— Нет, Кира, твоя семья — это я. Твоя сестра никогда не пылала к тебе сильной любовью, поэтому не понимаю, с чего вдруг ты так рьяно пытаешься ей помочь.
— Она сделала самое главное, Игорь, не сдала меня в детдом. Ты должен это понимать.
— Кира, не начинай, прошу. Эти скандалы только нервы треплют, давай найдем другой повод для ругани…
Лара просила не так много по-нашим меркам — восемьсот тысяч, но Игорь упорно твердил, что все деньги в бизнесе, скоро открытие ресторана и лишней копейки у нас нет. Есть только то, что он выделил мне на лечение, на гормоны, без которых я уже плохо себе представляю свою жизнь.
— Ты просто не понимаешь, что такое потерять ребенка, — стиснув зубы с каким-то отвращением посмотрела на свой торт. Бисквиты получились на редкость нежные, все буквально таяло во рту. — И потерять не… зародыш, а уже родившегося ребенка, которому не один день.
— Я их прекрасно понимаю, Кира, но мы не благотворительный фонд.
— А то, что я заработала?
— Не смотри на меня волком! — Игорь снова психанул. — Все, что ты заработала, ушло на тебя же. Нет, если у тебя есть какие-то накопления… Можешь их отдать Ларе. На этом все, разговор окончен! Мне важна ты и твое здоровье, а не внук твоей сестры. Знаешь ведь, что у нас и так кредит, ссуда… Что все это сложно! Кира, прошу, не мотай мне нервы понапрасну. Это сделают без тебя в СЭС и налоговой, а еще есть потребнадзор. Да и много других ртов, которые тоже кормить нужно. И твои вкусные торты тут не в счет.
Игорь так разнервничался, что с треском захлопнул ноутбук, вскочил на ноги и буквально вылетел из столовой к себе в кабинет. Дверью грохнул так, что чуть потолок не обвалился мне на голову. Глотая слезы, я придвинула себе целый торт и начала его есть ложкой, чуть ли не давясь. Заодно думала, что можно продать или заложить, чтобы помочь Вере.
Только у меня ничего не было. Ничего своего.
Неприятно это осознавать после восемнадцати лет брака. Кажется, Игорь прав. Я могу только смириться.
Метрополь
Красивая, обновленная вывеска встречала меня на пересечении двух проспектов. Первый ресторан мы открывали с Игорем вместе. Вместе…
Сильный ветер качнул вывеску, оформленную под старину, и перекинул мои длинные рыжие волосы вперед, на лицо. Я аккуратно убирала прядки и вглядывалась в большие витринные окна. Внутри сновали официанты.
Я ничего не сказала Игорю, решив что сама поговорю с этим Корнеем. Что-то мне подсказывало, что у этого молодчика вряд ли что-то выйдет достойное. Или мне не хотелось признавать, что я неумеха? Кулинарный техникум, усиленное самообразование и работа с лучшими мастерами. Я не хватала звезд с неба, но в тоже время никто и никогда не жаловался на кондитерку в “Метрополе”.
Поправила плащ и решительно зашла внутрь. Уже на пороге меня встретила девушка, которая никак не подходила на роль хостес.
— Добрый день!
— А где Марта? — своим вопросом перебила хостес. — На больничном?
— Марта Сергеевна здесь больше не работает…
Меня как обухом огрели. Я никак не собиралась скандалить, но теперь внутри все стало закипать. Игорь не только нанял новую управляющую, чтобы развивать франшизу, но и взялся за весь старый персонал. Марта, Костя, Игорь и я. Мы вчетвером открывали первый “Метрополь”, лучше их не было никого. Марта была на подхвате, сочетая в себе и хостес, и управляющего, и официантку — когда нужно было. В самые трудные времена вместе со мной отмывала кухню и зал. Костя пришел к нам сушефом, это уже потом стал шефом и принялся за разработку технологичек и наших фирменных блюд. Мы поднимались с самых низов, начиная в трудные нулевые.
Теперь же что? Марта не у дел? Игорь мне ничего не сказал.
— Я хочу поговорить с управляющим.
Миловидная блондинка в приятном синем брючном костюме, так идеально совпадающим с цветами “Метрополя”, начала паниковать. Она не ожидала, что я буду такой злой и напористой. Устраивать скандал я не собиралась, поэтому говорила предельно тихо и спокойно.
— Инны Владимировны сейчас нет…
Наверное, у меня лицо перекосилось. Сжав зубы, я так яростно посмотрела на несчастную девушку, что та постаралась слиться со стеной. Но ее фигура в синем костюме ярким пятном выделялась на фоне нюдовых кремовых стен.
— Константин? Кто есть на месте?
— Могу позвать Корнея Максимовича, если у вас есть какие-то вопросы.
— Зовите, — грубо одернула неопытную хостес и потянулась к сумочке. — Зовите, очень хочу с ним поговорить.
Пока девушка мелкими шажками спиной вперед направлялась в сторону кухни, я подошла ближе к зоне с вешалками и, наконец, нашла телефон. Набрала Игоря и стала ждать, когда он ответит. Но меня ждали лишь долгие гудки и стандартный переход на автоответчик.
Раскаживая из стороны в сторону, теребила прядь волос и нервно прикусывала нижнюю губу.
Я сама не знаю, зачем пришла. Комментарии Игоря, его подколки немного задевали меня. А с такими ошеломительными новостями волей-неволей задумалась о том, чтобы немного поработать. Конечно, меня бы сразу уложили в постель. Но я была бы согласна и на пару часов в неделю. Лишь бы… Лишь бы свою копейку иметь.
За восемнадцать лет наш общий семейный бюджет внезапно стал бюджетом Игоря, из которого вот уже некоторое время мне выделялись деньги лишь по особым случаям. Нет, если было что-то нужно, покупали почти сразу и без вопросов, но когда я просила именно деньги, начинались вопросы. И почти всегда Игорь находил причину мне их не дать, даже если она была смехотворной. В последний раз он сослался на усталость и отказ ехать к банкомату, а на перевод на карту — исчерпан лимит, не хотел платить комиссию.
Все эти мелкие звоночки, разрозненные и тихие, плавно сливались в сплошной гул.
— Вот эта женщина…
Я подняла голову и метнула раздраженный взгляд на высокого и худощавого мужчину. Да, молодой. Сколько ему? Тридцати, наверное, еще нет. Выглядел настоящим юнцом, наверное, из-за своего телосложения. Прямые светлые волосы, невыразительные серые глаза и лицо изможденного человека. Сунув руки в карманы фирменного фартука, мужчина тихо кашлянул.
— Можете не соблюдать приличия. Я бы хотела узнать, что вообще происходит тут? — поймав на себе недоуменные взгляды, выдохнула и добавила. — Я жена Игоря Семацкого.
Эти двое притихли. Если хостес явно была шокирована таким заявлением, то настырный Корней даже и не думал смущаться.
— Так что вы хотели? Вам не