— Ну-ну! Папа, наверное, обрадуется, узнав, что ты собрался затащить в постель сестру его жены, — с издёвкой протянул Жека.
— Папе об этом знать необязательно, — я улыбнулся, но в этой улыбке было больше напряжения, чем веселья. Я сам не до конца понимал, насколько Лена готова играть в эту игру.
— Так что, она дала тебе зелёный свет? — Лёша подался вперёд, глаза горят от любопытства.
— Пока нет, но это дело времени. Скоро даст, — повторил я с напускной уверенностью.
Мы рассмеялись уже все вместе — громкий, беззаботный смех наполнил комнату, ненадолго заглушив музыку. Я налил себе ещё виски, наблюдая, как янтарная жидкость наполняет стакан. Лёгкий аромат дуба и карамели ударил в нос, но даже он не мог перебить навязчивый образ Лены, который словно въелся в мои мысли.
Её взгляд, её сарказм, её непринуждённая манера держаться — всё это крутилось в моей голове, как заевшая пластинка. В институте и за его пределами у меня всегда было много девчонок. В последнее время мне стало невыносимо скучно от одного и того же сценария: познакомились, переспали, я не перезвонил, и я снова — козел. Хотя, чёрт возьми, я никогда не скрывал своих намерений и никому ничего не обещал.
Я провёл рукой по лицу, пытаясь собраться с мыслями. Мне стало сложно находить общий язык с противоположным полом — всё казалось пресным, однотипным, лишённым изюминки. Разговоры сводились к пустым комплиментам и предсказуемым фразам, а взгляды девушек то и дело скользили по моему кошельку или статусу, а не по мне самому.
Именно поэтому Лена меня и зацепила. В её глазах читалась уверенность, в её словах — острый ум, а в каждом движении — неподдельная естественность. Я мало что успел о ней узнать, но уже понял: она самодостаточная и неглупая.
Она пробуждает во мне интерес — не животный, а настоящий, когда хочется не просто обладать, а узнавать, разгадывать, удивляться. Я бы однозначно хотел узнать её получше.
— Что за старьё ты слушаешь? — прервал мои размышления голос Жеки. Он скривился, будто услышал что-то невыносимо противное.
Из колонок лилась Beat It — ритмичные аккорды и энергичный бит заполняли пространство, пробуждая во мне тёплые воспоминания.
— Это не старьё, а классика, придурок, — бросил я с лёгкой улыбкой, чувствуя, как внутри поднимается волна защиты. — Моя мама обожала Майкла Джексона. С детства это мой любимый исполнитель. Каждый раз, когда звучит его музыка, я словно возвращаюсь в те моменты, когда она включала его записи, и мы вместе танцевали на кухне.
— Так когда свадьба у отца? — сменил тему Лёха, наклоняясь вперёд с искренним интересом.
— Через три недели.
— А тётя Лена будет? — Жека снова расплылся в ухмылке, явно наслаждаясь возможностью поддеть меня.
— Я надеюсь, что да, — произнёс я с загадочной улыбкой, и в этот момент в груди вспыхнуло странное, почти детское предвкушение. Внутри меня бурлила странная смесь чувств: восхищение, любопытство, лёгкая досада от того, что она явно не собиралась падать в мои объятия, и… азарт. Да, именно азарт. Впервые за долгое время мне хотелось не просто покорить, а узнать человека — по-настоящему, без масок и игр.
Глава 4
ЛЕНА
— Свадьба Ани завтра?
— Точно! Я и забыла… — вздохнула я, рассеянно помешивая кофе.
— Забыла или не хотела вспоминать? — Юля прищурилась с лукавой улыбкой.
— Ты же знаешь, этот месяц был сумасшедший. И да, я не стремилась запомнить дату их «великого события», — я нервно хихикнула, делая акцент на последних словах. — Всё как-то мимо сознания прошло.
Мы сидели в моём кабинете — в этом маленьком островке спокойствия среди делового хаоса. Юля, моя верная подруга ещё с таможенной академии, уютно устроилась в кресле напротив. После выпуска мы вместе запустили логистическую фирму, и теперь делили не только офис, но и все радости-печали взрослой жизни.
— Ты мне так и не рассказала, как прошло знакомство с будущим мужем Ани, — Юля наклонилась вперёд, глаза горят от любопытства.
— В двух словах — ужас ужасный! — я закатила глаза.
Юля разразилась звонким смехом:
— Я так и поняла! Но хотелось бы подробностей. Ну же, не томи!
— Подробностей? — я фыркнула. — Мама с папой меня, как обычно, доставали своими нравоучениями. Аня выпендривалась, будто она королева бала. А сынок Олега… — я сделала паузу, изображая, как меня передёргивает, — действовал мне на нервы и без конца пытался подкатить.
— Ты серьёзно?! — Юля аж подавилась смешком.
— Ага. Сказал, что я «чёткая» и он «тоже ничего», и нам надо «встретиться, зажечь», — я скорчила гримасу, воспроизводя его развязный тон.
— Ха-ха-ха! Вот это да! К тебе уже малолетки подкатывают! Ну, Лен, ты же красотка — что тут удивительного? — Юля покачала головой, явно наслаждаясь историей.
— Ага, — я скривилась. — Я была бы рада, если бы он меня вообще не заметил. Весь вечер раздевал меня глазами — это было отвратительно!
— Отвратительно? Он что, настолько страшный? — Юля приподняла бровь.
— Я даже не рассматривала его, — я демонстративно передернула плечами.
— Да ладно тебе! Если отнекиваешься — значит, он ничего… — Юля хитро прищурилась.
— Он «ничего»… в смысле ничего хорошего! — я всплеснула руками. — Парень, может, и смазливый, но в голове — полная каша. Наглый, самоуверенный, и рот лучше бы вообще не открывал — за весь вечер оттуда не вылетело ничего хорошего!
— А сколько ему лет? — Юля подалась вперёд, явно заинтригованная.
— Хочешь познакомиться? — я игриво поиграла бровями.
— Не прикалывайся! Он же к тебе подкатывал!
— Он просто ещё не видел тебя. Ты тоже «чёткая», и с тобой можно «зажечь», поверь, — я подмигнула, и мы обе разразились хохотом.
— Не знаю я, сколько ему лет. Семнадцать, восемнадцать… может, двадцать. Кто его знает? Я вообще не уверена, что он школу уже закончил.
— Да уж… Интересно. Прикинь: твоя сестра выходит замуж за мужчину на двадцать лет старше, а ты, могла бы выйти за того, кто на десять лет моложе, — Юля рассмеялась, явно представляя эту абсурдную картину.
— Звучит как несмешная шутка.
— Ну почему же? По-моему, неплохая история получилась бы, — Юля мечтательно улыбнулась.
— Ага… Ладно, хватит о нём. Ты напомнила про свадьбу, а я ещё даже платье не купила! Надо сегодня вечером в торговый центр заскочить. Ты со мной?
— Конечно! Я всегда с тобой — и в любви, и в здравии, и в печали, и в радости! — Юля подняла чашку, словно произнося торжественный тост.
— Ой, не