак? — Внутри все похолодело.
— Вообще, — подтвердила Нина, грустно улыбнувшись. — Принимай как есть. Здесь теперь твой дом.
Я подняла бровь, наблюдая, как малыш, устав от безуспешных попыток поймать шнурок, переключился на длинные волосы Ольги и теперь с серьезным видом мял их в своих крошечных кулачках.
— Это мы еще посмотрим, — загадочно сообщила я, не желая сдаваться. — А пока… вы мне лучше скажите, как зимуют орки?
Мне и правда было любопытно, как они преодолевают зиму в этих легких палатках, которые, несмотря на всю свою основательность, вряд ли спасали от лютых морозов.
— Они не зимуют, — улыбнулась Ольга, осторожно высвобождая свои пряди из цепких пальцев сына. — Я читала в книгах, что они кочуют. Переезжают с места на место вслед за солнцем и теплыми ветрами, как только наступают первые заморозки. Именно поэтому орки — одни из самых серьезных и мобильных союзников. Они никогда не сидят на месте, всегда в пути, всегда находят новые земли.
— Зачем такие сложности? — не унималась я. — Построили бы себе крепость и жили припеваючи. Тепло, безопасно… комфортно, в конце концов!
— У орков свои обычаи, — пожала плечами Нина, ловко ловя летящую со стола печенюшку, которую невесть как умудрился швырнуть карапуз. — Например, предложить гостю сесть на землю, у них считается жутким оскорблением. Пол — для рабов и пленников. А еще они считают, что оседлая жизнь делает дух слабым. Воин должен быть готов сорваться с места в любой момент.
Я нахмурилась, припоминая мой первый день и то, как я заняла место вождя на том самом пеньке, а он вынужден был стоять.
— Так вот почему Громор не сел рядом со мной в тот первый день! Я-то думала, он просто такой вежливый или ему стоять удобнее.
— Ага, — хихикнула Нина. — А он, бедняга, оказался в ловушке собственных обычаев.
— Ох, — выдохнула я, чувствуя, как краснею. — Надо будет перед ним извиниться, когда окончательно в себя придет.
— Не стоит, — возразила Ольга, наконец-то отдав сыну круассан, чтобы он перестал терзать ее прическу. — Ты спасла ему жизнь. По их меркам, теперь твоя воля для него — закон. Кстати, о твоем волеизъявлении… — Она многозначительно посмотрела на меня. — Когда познакомишь нас со своим женихом? В боевом состоянии, а не в лежачем? Нам же надо понять, ради кого ты здесь останешься.
— Да-да, — подхватила Нина, подмигивая. — Мы хотим посмотреть, кто этот счастливчик, получивший в жены нашу Эльвиру. Драконы и эльфы — это, конечно, хорошо, но орк… это нечто новенькое!
— Девочки, — вздохнула я, прикрывая лицо руками, но не в силах сдержать улыбку, — дайте человеку, ну то есть орку, хотя бы в себя прийти!
Глава 25
Солнечные лучи, пробивавшиеся сквозь щели в пологе шатра, плясали золотистыми зайчиками на полу, а воздух был густ и сладок от аромата кофе и печенья.
Пока мы сидели с девочками в этом удивительном оазисе уюта, сотворенном руками суровых орков, я поймала себя на том, что мой взгляд снова и снова, словно магнит, притягивается к пухлощекому карапузу, устроившемуся на коленях у Ольги. Он что-то самозабвенно лепетал, размахивая ручонками с невероятной для его возраста энергией, и в его синих-синих глазах искрилась вся вселенная.
Внутри у меня что-то дрогнуло — тихое, давно забытое и приглушенное карьерой, ночными дежурствами и вечной гонкой. Материнский инстинкт, дремавший годами, проснулся внезапно, сжав сердце в сладкой, щемящей боли.
— Оль, можно? — вырвалось у меня почти с мольбой, и я сама удивилась этой внезапной мягкости в своем всегда таком уверенном голосе. Я протянула руки к мальчишке. — Очень уж он у тебя… живой.
Подруга — а за последние сутки мы определенно стали подругами, связанными общим попаданием и профессией, — тут же кивнула, с легким стоном облегчения передавая мне малыша.
— Конечно! Бери, бери. Я хоть пять минут посижу спокойно, как нормальный человек.
Я улыбнулась, с трепетом принимая ношу. Малыш оказался довольно тяжеленьким. Он, к моему удивлению, даже не хмыкнул, не то что заплакал. Его большие, бездонные глазки с немым любопытством изучали мое лицо, будто запоминая новые черты, а потом молниеносно переключились на пуговицы блузки. Одна из них, перламутровая, сразу же подверглась тщательному исследованию. Он с деловым, сосредоточенным видом ухватился за нее своими цепкими, удивительно сильными пальчиками и принялся методично ее откручивать.
— Ой, нет, дружок, это не игрушка, — рассмеялась я, ощущая неожиданный прилив нежности. Осторожно высвободила одежду, поймав его ручонку в свою. — Сильная хватка, будущий воин. Как его зовут?
— Дани, — улыбнулась Оля, с наслаждением откидываясь на спинку кресла и закрывая глаза. Казалось, она готова была мгновенно уснуть. — Оказывается, у драконов принято