— Тебе самому не смешно? Пять минут назад на твоих коленях девица сидела. Мы о чем говорим? Я хочу с тобой развестись, очень хочу. И ты это знаешь.
Намеренно захожу на опасную для себя территорию. Стоит мужу услышать слово «развод», как он звереть начинает. В стенах больницы, уверена, он не станет позволять себе лишнего. Здесь он царь и бог. Светило. Всемогущий ведущий хирург.
Портить свою репутацию ради желания мне насолить? Неоправданный риск.
— Это всё несерьезно. Ты сама прекрасно знаешь. Твой отец…
— Моему отцу хватило храбрости развестись с мамой, — прерываю его, мешая закончить избитую фразу, — давай хотя бы сюда его приплетать не будем. И не надо мне снова за выгорание говорить, да и о том, что медсестры на вас, врачей, смотрят с таким обожанием, что устоять невозможно. Миллионы раз слышала. Неинтересно. Я выгораю не меньше тебя.
Андрей медленно втягивает носом воздух и резко выдыхает. Хватка на моем плече становится жестче.
После многочасовой ночной операции он очень уставший, тут и говорить не о чем, но при желании это не помешает ему свернуть мою шею за долю секунды.
— Ты пришла, чтобы вывести меня из себя? — вкрадчиво интересуется.
— Нет. Я не нашла в регистратуре карты одного нашего пациента. Даль Эдуард Наумович. Ты вчера меня к нему отправлял.
Андрей растирает ладонями лицо, после чего ерошит свои и без того непослушные волосы.
— Прости, тупая идея была. Ты меня так разозлила.
— Так легко… — откидываясь, упираюсь затылком в высокую спинку стула. — Не криви душой. Ты просто хотел показать мне моё место, — усталость раскрепощает, позволяя свои мысли озвучивать. — Я и капельницы делать должна, и дежурить в реанимации. Напомню тебе: когда вы с Авдеевым решили расширяться, упор собирались делать на хирургию. Что в итоге? У нас всего четыре реаниматолога — анестезиолога, два из которых пьющие. Андрей, это повод задуматься. Прокрути на досуге. А сейчас ещё раз — где карта Эдуарда Наумовича?
Я не сошла с ума и не просто так интересуюсь у главврача подобными мелочами.
В планах наша клиника должна была быть высокого класса. А в итоге новые «друзья» мужа осуществляют через нас свои совсем нечистые деяния. Андрей меня не посвящает, но порой, стоит только взглянуть на ту или иную девицу, что частенько к нам наведываются, сразу понятно становится, кто она, и какие именно услуги ей здесь оказывать будут.
— Ксюш, не лезь в это, — снова начинает раздражаться.
У нас появилась ещё одна запретная тема?
Собираюсь настоять на своем, но дверь в кабинет открывается, и снова без стука.
Обернувшись, замечаю в дверях объект своего беспокойства.
Поздоровавшись, Даль проходит вглубь кабинета решительным, но при этом степенным шагом. От мужчины веет уверенностью в собственных действиях.
Он обменивается с мужем рукопожатиями, а после переводит взгляд на меня.
— Я скоро к Вам зайду, Ксения Александровна, — недвусмысленно дает мне понять, что пора удаляться.
Глава 5
К моменту, когда Эдуард Наумович появляется на пороге моего кабинета, я успеваю хорошенько подготовиться.
Как мне поначалу кажется…
И утренний обход родной терапии сделать, чтобы в процессе никто нас не отвлекал, и договориться со всеми коллегами, которым мне бы хотелось показать этого неординарного и очень загадочного мужчину.
Надеюсь, он простит мне самоуправство.
Уговора на полное обследование не было. Такие люди, как он, не любят внезапные изменения в планах, но на рабочем месте я явно увереннее себя ощущаю. Мне думается, что удастся его уговорить уделить мне чуточку больше времени, чем ранее планировалось.
Дело даже не в том, что его медицинскую карту я так и не нашла. Электронная в базе сохранилась.
Испытываю какое-то неконтролируемое, неподдающееся объяснению беспокойство. Хочу сама убедиться, видеть живые результаты обследования. От анализов до кардиограммы. Желательно бы ещё на его позвоночник взглянуть…
Когда Даль появляется на пороге моего кабинета, я успеваю увлечься историей болезни одного из своих «необычных» пациентов.
До недавнего времени получалось совмещать работу и в клинике, и в государственной больнице. Сейчас стало очень не хватать увлекательных случаев. Здесь реальной практики меньше. Учитывая стоимость лечения, большинство людей до нас не доходит, и тем более «не тянет» госпитализацию.
— Ксения, — вздрагиваю, когда Эдуард Наумович опускается на стул для посетителей.
Боже… Как я могла его не заметить?! Что стало с моею внимательностью? Представляю, какой клушей кажусь в его глазах…
Поднимаю голову и только сейчас, но очень отчетливо, ощущаю, как воздух пропитывается ароматом его парфюма. Он звучит нотками розового перца и можжевеловых ягод. Мне, как любителю древесных композиций, он кажется безупречным. Приходится бороться с желанием сделать глубокий вдох. Зачем усугублять и без того сомнительные позиции в рядах адекватных людей.
— Здравствуйте ещё раз, — за максимально приветливой улыбкой стараюсь спрятать волнение.
Его заоблачно много. Напоровшись на пронзительный взгляд, начинаю на панике забывать, с чего хотела начать.
То, что вчера он увидел на моих руках, недопустимо. Я не из тех, кто любит выносить сор из избы, устраивая шоу для широкой публики.
Понимаю, что моя скрытность и закрытый образ жизни играют Андрею только на руку, но ничего поделать с собой не могу. Меня начинает мутить, когда представляю, что все знакомые узнают, что у нас в семье происходит.
Взгляд сам собой цепляется за грамоты, на стене висящие и я беру себя в руки.
В самом деле, Осокина! Соберись! Ты ведь не тряпочка!
Во всяком случае, не была ею ещё пару месяцев назад.
Узнав об измене мужа, я думала — ха-ха, наивная душа, — что проблем с разводом не будет. Да уж, а оно вон как получилось. Всего ничего, а я уже успела уверенность в себе растерять.
Пускать под откос свою карьеру никак нельзя, иначе шансы уйти от мужа и вовсе станут равны нулю.
— У меня есть к Вам предложение. Обещайте, пожалуйста, что не станете сразу отказываться, — завожу разговор, а сама в этот момент чашечку кофе в стол убираю.
Даль ловит мои движения, но никак не комментирует.
Сама с себя поражаюсь, как я так готовилась к приходу пациента?! После ночи голова немного кругом идет. Как-то иначе реальность воспринимаю. Хочется спать.
И всё же это не повод терять над собой контроль.
— Я бы хотела попросить Вас повторно пройти обследование. Интересующие меня направления выделила, — протягиваю ему нашу стандартную брошюру. — Обещаю, что много времени это не займет. Если Вы согласитесь, я буду видеть всю картину в целом. И тогда