И — попал! Сломал рёбра, пронзил сердце, выдавил из спины окровавленным шипом!
С грохотом распахнулась дверь, но прикрываться завесой мрака я начал ещё даже прежде, чем вскочил с пола, и благодаря этому ударивший из коридора огненный луч не прожёг во мне сквозную дыру. Магический барьер встретил атакующий аркан и на краткий миг поглотил его — я как раз успел обратиться к последнему из своих аргументов и вышвырнул себя в окно.
Лечу!
Жгучая мощь боевых чар разметала чернильную завесу, атакующее заклинание вырвалось из дома вслед за мной и зацепило ноги, начисто спалив чешую. Магическая плоть вспухла и разлетелась зловонными брызгами, а когда я рухнул в декоративный пруд, огненный луч незамедлительно скользнул вниз. Он легко распорол створки ворот, побежал по земле, плавя брусчатку и… погас, стоило лишь оглушительно громыхнуть сначала у реки, а затем и в небе!
Окутанный бесцветным сиянием защитной сферы ковёр-самолёт прорвался через накрывший усадьбу купол, и от него к распахнутому окну особняка метнулся сразу пяток атакующих чар. Все огненные репьи рванули ещё на подлёте, в комнату ворвался лишь костяной шар Дарьяна. И пусть при этом он окутался чадящим пламенем и лишился всей своей багряной составляющей, но чего-чего, а крови внутри было с избытком, поскольку обратным движением крыла я разорвал торс Барона едва ли не надвое!
В доме замигали короткие злые вспышки, на подоконник выбрались колючие серые побеги. Костяные тернии начали заплетать оконный проём, и ковёр-самолёт снизился, чтобы ссадить четырёх седоков. Дальше он без промедления взмыл обратно в воздух, а в добавок к этому окутался оранжевой дымкой обжигающей ауры. И предосторожность эта лишней отнюдь не оказалась: на улице загрохотали частые выстрелы, не смолкли они даже после того, как Кабан швырнул за ограду один за другим два огненных репья.
Дарьян принялся напитывать энергией свой костяной аркан, Вьюн и Кочан встретили взрывными чарами выскочивших из крыла для слуг охранников, и только Волот неподвижно замер с раскинутыми в стороны руками.
Я уселся посреди прудика, гаркнул:
— Уходим! — И вдруг обратил внимание на вспыхнувшую прямо надо мной секцию защитного купола.
В сторону!
Крылья больше ни на что не годились, так что выбросил себя из воды непосредственно аргументом, а миг спустя в декоративный пруд будто комета врезалась!
Ударная волна шибанула комьями спёкшейся грязи и ошпарила, отбросила и заставила кубарем покатиться по газону. Но — уцелел!
Ковёр-самолёт пошёл на новый круг, и вынырнувший из сторожки привратник изловчился перехватить его ударным арканом. Жгучая аура расплескалась оранжевыми брызгами и лишь частично ослабила атаку, Кабана сшибло на землю, а шута горохового тотчас накрыло сразу двумя разрывами боевых чар. Сдерживаться Вьюн и Кочан не стали — человек Барона вспыхнул как спичка!
Волот наконец отмер, наставил руку на дом, и где-то внутри громыхнул мощный взрыв. Часть стены вывалилась наружу, и одновременно перестал давить своими искажениями защитный купол. Просто взял и погас!
Ёрш бросил ковёр-самолёт вниз, и в этот миг в дыму пролома мигнула вспышка! К Волоту метнулся сгусток тёмного пламени, его стремительный росчерк легко пробил бесцветное сияние магического щита, по касательной зацепил спину начавшего сгибаться аспиранта, и унёсся дальше, прожёг в ограде сквозную дыру!
Волот упал ничком, а когда из пролома к нему скользнуло огненное щупальце, я раскрутил по оправе сгусток небесной силы и метнул в проявление вражеских чар фиолетово-чёрный серп. Разрубленная надвое магическая конечность расплескалась огнём, попавшие под удар кусты полыхнули, во дворе стало светло как днём.
Вьюн и Кочан уложили на ковёр-самолёт Кабана и метнулись к аспиранту, а я сотворил взрывной шар, ухнув в него едва ли не половину всей остававшейся в ядре энергии. Выстрелил взрывным арканом в задымлённый пролом, и оказался совершенно не готов к тому, что затянувшие окно костяные тернии вдруг прогорят в прах, и на улицу из дома вырвется с десяток огненных духов.
Чёрт!
Нацелившийся на меня сгусток злобы и оранжа я чисто инстинктивно встретил выставленным вперёд крылом — напоровшийся на острую кость призрак взорвался, окончательно разметав кости и сухожилия обгоревшей конечности. А вот Вьюну так не повезло: одна из магических гадин дотянулась до него, и босяка окутало жгучее пламя. Правда, он тут же взвыл благим матом и сам себя погасил, но из боя выбыл окончательно и бесповоротно, поскольку магический доспех защитил только корпус и руки, а вот ноги и голову серьёзно опалило.
Дарьян стиснул кулаки, и остальных призраков вмиг вышвырнуло из нашей реальности, а наполнявшая их сила впустую пролилась жидким огнём на землю. Кочан ухватил Волота под руки и заволок на ковёр-самолёт, туда же уже повалился и Вьюн, а дальше взмывшие в воздух магические буркала вперили свои огненные взоры в затянутый дымом пролом в стене.
Там что-то вспыхнуло, и разгоревшийся пожар подарил нам мимолётную передышку. Дарьян метнулся к парням и на бегу крикнул:
— Серый!
— Валите! — отмахнулся я и отправил очередной взрывной шар в окно второго этажа, а стоило лишь ковру-самолёту перелететь через ограду, заложить крутой вираж и помчаться к реке, перебросил себя крыльями ночи через крышу дома в надежде рухнуть в воду где-нибудь неподалёку от яхты.
Вверх и сразу вниз!
Не долетев, я со всего маху грохнулся на крышу особняка. Если б не остатки магической брони, точно бы не сосчитал костей, а так даже с черепицы не соскользнул, зацепился за неё когтями. Тотчас подобрался и рванул по скату, а когда позади мелькнуло огненное щупальце, оттолкнулся от конька и кинул себя вперёд, вложив в рывок весь остаток небесной силы и даже немного сверх того.
Лечу!
И вновь не достал до яхты, рухнул в реку в сажени от неё! С головой ушёл под воду, и вес магической плоти сразу потянул на дно, но мускулатура торса в схватке нисколько не пострадала, и несколькими мощными гребками я заставил себя выплыть на поверхность, а там кто-то бросил конец каната. Вцепился, влез по нему на борт!
С верхнего этажа особняка Барона в яхту ударил огненный луч, но его отклонила линза ажурного оранжа, и чары впустую вскипятили воду. Кочан перебил якорный канат, и яхту начала сносить стремнина, а следом заскочивший в надстройку Дарьян запустил магический движитель, и мы резко поменяли курс. Уже даже начали подниматься в воздух, когда чуть ниже по течению вверх взметнулся столп пара и кипятка.
Прочь!
— Ёрш! — рявкнул