Светлане Сергеевне новый статус понравился, судя по тому, что она буквально начинала светиться от счастья, когда слышала подобное обращение нашей крохи в отношении себя. Семьи у неё не было, и за те несколько часов, которые мы с ней общались, женщина как-то незаметно стала восприниматься частью нашей. Причём, не прикладывая для этого никаких усилий, лишь оставаясь самой собой.
— Может, переночуете у нас? — спросила она, когда небо окрасилось в предзакатные краски. — Места хватит для всех.
— Спасибо за предложение, но будет лучше, если мы пойдём, — отрицательно покачал головой Данила. — В гостях хорошо, а дома лучше.
— С этим не поспоришь, — со вздохом согласилась тётя Света, — но завтра снова ждём вас у себя. Я испеку что-нибудь вкусненькое, а Дима пожарит мясо на костре.
— Хорошее предложение, — закивал отец. — Обязательно надо собраться снова вместе.
— И не единожды, — добавил с улыбкой Данила.
— Без сомнения, — одобрил родитель, похоже, сменив гнев на милость по отношению к нему.
— А я не хочу уходить, — уведомила нас с грустью Злата, сидя возле кошки с котятами. — У бабули с дедулей интелесно. Здесь и кулочки, и коловка и теленок…
— Целый зоопарк, — усмехнулся отец. — Не хватает лошадки и поросят. Тогда был бы полный комплект.
— О, нет, с меня хватит и того, что есть, — поспешно ответила Светлана Сергеевна. — Хотя…
— Я пошутил, — тут же поспешно замахал он руками. — А то и правда надумаешь ещё… Тогда тебя и вовсе не вытащишь отсюда.
— А так, думаешь, вытащишь? — лукаво фыркнула женщина.
— На экскурсии? Уверен! Ты не сможешь устоять от соблазна посмотреть Питер и Москву, побывать на Курилах и Байкале…
— Знаешь чем меня завлечь, — шутливо хлопнув его по плечу, рассмеялась тётя Света. — Всегда мечтала путешествовать, но, увы… На это нужны деньги и время. И если с последним не всё так плохо, можно попросить соседей присмотреть за хозяйством и выкроить недельку-две, то с первым…
— Поверь, теперь и с деньгами у нас будет всё в порядке, — успокоил её отец.
— Осталось только воскреснуть тебе официально, — напомнила ему. — Пока ты числишься в списке погибших.
— Разберёмся, — беспечно отмахнулся он. — Позвони сегодня Горскому, пусть по своим каналам пробьёт, как это лучше сделать. Или мне оставь его номер. Кстати, и свой тоже. И Медведева бы не помешало.
Домой к Даниле мы возвращались уже в сумерках. Злата дремала у отца на руках, а я шла рядом, ощущая себя самой счастливой женщиной на свете.
— Ты так загадочно улыбаешься, что меня прямо-таки распирает от любопытства, о чём думаешь, — открывая передо мной калитку в свои владения, тихим голосом признался Даня.
— Ни о чём, и в то же время обо всём сразу, — ответила я.
— О нас тоже? — уточнил Медведев с хитринкой в глазах.
— Да, — ответила как есть, хотя первой мыслью и было поёрничать, повредничать, перевести всё в шутку.
Вот только не захотелось разрушать волшебство момента неуместными высказываниями. В жизни и без этого не всё просто, а мы, порой, ещё и сами зачем-то её усложняем.
— И к какому выводу пришла? — задал очередной вопрос Медведев.
— Честно?
— Разумеется.
— Пожалуй, я соглашусь на твоё предложение, дав нам шанс, — покосилась на мужчину и, не сдержавшись, добавила с улыбкой: — Не сдашь назад, не испугаешься ответственности? Всё-таки семья, ребёнок, обязанности…
— Не сдам, Алён, — без тени улыбки ответил он. — Не хочу вас потерять. И так наделал немало ошибок.
— Мы все их наделали, к сожалению, — произнесла с горечью, вспоминая события, которые привели меня с дочкой в эти края. — Теперь самое время их исправить.
— Этим и займёмся, — кивнул Медведев, открывая дверь. — Вместе.
Дом встретил нас уютной тишиной, хотя, по сути, её как таковой и не было. В какой-то из комнат тикали часы, негромко тарахтел в кухне холодильник. Но эти звуки казались настолько незначительными, что проходили мимо сознания, не цепляя его.
Иногда переступаешь порог и понимаешь, что это не твоё место, что жить здесь ты не сможешь. Причём, это не зависит от факта, веришь в мистику или нет. Но этот случай был не из тех. Я будто вернулась после долгих странствий домой, ощущая, как напряжение уходит, уступая место лёгкой усталости и умиротворению.
— Папочка, можно мне в кловатку? — сонно пробормотала дочка.
— Конечно, родная, — бережно прижимая малышку к себе, ответил Медведев, унося её в комнату. — Доброй ночи, Солнышко, — раздалось из-за двери.
— Доброй ночи, папочка, — услышала в ответ. — И мамочке пеледай.
— Обязательно.
Улыбка сама собой расцвела на губах. Ощущение того, что мы — семья, оказалось настолько приятным, что от умиления на глаза навернулись слёзы.
— Стоило только отлучиться на минутку, а ты уже шмыгаешь носом, — раздался за спиной встревоженный голос Данилы. — Что-то случилось?
— Да, случилось, — шепнула, оборачиваясь к нему, — я внезапно осознала, что счастлива.
— Повтори, пожалуйста, это снова, — шагнув ближе, попросил он, опуская тяжёлую ладонь мне на талию и заглядывая в глаза.
— Я счастлива, — тихо рассмеялась, растворяясь в потемневшем мужском взгляде.
Впрочем, миг спустя мне было уже не до смеха, когда требовательные губы накрыли мои коротким, но нежным поцелуем.
— И я счастлив, Алён. Ты даже не представляешь насколько.
С последним утверждением я бы поспорила, но было не до этого.
Глава 38
Эмоции накрыли по самую макушку. Повторный поцелуй кружил голову, горяча кровь. Кислорода не хватало, но, несмотря на это, мы продолжали целоваться. Самозабвенно. Забыв обо всём. Растворяясь в чувствах и ощущениях. Цепляясь друг за друга так, словно от этого зависели наши жизни.
За окном шумел ветер, раскачивая ветви берёзы, царапавшие стекло. В отдалении гремел гром. Но над домом по-прежнему сияла луна, окутывая призрачным светом окрестности. Где-то за лесом бушевала гроза, обходя стороной наш маленький мирок, тем самым даря долгожданный покой, так необходимый после всего, что с нами случилось.
Злата что-то пробормотала сквозь сон, заставляя вернуться из царства грёз в реальность, но перевернувшись на другой бок, снова тихо засопела.
— Как же долго я тебя ждал, — шепнул Данила, опаляя дыханием разгорячённую кожу у виска. — Родная, желанная, МОЯ. Я словно не жил все эти годы, а существовал. Дом, работа, работа, дом. И так день за днём. Ты и дочка, как солнечные лучики, озарили серость моих будней одним своим присутствием. Не позволю вам уйти. Даже если захочешь, уже не отпущу.
— И не отпускай, — шепнула в ответ, тая