— Пятьсот? Тысячу? — и не подумал оставить её в покое Ночемир.
Дана закатила глаза, но на сей раз отмахиваться не стала и сказала:
— Внутренние органы не задеты, спазм абриса снимем сами, поэтому уложимся и в триста.
— Итого четыреста двадцать целковых, — подбил общую сумму Ночемир и развёл руками. — Ну и?
— Да берите в залог летучий корабль! — предложил я. — Не расплатимся завтра до полудня, яхта останется вам!
— По рукам! — сразу согласился аспирант. — Перегоняйте его в сад и приступим!
У Ерша аж глаза на лоб полезли. Он побежал вслед за мной к входной двери и зашипел на ухо:
— Серый, ты чего творишь⁈ Полтыщи мы хоть прям сейчас соберём!
Четыреста двадцать целковых я был способен заплатить и самолично, равно как мог оставить в залог ковёр-самолёт, поэтому лишь усмехнулся.
— Вот завтра утром и заплатим. Так хоть деньги за стоянку в саду не сдерут. Надо же яхту куда-то приткнуть, так?
Ёрш хохотнул.
— И точно!
Карауливших яхту Дарьяна и Агну известие о том, что ранеными займутся целители, заметно успокоило, а вот Огнич наморщил лоб.
— А кто за лечение платить будет?
— На всех раскидаем, — решил Ёрш.
— Нечестно так-то! — возмутился фургонщик.
— А если б тебя зацепило?
— Но не зацепило же?
— Конокрад, да ты вообще на яхте сидел!
— Где сказали, там и сидел!
— Хватит уже! — не выдержал я — Дарьян, взлетаем!
— Что хватит-то? — надулся фургонщик.
Агна укоризненно взглянула на него и попросила:
— Не мелочись, Огнич.
Тот пробурчал в ответ нечто маловразумительное, но скандалить перестал и хмуро уставился на меня.
— Долго в таком виде разгуливать собираешься? Того и гляди демоноборцев кликнут!
Я и в самом деле выглядел хорошенько поджаренным отродьем, но избавляться от остатков магической брони повременил. И правильно сделал, поскольку перелёт в сад представительства школы оказался для нашей команды испытанием не из простых. Сначала едва с крышей разминулись, затем на посадке чуть днище о незамеченное в темноте дерево не пропороли.
Но — приземлились, и тогда я стал, морщась от боли, развеивать защитные чары. Повреждённая огненными арканами охранников Барона магическая плоть начала не развеиваться даже, а попросту отваливаться от меня пластами.
— Мы дело хоть сделали? — спросил Огнич.
— Порядок! — подтвердил я и оглядел себя, но ни синяков, ни ожогов не заметил. Переоделся, поднялся из кубрика и уточнил: — Дарьян, заряда накопителя хватит до утра тут провисеть?
— Даже до полудня хватит.
— Тогда пойдёмте!
На сей раз сигать за борт я не стал и наравне со всеми спустился по верёвочной лестнице. Нас запустили через заднюю дверь, Кочана с Вьюном мы застали распивающими какое-то крепкое пойло.
— Здесь ещё и наливают! — объявил босяк, от ожогов которого не осталось и следа. — Правда, за отдельный счёт!
— Дерут три шкуры, жлобы! — пожаловался Кабан, который держался всё так же скованно, но больше не отлёживался на диванчике, а развалился в кресле.
— Да и по фигу! — махнул рукой Кочан. — Можем себе позволить! — И глянул на меня: — Ведь можем же, Серый?
— Да хоть под завязку залейтесь, не обеднеете! — фыркнул я.
Вьюн передвинул Ершу бутылку бренди и свою рюмку, после встал из-за стола и предупредил:
— Пойду переоденусь.
В приличном обществе находиться в его обгорелых лохмотьях и впрямь не стоило, пусть даже сейчас на это всем, даже дворяночке Агне, и было ровным счётом наплевать. Ещё б Кабана заставить умыться, но… К чёрту!
Нестерпимо захотелось приложиться к горлышку, я не без труда переборол этот позыв и двинулся к столу, на котором так и продолжали латать Волота.
Обгорелые остатки одежды с его торса попросту срезали, но хоть о страшной обугленной ране на спине теперь напоминала лишь полоса розовой кожи, дышал аспирант по-прежнему неровно.
— Серый! — прохрипел он. — Дело сделали?
— Да, порядок! — успокоил я его.
Дана нахмурилась и потребовала:
— Не отвлекайся! Работаем!
Она положила ладони на лопатки раненого аспиранта, я потянул в сторонку Ночемира.
— Сильно его?
— Сильно, — кивнул тот, задумчиво потерев рубец на щеке. — Но ядро не лопнуло и узлы не порвало, а спазм абриса Дана уже к утру снимет. — Аспирант оглянулся и, понизив голос, спросил: — Ты же понимаешь, что тут работы далеко не на три сотни?
— А на сколько? — уточнил я столь же негромко.
— Если напрямую ей, то и сотни хватит. Сойдёмся на пяти сотнях для ровного счёта.
— Утром заплатим, — сказал я, достал кошелёк и отсчитал восемь червонцев. — А теперь извини…
— Вы кого порешили-то? — уже в спину мне задал Ночемир бестактный в общем-то вопрос.
— В газетах прочитаешь! — отшутился я, но без расспросов в любом случае не обошлось — просто дальше на меня насели парни, успевшие допить одну бутылку и заказать у сонного буфетчика следующую. Обстановка бывшего клуба пришлась им по душе и до утра они никуда уходить отсюда определённо не собирались.
Я наскоро ввёл их в курс дела и сразу засобирался. Дарьян тоже поднялся из кресла, только проделал он это со столь видимой неохотой, что мне и в голову не пришло тащить книжника с собой.
— Сиди! — отмахнулся я. — Я быстро!
Надо ли говорить, что быстро не получилось?
Глава 23
16–35
От представительства школы Пылающего чертополоха до резиденции епископа идти было всего ничего, но то днём, а ночной порой улицы патрулировались в усиленном режиме, и стрельцы останавливали меня буквально на каждом перекрёстке. Ещё и объяснения с начальником караула на проходной ничего не дали, поскольку ни секретаря его преосвященства, ни отца Острого на месте не оказалось, а каких-либо распоряжений на мой счёт ни один из них оставить не удосужился.
Пришлось тащиться к Чёрному мосту, благо идти пешком не возникло нужды, поскольку извозчики у епископской резиденции дневали и ночевали. Содрали с меня три шкуры, но — не жалко! Время важней!
Когда проезжали мимо монастыря Пепельных врат, заметил там у ворот какую-то суету, но на подмогу Барону монахи выступать определённо не спешили. Да и не смогли бы: как оказалось, стрельцы не только заблокировали Чёрный мост, но и перешли уже