Будучи старшим сыном, мне так хотелось признания, но как его получить если все остальные братья сильно младше меня? И шестилетний Мариус был старшим из них! Как-то моему отцу после меня больше везло на дочерей. Единственным достойным соперником для меня был Родриго, но соперничать с таким как он было бесполезно. Даже сейчас, в свои двадцать восемь, я сомневаюсь, что смог бы хоть что-то сделать отцу сойдись мы в поединке. Ну, если бы он, конечно, не был такой пьянью. Но победа над пьяницей тоже такое себе достижение.
На детей соседей-графьёв тоже рассчитывать не приходилось – как назло, все местные графини под стать моей матери, несколько лет до и после моего рождения рожали только девочек.
Так и получилось, что за все эти превратности судьбы отвечать приходилось моему младшему брату.
Я в очередной раз легко уклонился от шлепка Мариуса, но в этот момент случилось то, чего я не помню – Родриго внезапно остановился и начал разговаривать сам с собой. Удивлённый таким поворотом, я даже остановился.
Его речь была нечленораздельной, часто прерывающейся на типичные для него порыкивания. Я пытался вслушаться в том, что он говорит, и даже сделал пару шагов в его сторону, но всё равно ничего не мог разобрать.
— Отец? – нервно спросил я.
В этот момент меня шлёпнула по плечу рука Мариуса, от неожиданности я даже испугался и отшатнулся в сторону от брата, став ещё на шаг ближе к Родриго.
— Ха! Теперь ты водишь! Ты меня больше не поймаешь! – радостно прокричал брат и побежал в лес.
Я же лишь взволнованно посмотрел ему в след – нашёл время! После чего перевёл взгляд на Родриго и сделал ещё шаг в его сторону. Что-то в его внешнем облике говорило о том, что он не в порядке: нахмуренные брови, бегающие туда-сюда глаза, словно отслеживающие чьё-то передвижение, учащённое дыхание и всё более и более громкие порыкивания. Так словно он говорил с кем-то. С кем-то кто ему очень сильно не нравился.
— Отец? С тобой всё в порядке? – шаг к нему.
Рука отца потянулась к мечу…
— Отец? Ответь мне! – ещё один шаг.
Резким движением Родриго выхватил своё меч и наставил его на кого-то чуть повыше моей головы, продолжая гневно рычать.
От неожиданности и испуга, я подался назад, и споткнувшись о корень, полетел назад, крепко так упав на свою задницу.
Ползя назад, я не сводил глаз с отца, а тот, наконец, сдвинулся с места и пошёл. Пошёл в мою сторону!
— Догони теперь! – раздался издалека голос Мариуса и кусочек его лука мелькнул, вдалеке погружаясь в куст.
— Твою мать! – едва ли не первый раз в жизни выругался я.
Так - от отца надо быстрее убегать. Не знаю, что на него нашло, но судя по его безумным глазам и тому, как он начал размахивать мечом – тот может прикончить меня в любой момент. Возможно, даже сам этого не осознавая.
А ещё этот маленький засранец Мариус! Ух, догоню и хорошенько отлуплю говнюка!
Точно!
Я быстро вскочил на ноги и побежал в след за Мариусом. Так и брату по заднице надаю и заодно убегу подальше от неадекватно ведущего себя Родриго.
Долго за братом мне гоняться не пришлось – какое бы у него не было преимущество, он оставался шестилетним мальчиком. Так, что уже всего через пять-десять минут, когда я вылетел из-за очередного куста, то увидел его:
Мариус стоял, испуганно вжавшись спиной в дерево, а напротив него в пяти-шести метрах стоял здоровенный дикий кабан, нетерпеливо раскидывающий копытом землю, явно готовясь брать разгон…
Глава 6
Пока перед одной частью сознания развёртывалась эта картина, другая воспринимала реальный мир.
Я недовольно потёр плечо, унимая боль от удара об дерево.
— Что с тобой? – взволнованно подал голос Кита.
— Не знаю. Я не понимаю, что происходит, - не стал пытаться таиться я, - что-то с моими глазами. Словно я разделился надвое и вижу одновременно и прошлое, и настоящее.
Это были очень странные ощущения, я одновременно чувствовал и думал в двух мирах: в одном я сейчас весело гонялся за братом, в другом же стоял и смотрел с пустоту ночи, сбитый с толку.
— Нам нужно быстрее возвращаться.
— Кита, ты знаешь, что со мной происходит?
Меч замешкался с ответом всего на пару секунд, но мне этого хватило чтобы понять – он что-то знает.
— Понятия не имею о чём ты говоришь! Но раздвоение сознания звучит опасно, особенно в таком месте. Нам лучше поскорее вернутся в лагерь! Ночной лес очень опасен! – начал тараторить клинок, ещё сильнее подтверждая мои подозрения.
— Кита, что ты знаешь?! – гневно прошипел я.
Но всё же двинулся в сторону лагеря. Благо найти путь по зарубкам было несложно.
— Ничего я не знаю! – настаивал на своём меч.
— Кита! Если ты продолжишь дальше отрицать, что знаешь, что со мной происходит, то клянусь своей кровью - если узнаю, что ты что-то знал, то я тебя тут же выкину!
— Тише! Тише! Не надо горячиться! – переполошился клинок, которому явно не прельщала мысль оказаться выкинутым в глубине какого-то леса и до скончания веков лежать покрытым грязью и пылью, пока он сам не рассыпется от старости.
— Китавидас! Говори сейчас же! – схватился я за рукоять, уже готовый избавиться от меча.
Уж лучше идти на врага с голыми руками, чем с предателем и лжецом в руках!
— Хорошо! Хорошо! – сдался меч. – Когда мы сражались вместе с Родриго против патриарха драконов, тот едва не погиб.
Кита, говорил медленно, словно подбирая слова.
— Что-то с ним случилось тогда. Он изменился. У него появились видения, как у тебя. Только в отличие от тебя, он видел не прошлое, а нечто другое.
У моего отца тоже были видения? Почему он никогда мне об этом не говорил? Почему я никогда этого не замечал?
— Кто-то ещё знал об этом?
— Откуда мне знать? Он избавился от меня сразу после того, как это началось! Бросил меня в самый тёмный угол вашей оружейной, и никогда больше не брал в руки! Почти двадцать лет в темноте и