– Какая у вас музыка… – мечтательно протянул он. – Танцевательная.
В этот самый момент разговор прервал громкий настойчивый стук в дверь.
– Кто там? – снова крикнул Хватайка.
– Это я, почтальон Мылов, пришёл вашу тётю с молоком мыть! – заплетающимся языком пробормотал Печкин, махнув рукой. – Давайте мне самую большую кружку!
Но его никто не слушал. Когда Дядя Фёдор открыл дверь, не пороге стояли два крепких санитара.
– Это у вас тут кто-то с ума сошёл? – спросил один из них.
– Вот, нашему почтальону плохо стало, – развёл руками мальчик.
– Неправда, это кот мне какое-то странное молоко налил! – возразил почтальон, ткнув пальцем в Матроскина.
Санитары покосились на кота и пса, но те вели себя совершенно обычно. Матроскин старательно вылизывал лапу, а Шарик подошел к одному из гостей и принялся с подозрением обнюхивать его брюки. Мальчик, конечно, казался не по годам серьёзным, но в этом не было ничего странного: дети, которые много читают, взрослеют быстрее других.
Санитары переглянулись. Неадекватно себя вёл только почтальон.
– Товарищ почтальон, а давайте вы с нами сейчас проедете? – вежливо, но настойчиво предложил один из них, сделав знак своему напарнику, и они попытались подхватить Печкина под руки.
– Только мне посылку надо забрать! – упирался почтальон. – В ней мыло, и тётя из автобуса выскальзывает.
Но санитары не слушали. Им такие «нормальные» частенько попадаются. В больнице разберутся, с кем и что не так. А они свою работу хорошо знают. Поэтому мужчины решительно потащили Печкина к машине, несмотря на протесты и попытки вырваться. Дядя Фёдор в сопровождении кота вышел их проводить, а Шарик, оставшись один, сразу же кинулся к оставленной без присмотра посылке.
– Когда я на почте служил ямщиком, был молод, имел я силёнки… – продолжал горланить Печкин.
– Не переживайте, через пару дней ваш почтальон будет как новенький, – обернувшись, пообещал санитар Дяде Фёдору.
– Точнее, как старенький, – поправил второй. – Новеньким он уж очень давно был.
Хлоп! Захлопнулась дверь машины, заурчал мотор – и скорая покатила по улице, унося с собой буянившего почтальона. Дядя Фёдор и Матроскин проводили её взглядами, кот – довольным, мальчик – с сомнением.
– Не слишком мы с ним? – задумчиво протянул Дядя Фёдор, глядя им вслед.
– Ничего, – махнул лапой Матроскин. – Отдохнёт, обстановку сменит. Плюс питание бесплатное.
– Но всё равно ты это молоко куда-нибудь вылей, – напомнил мальчик. Ему выше крыши хватило двух захмелевших. – Чтобы беды не было.
В это время из дома донёсся счастливый лай, и миг спустя наружу выскочил Шарик в обнимку с фоторужьём.
– Смотрите! – Глаза пса восторженно сияли, а в голосе звучала гордость. – Моё фоторужьё приехало! Начинаем фотоохоту.
– Смотри, Шарик, от радости не лопни, – со скепсисом покачал головой кот. Как мало собаке надо для счастья – на охоту сходить!
Глава 14
Охотник Шарик
Первым, кто попался Шарику в лесу, был заяц. Тот мирно щипал травку на полянке, но заслышав шорох, сорвался с места и пустился наутёк. Любой заяц знает, что от собак, а тем более – от охотников, добра не жди. Вот и улепётывал во все лопатки.
Пёс кинулся следом, вскинув ружьё. Жаль, что не получилось подкрасться незаметно! Наверное, стоит потренироваться. Такой кадр испортился!
Шарик бросился вдогонку. Сперва он пытался поймать бегущего зайчишку в объектив, но потом понял, что так только сильнее отстаёт, плюнул, закинул ружьё за спину и помчался уже на всех четырёх. Сперва дичь надо поймать, потом уже ей фотосессию устраивать.
Но заяц, вместо того чтобы рвануть в чащу, кинулся в деревню и проскочил в калитку первого попавшегося дома – того самого, где обитали друзья. Дядя Фёдор как раз пилил дрова вместе с Матроскиным, когда туда ворвался перепуганный зверёк. Мальчик подхватил на руки зайчишку, который весь мелко дрожал от страха.
– Не бойся, маленький. – Дядя Фёдор ласково погладил зверька по голове, успокаивая. – Ты откуда бежишь?
В следующую секунду во двор влетел Шарик, тяжело дыша и вывесив язык. Заметив «модель» на руках у Дяди Фёдора, он, шатаясь, выпрямился и навёл на них объектив фоторужья. Щёлк! Матроскин тоже бесцеремонно влез в кадр, принимая эффектную позу. Щёлк! Щёлк!
– До чего ж дичь глупая пошла! – задыхаясь, выговорил Шарик и вытер лапой лоб. – Я полдня за ним гонялся, чтоб сфотографировать.
Птичка не вылетела, но зато яркая вспышка чуть не ослепила всех троих.
– Правильно! – протянул Матроскин, погрозив ему пальцем. – Теперь ты за ним ещё полдня бегать будешь.
– Это почему это? – удивился Шарик.
– Потому что это она, – продолжал объяснять Матроскин. – Зайчиха. И если ей фотки не понравятся, она тебя переснимать заставит.
В это время в Москве мама и папа Дяди Фёдора ждали новостей, но те всё не приходили. Мама, когда выходила на улицу – за покупками, на прогулку, – всякий раз тщательно обследовала почтовый ящик. Ничего нового. С каждым разом надежда таяла, а тревога росла. Ну как можно не волноваться?! Может, муж что-то узнал в её отсутствие?
Папа дома, как всегда, крутил гайки своему «Запорожцу» – то ли отвлечься пытался, чтобы не волноваться, то ли другого дела найти не мог.
– Ответов до сих пор нет, – продолжала причитать мама, всплеснув руками. – Я уже извелась вся.
– А ты отвлекись чем-нибудь, – донеслось из-под капота машины, как со дна колодца. – Когда специально ждёшь, время долго идёт. Я вот, чтобы успокоиться, машину ремонтирую.
– А меня это твоё спокойствие раздражает! – всплеснула руками жена. Как можно быть таким равнодушным?! У них сын пропал, а муж о ерунде думает!
Папа поднял голову, едва не стукнувшись затылком, и вздохнул, всплеснув грязными от масла руками:
– Получается, если я буду по квартире туда-сюда ходить и паниковать, тебе легче станет?
– Мне легче станет, когда Дядя Фёдор найдётся, – сердито возразила мама.
Её слова прервал настойчивый звонок в дверь. На пороге стоял незнакомый мужчина в одежде почтальона.
– Добрый вечер. – Гость вежливо кивнул, доставая из сумки и протягивая ему пачку конвертов. – Вам тут письма пришли. И все от почтальонов. Вы что, какой-то опрос делаете? Я тоже поучаствовать могу, – добавил он с готовностью.
– У нас сын и кот пропали, –