— Вообще-то я искал тебя, фанг, — ухмыльнулся Гронир.
Я нахмурилась и скрестила руки на груди:
— Только не говорите, что пришли на запах!
— Пахнет вкусно, как ты и говорила, — явно вспомнив тот неприятный разговор, засмеялся он и подцепил с прилавка остатки левашки. От дракона, которого не поделили два маленьких покупателя, остались лишь куски. Попробовал один и, жуя, довольно прищурился, а потом заявил: — Очень сладко! Куплю всё, что осталось.
Ногу вдруг ожгло, и я подскочила больше от неожиданности, чем от боли:
— Ай!..
Конечно, я испугалась, что дракончик ужалил меня огнём, но, похоже, он просто выпустил облачко пара. Питомец Милы всегда икал, как объестся тыквенных конфет. Лорд приподнял брови, и я попыталась выкрутиться:
— Ай, какой хороший покупатель! Только сегодня, только для вас специальная оптовая цена!
И принялась собирать всё, что осталось на прилавке, кидая в самую большую коробку, не сильно заботясь о сохранности вида драконов. Махнув на то, что цукаты быстро слипнутся. Лишь бы поскорее избавиться от неприятного и опасного покупателя.
— Двадцать серебряных монет! — выпалила, сунув коробку в руки Гронира.
«Уходи же!» — глянула исподлобья.
Нога нестерпимо чесалась, а Мила, видимо, притомившись, начала возиться. Вот-вот вылезет из-под юбки!
— А там что? — лорд указал на коробку с бутылками отвара из тыквенной кожуры.
— Вам не нужно, — нервно заявила я. — Вы и так слишком красивый!
По губам мужа Метэллы зазмеилась улыбка, от которой по спине поползли мурашки. Мужчина опёрся руками о прилавок и, наклонившись ко мне, шепнул:
— То же самое однажды мне сказала принцесса Имиза. Ты очень на неё похожа… Фанг Клава.
Я уже была готова подхватить Милу под мышку, дракона на плечо и бежать от этого настойчивого типа, как внезапно потемнели небеса. Всего на миг, но причину поняли все. Над нами только что пролетел огромный дракон.
— Этому здесь что нужно? — помрачнел Гронир и, бросив на прилавок кошелёк, забрал коробку. — Ещё увидимся, фанг.
Глава 24
Едва помнила, как мы убрались из Дерездура обратно, потому что всю дорогу прокручивала в мыслях короткий, но очень неприятный диалог с мужем Метэллы. Потряхивала на ладони мешочек серебра и рассматривала герб лорда Спэна, вышитый на ткани.
«Он же поверил, что я не принцесса? — в который раз доказывала себе. — Но тогда что же его притягивает ко мне? Что?»
Перебрав всё, о чём упоминал мужчина, пришла к выводу, что его тревожит некий запах. Сегодня Гронир снова намекал на сладость, многозначительно посматривая на меня. Я объяснила, что аромат исходил от конфет, которые я делаю, но лорд снова искал меня. Почему? Может, у драконов более острое чутьё?
«Во сне владыка тоже упоминал о запахе», — вздрогнув, вспомнила я.
Мы уже въехали во двор и я, подхватив на руки дочь, молча поспешила к нашему старенькому дому. Нэхмар остался, чтобы распрячь лошадь и обтереть её, а цакхи потопали за мной, но я захлопнула дверь перед их носами. Тут же раздался стук и скрип когтей по дереву, будто собака просилась внутрь.
— Фанг! — жалобно простонал Воглуг. — Мы не виноваты! Люди будто с ума сошли, как твои новые левашки увидели…
— Думал, что нас разорвут, как тыквенных драконов! — в ярости воскликнул Лагдум.
— Жаль, что покупатели не проявили такой же энтузиазм, когда появились настоящие драконы, — проворчала я и опустила дочь на ноги. Мила тут же понесла Рыню на кухню, бубня себе под нос что-то про оголодавших питомцев. Я же повысила голос: — Три штрафных, бездельники!
— Серебрушек? — испугался скупердяй Гэрхей и с надеждой уточнил: — Или медяков?
— Три раза вокруг поля, — сурово приказала я. — Бегом! И заодно посмотрите, не шастает ли кто неместный.
— Слушаемся, фанг! — искренне обрадовался Гэрхей, и послышался удаляющийся топот.
Когда он стих, я вздохнула и устало побрела к креслу. Упав без сил, закрыла глаза и попыталась вспомнить, упоминалось ли в фильме что-либо о сладком запахе. Ни-че-го!
В некоторых книгах фэнтези, которые попадали мне в руки, было сказано об особой связи в истинной паре, но я была уверена, что это не наш случай. Я ещё в первые дни внимательно осмотрела тело, в которое попала. Никаких рисунков на коже, меток и прочих тату, не было.
В кино показали, что Гронир женился на Метэлле по большой любви и вопреки традициям. Как правило, лорды Лэйна редко рассматривают человеческих женщин в качестве супруги, но вот побаловаться ночку-другую, как владыка, совсем не против.
И всё же было подозрительно то, как быстро я оправилась после родов. Это в своей прежней жизни мне пришлось подниматься почти сразу, потому что во время нашей юности беременность не считали болезнью и особых поблажек никому не давали.
Многие женщины работали в поле до начала схваток и нередко приносили младенцев уже в подоле юбки… Оттуда и поговорка «Принести в подоле». Мою мать заставляли работать по дому, утверждая, что это ускорит сокращение матки и восстановление тела в целом, и она верила. А за ней и я.
Но принцесса была нежной фиалкой, которую воспитывали на пуховых подушках. Уверена, что ей ни разу не пришлось спать на лавке, подложив под голову валенок. И подозревала, что стремительное выздоровление Метэллы не обошлось без магии. А это снова приводит нас к связи истинной пары.
«Нет, — распахнув глаза, села прямо и посмотрела в окно. — Будь Гронир истинной парой принцессы, он не бросил жену, даже если бы она понесла от другого мужчины!»
— Боги, — потёрла гудящие виски. — У меня от этой Санта-Барбары уже голова разболелась! Оставили бы нас в покое. Только жизнь наладилась, и пошла прибыль… Так драконов тоже прибыло! Кто тот второй? Вот что им всем тут понадобилось?
— Мам?!
От испуганного крика Милы подскочила, как ужаленная, и опрометью кинулась на кухню. Дочка опрокинула что-то на себя? Ошпарилась? Обожглась?!
Я застыла на пороге, не веря глазам.
На столе, где мы с дочкой ещё недавно лепили драконов, сидел голенький малыш. Мальчик лет трёх или двух с половиной хватал пухлыми пальчиками обрезки левашек и засовывал себе в рот. Жмурился от удовольствия и причмокивал на всю кухню.
— Откуда взялся ребёнок? — удивлённо ахнула я.
При виде меня малыш звонко икнул, и в воздух поднялось знакомое облачко пара. Мы