Гордость распирает грудь так, что, кажется, я вот-вот лопну.
— Саш... Я так горжусь тобой! — обнимаю его крепко. — Когда первые экзамены?
— До них еще долго. Не думай об этом.
— Как скажешь. А ты же сегодня еще на приём к Артёму Сергеевичу записывался? Он же вроде обещал тебе помочь с подготовкой.
— Да, как раз через час назначено. Честно признаться, я уже устал постоянно наблюдаться. В последнее время приступов практически не бывает, а я все равно хожу в больницу, как к себе домой.
— Так нужно, поэтому просто смирись.
— Да я вроде как уже. Просто хотел сначала тебя встретить, а потом туда. Кстати, сходишь со мной? Для моральной поддержки?
— А как же иначе! Ты хоть уже и взрослый, но все равно мой ребенок.
Мы вместе идём по парку, по дороге к клинике, где принимает не только его врач, но теперь еще наставник и друг. Саша оживлённо жестикулирует, рассказывает о планах, о будущей учёбе.
Он вырос. Вытянулся. Из угловатого подростка он превратился в уверенного молодого человека. Моё сердце наполняется тихим, глубоким счастьем, когда я смотрю на того, кем он стал.
Внезапно раздаётся звонок его телефона. Он смотрит на экран, и его лицо меняется. Становится мягче, теплее. И я сразу все понимаю. Это Альбина.
— Я пойду чуть вперёд, — касаюсь его плеча. — Не буду вам мешать.
Он кивает, уже погружаясь в разговор.
Я иду по аллее уверенно, с высоко поднятой головой. Я смогла. Справилась. Встала на ноги. Построила карьеру. Практически вырастила детей. Научилась быть счастливой.
И тут по соседней тропинке, проходит мужчина. Походка неуверенная, плечи ссутулившиеся. Одежда хоть и приличная, но какая-то помятая, будто он в ней спал. Я скольжу по нему взглядом и... замираю. Сердце на секунду пропускает удар.
Максим.
Я непроизвольно оборачиваюсь, инстинктивно ища взглядом Сашу, чтобы защитить, оградить. Но Максим будто ничего не видит вокруг. Он смотрит куда-то перед собой пустым, потухшим взглядом. Его когда-то уверенная, размашистая походка стёрлась. Она сменилась на шаркающую. Глаза впали, лицо обрюзгло. Он даже не замечает меня. Проходит мимо.
Я притормаживаю, дожидаясь Сашу. Сердце колотится, но уже не от страха, а от странного, горького чувства... даже не жалости, а скорее от осознания того, насколько разными путями мы пошли.
— Мам, ты чего? — Саша догоняет меня, убирая телефон.
— Ничего, сынок. Просто... рада, что встретила тебя, — обнимаю его, а сама краем глаза слежу за удаляющейся спиной своего бывшего мужа.
За прошедшие пять лет он ни разу не дал о себе знать. Не попытался увидеть детей, не искал встреч, не звонил и даже не писал. Единственное, что напоминало о его существовании — жалкие полторы тысячи рублей алиментов в месяц, которые исправно приходили на карту.
Я даже не стала через суд добиваться нормальной выплаты, которую он был обязан производить согласно решению суда. Мне было достаточно того, что он навсегда исчез из нашей жизни. Всё остальное я смогла сделать сама.
––––––––––––––––––––––––––––––––––––––––––––––––––––––––––––––––––––––
Приём у Артёма Сергеевича прошёл отлично. Он уже как два года стал заведующим отделением, но мы все еще общаемся. Не как возлюбленные. Скорее как добрые друзья. Он осмотрел Сашу, провел анализы, выдал заключение, и теперь я слушаю, как он подробно объясняет моему сыну все тонкости первого года обучения в университете, как он дает ему контакты нужных людей, обещает поддержку.
— Он классный, — говорит Саша, когда мы выходим из больницы. — Жаль, правда, что у него кто-то появился. Я в интернете видел фото. Какая-то дама с ребёнком.
— Я знаю. Видела, и он сам как-то говорил мне об этом, — улыбаюсь я. — И я искренне за него рада. Он заслуживает счастья.
Саша смотрит на меня искоса, внимательно.
— Мам, а ты совсем не жалеешь? Что... упустила его тогда? Он же классный мужик. И к тебе явно неравнодушен был.
Я останавливаюсь, поворачиваюсь к нему.
— Саш, я ничего не упустила. Во-первых в тот момент, я была не готова. И не хотела давать ему ложную надежду. Я не хотела вести себя нечестно по отношению к нему. Я должна была сначала... стать собой. Настоящей. Без оглядки на кого-то. А во-вторых, — я делаю небольшую паузу, — он хоть и казался мне всегда довольно приятным мужчиной, но я не испытывала к нему романтических чувств. Поэтому было бы глупо обнадеживать его и заставлять ждать того, что возможно, никогда бы не случилось.
— А сейчас? — он пристально смотрит на меня. — Сейчас ты готова к отношениям?
— Сейчас…, — я задумываюсь на секунду. — Думаю, да. Готова. Но... это не он. Не Артём Сергеевич.
— Не он? — удивляется сын. — А кто?
— Все-то тебе расскажи, — смеюсь я. — Я еще не могу сказать тебе, что-то конкретное...
— Мам, а ты не опустила ли у меня случайно руки? — подкалывает он меня, но в глазах не насмешка, а лёгкая тревога.
— А с чего бы мне крест на себе ставить? — фыркаю я, поднимая голову. — Я вот как возьму и второй раз замуж выйду! Как найду того, кто будет меня ценить, а не тиранить!
— А пригласишь на знакомство, чтобы я одобрил? — смеётся он.
— Обязательно! — говорю я, и это чистая правда. — Как только решу, что он тот самый. А пока... меня всё устраивает и без штампа в паспорте. У меня есть вы, моя работа, моя жизнь. Полная, интересная, самостоятельная. И я счастлива. По-настоящему.
— Погоди, устраивает без штампа в паспорте? Хочешь сказать, что у тебя…
— Кто знает, кто знает, — смеюсь я. — Время покажет, но скажу тебе по секрету, что мужчина он видный и, правда, имеет на меня большие планы.
— И кто же он? У меня будет брат или сестра?
— С братом или сестрой я думаю, что скорее всего нет. Мне вас с Кирой хватает, а вот насчет свадьбы, я не шучу, но пока еще рано об этом говорить. Всему свое время.
— Значит, это все же кто-то из школы? Мам, расскажи, кто он? Учитель? Спонсор?
— Тебе пока достаточно понимать, что рядом с ним, я чувствую себя счастливой. Разве этого недостаточно?
— Если ты счастлива, когда он рядом, то я думаю, что твой