— Ритка-маргаритка, — бросил он хрипло, тормозя возле меня, — и что же ты здесь делаешь?
Нервно улыбнувшись, старалась выглядеть убедительной.
— Привет, — выдавила я. — Да так... к Эльке заезжала.
— А разве она еще не в роддоме? — хмыкнул он, заглушая двигатель и опуская ноги на дорожку.
Дело было дрянь. Не при каких обстоятельствах он не должен был узнать о моих шашнях со Стасом, а тем более — про беременность Это был не тот человек, с которым можно было играть или шутить. По городу ходило много разных историй про него и одна была страшнее другой. Например, его бывшую до сих пор не могли найти после того, как Пашка увидел ее в ресторане в компании с другим мужиком.
— Да, — растянула губы в улыбке, — но я хотела узнать как ее состояние…
— Чего же не позвонила? — усмехнулся он, снимая очки и смотря в мои глаза цепко и недовольно.
— У нее телефон был отключен, — выпалила торопливо.
Он скептически приподнял бровь, явно не веря моим оправданиям. Его пронзительный взгляд заставил меня вздрогнуть, и я отчаянно попыталась восстановить самообладание. Воздух вокруг нас стал тяжелым от напряжения, как будто он знал все мои тайны.
— Это так мило с твоей стороны, — проговорил Пашка наполненным сарказмом тоном. — Но знаешь, Ритусь, мне трудно поверить, что ты проделала весь этот путь только ради того, чтобы навестить ее. Не в твоем это стиле.
Я чувствовала, как на лбу у меня выступили капельки пота, а ладони стали липкими. Мне требовалось срочно исчезнуть и продолжить скрывать правду, которая могла перевернуть всю мою жизнь. Но судьба, казалось, повернулась ко мне задом.
— Я… я соскучилась по ней, — пробормотала я, отчаянно подбирая нужные слова. — И откуда тебе знать, что в моем стиле, а что нет?..
Выражение лица Пашки стало жестким, а взгляд ледяным. Я почти видела, как в его голове вращаются шестеренки, оценивающие каждое мое движение, каждое слово. Он знал, что в моем визите было нечто большее, чем то, что я сказала.
— Понятно, — выдал он низким и опасным голосом. — Ты думаешь, я дурак? Что я не узнаю о твоем феерическом выступлении?
Мое сердце екнуло. Паника прокатилась по моим венам, когда я осознала серьезность ситуации. Откуда он узнал? Кто сдал? От этой мысли у меня по спине пробежала дрожь.
— Я… я не понимаю, о чем ты говоришь, — сумела выдавить я дрожащим голосом.
Он наклонился ближе, его лицо было в нескольких сантиметрах от моего. От него пахло кожей и бензином, а еще животной опасностью.
— Не лги мне, Ритка-маргаритка, — прошептал он, его мятное дыхание обжигало мою щеку. — Я все о тебе знаю. И очень не люблю, когда меня обманывают.
Слезы навернулись на моих глаза. Мне нужно было бежать от этого кошмара. Только как теперь выпутаться?
— Я не вру... Пожалуйста, поверь мне, — умоляла почти шепотом. — Паш, то, что произошло между нами, было ошибкой. Переспали раз, с кем не бывает. Я пойду?
Теперь в его глазах мелькнуло что-то нечитаемое.
— Нет, Ритусь, — твердо сказал он, отстраняясь. — Я отвезу тебя домой. И мы немного поговорим с тобой… о твоих ошибках.
Казалось, у меня сердце оборвалось окончательно. Во рту пересохло.
Переборов себя, оседлала мотоцикл, крепко вцепившись в широкие плечи мужчины, страх грыз изнутри, бушуя, как безжалостный шторм. Двигатель взревел, посылая вибрации по моему телу. Ветер трепал волосы, усиливая хаос творившийся в моей голове.
Как мне избежать этого разговора? Как отделаться от Колокольцева?
Мы остановились у моего подъезда, и Пашка заглушил двигатель. Я бросила нервный взгляд на свои окна, осторожно слезая с железного коня.
Надежда на спасение таяла на глазах. И тут мое внимание привлекла знакомая фигура. Нам навстречу шагала моя пышная и скандальная мамочка.
Ее огненно-рыжие волосы после химии, торчали в разные стороны, делая ее похожей на одуванчик, а глаза сверкали, обрамленные длинными наращенными ресницами. На ней было ярко-красное атласное платье, плотно облегающее фигуру во всех ненужных местах.
Когда она приблизилась, ее заразительный смех наполнил двор, отчего птички спешно покинули близстоящее дерево.
— Пашенька! Дорогой, как я рада вас видеть вместе, — воскликнула она, явно переигрывая.
«Пашенька» поморщился. То ли ему не понравилось обращение, то ли визгливый голос моей мамули.
— Ритка, — шикнула она на меня, — чего встала? Приглашай дорого гостя в дом. Я пирог ливерный испекла.
Я покраснела, чувствуя смесь смущения и облегчения. Надеясь, что сейчас он тактично откажет и уедет.
Ага. Только, «тактичность» и «Пашка» — понятия не совместимые.
— Мамуль... Так может у него дела?
Мамочка только было открыла рот, но была грубо перебита:
— Мои дела на сегодня — ты, — припечатал Колокольцев, посмотрев на меня выразительно. — Так что, с удовольствием, попробую вашу стряпню. Может поможете дочери с рассказом, — усмехнулся Пашка и под нашими испуганными взглядами, направился к подъезду.
— Мам... — пропищала я тоненько.
— Заткнись! — шикнула она на меня, — Говорить буду я. Поняла?
— Да, — закивала покладисто.
— «Да», — передразнила она меня рассерженно. — Дура!
— Мне долго ждать? — вздрогнули с мамулей от недовольного тона Колокольцева.
Он уже стоял у двери.
— Что ты, Пашенька! Идем, — пропела елейно мама, хватая меня за руку и ведя, будто овцу, к подъезду.
Мы с мамой бестолково суетились возле кухонного гарнитура. Я доставала чашки, а она грела пирог. Так как помещение очень маленькое, мы постоянно сталкивались и больше мешали друг другу, чем помогали. Колокольцев сидел за столом и со скучающим видом наблюдал за нами.
— Пашенька, — щебетала мамуля, — я так рада, что вы с Риточкой теперь вместе! Тебе чай или кофе?
— Мы не вместе, — холодно бросил Пашка.
Мы с ней, словно по команде, замерли. Мама медленно повернулась и спросила недоуменно:
— Как же?
— Так. У меня к «Риточке» только один вопрос, — проговорил ровно он. — От кого она беременна?
В комнате повисла удушающая тишина. Я не поворачивалась, боясь выдать творящийся у меня в душе хаос.
— Риточка? — бестолково переспросила мамочка.
Я же поняла, что нужно срочно спасать положение, пока все не зашло слишком далеко. Собрав всю волю в кулак, нацепила на лицо улыбку и повернулась к Колокольцеву.
— А с чего ты вообще взял, что я беременна? — удивилась я, как по мне, очень правдоподобно.
— А разве не это ты заявила Потапову? — вздернул вверх бровь Пашка.
И какая сволочь успела ему уже все донести?!
— Да, — не стала отрицать