— Наверное, ты прав, Макар.
— Дядя Руслан на вас постоянно смотрит, — мальчик хитро улыбнулся, раскачиваясь на носочках. — Вы с ним тоже играете?
— С чего ты взял?
— А он улыбается также, как Макс, когда выиграл.
Точка невозврата
Пирог с тыквой вышел на славу: лимонный сок и корица отлично подчеркнули вкус. Руслан подтвердил мой вывод довольной ухмылкой и очередной поллитровой чашкой горячего какао.
— Может, стоило запечь курицу?
— Пирог классный! От своей выпечки иногда уже тошнит, понимаешь? — Руслан довольно ухмылялся, добавляя в тарелку к горячему пирогу шарик пломбира. — И вообще вкуснота. Что там тебе вчера наговорил Макар? Этот мелкий бандит.
— Да ничего особенного, — я пожала плечами. — Просто убедилась, что поговорка верна. Устами младенца глаголит истина. Выводы у Макара не детские, как и идеи. Просто… Просто понимаю его, когда от тебя отказываются. Когда ты ребенок и никому не нужен.
— Знаю, — Руслан тяжело вздохнул, — не везет им. Наверное, с двумя сложнее справиться, чем с одним. Макар славный, он ни разу никому не пакостил.
— Я была бы рада, будь у меня такие дети.
— Так что тебе мешает? Не теряешь надежды?
— Нет, — мотнула головой и отодвинула от себя тарелку. — Тут другое. Я… Я много думала, очень. И после того неприятного разговора с адвокатом. Меня будто маятником качает, я бросаюсь из одной крайности в другую, потому что не уверена ни в чем. Чего уж греха таить, я не была готова к такому долгому пути. Думала, все быстро закончится. Мне правда проще опустить руки, чем бороться, потому что для борьбы нужны новые силы. Так что… подумала тут: а осилю ли я ребенка? Воспитание, заботу? И чему я смогу научить, если сама ни на что не способна?
— Ты смешная, — Руслан хмыкнул и добавил мне мороженого. — Нет, правда. Неужели ты думаешь, что все задумываются об этом, когда решают рожать детей?
— Нет, не все… И тогда выходит то, что получилось со мной и Ларой. Ничего хорошего, если быть точнее.
— А с чего ты взяла, что будет также? Как может выйти одно и тоже? М? Ты не такая, как твои родители. С чего бы тебе повторять их ошибки? Ты уж скорее свои, новые сделаешь.
— Тебя не смущает то, какая я?
— Какая? Самая обычная, — Руслан пожал плечами и посмотрел на меня немного ехидно. — Рогов нет, копыта тоже отсутсвует, огнем не дышишь. Так с чего ты вдруг стала “не такая”?
— Потому что я видела, как ты смотрел на тех детей. Я же не дура…
— И я не дурак. Если бы это для меня было так важно, как тебе кажется, то стал бы я все начинать?
— Откуда я знаю? Вдруг у тебя, как Оля говорит, гештальт незакрытый? Просто делаешь то, что хотел давным-давно?
Руслан рассмеялся. Да так искренне и заразно, что я не удержалась от ответной улыбки. Наверное, правда ищу проблему там, где ее нет. Вот и все.
— Нам ведь не семнадцать лет, Кира. Неужели ты думаешь, что мы с тобой оба ищем какие-то отголоски юношеского максимализма? Забавно.
Я вернулась к пирогу. Не скажу, что меня обидели слова Руслана. Скорее, открыли глаза? Убедили меня в своей правоте.
— Нельзя зацикливаться на чем-то одном. Мне кажется, что Игорь от тебя именно этого и хотел. Чтобы ты ни о чем другом думать не могла. Внушил тебе непонятные страхи и комплексы. Что ты неполноценная. По-моему, это глупо. Это Игорь неполноценный, потому что у него с головой не все в порядке. Такое ничем не компенсировать: своих мозгов нет, чужие не вставить. Просто подумай и ответь сама себе, честно: ты правда детей так хочешь? Именно детей?
Я мотнула головой и закрыла глаза. Я хотела детей не ради детей, не ради наследства или мифического продолжения рода. У меня было совершенно иное желание.
— Я дико боюсь одиночества. Мне плохо от того, что я одна, совсем одна, понимаешь? Что никому не нужна. Вот чего я боюсь.
— По-моему, этого боится каждый. И я тоже. Но можно как-то иначе унять этот страх. А Игорь — мудак, раз давил на эту твою больную точку, потому что знал, как плохо тебе будет. Забудь и отпусти. Хотя бы на время.
Руслан виновато улыбнулся. Он явно не хотел и сейчас давить на больное, но по-другому вправить мне мозги было нельзя. Я слушала его и не чувствовала никакого отторжения. Будто бы ждала этих слов, чтобы подтвердить свои собственные мысли. И когда убеждалась в этом, радовалась, что рядом с Русланом. Он нормальный, он понимает, меня понимает, когда я сама для себя сплошные потемки.
— У нас, кажется, вино закончилось. Сколько сейчас? Половина десятого… Как думаешь, я успею?
— М? — вынырнула из своих мыслей. — За вином?
— Да, вином. Сегодня будет музыка, хорошее кино, вкусная еда, вино и море секса. Такая любовная терапия. Будем клин клином выбивать.
Я успела поймать Руслана за руку, он как раз вставал из-за стола. Крепко сжимала ладонь и смотрела в глаза мужчине, у которого над головой будто бы нимб сиял, не иначе.
— Зачем ты возишься со мной? Зачем я тебе?
— Дурочка ты, — Руслан не стал убирать руку, наоборот, наклонился и нежно поцеловал. — Я нужен тебе, а ты нужна мне. Идеально сочетание, не находишь?
— А почему нужна?
— М-м-м, — Руслан сделал вид, что задумался, — потому что я тебя люблю? Ты любишь меня… Разве не логично?
— Логично! — не удержалась и улыбнулась. — Иди, а то не успеешь, доктор любовь. Мне нравится твой метод лечения!
Руслан долго не собирался. Всего лишь накинул куртку, взял телефон и выскочил из квартиры как ошпаренный. Мне показалось, что он не только за вином, а зачем-то еще. Пусть будет сюрпризом.
Включив радио, я, слегка пританцовывая, принялась убирать грязную посуду. На душе было легко и светло. Каждый раз проговаривая все с Русланом, будто бы заново перерождалась. Вкусные и сладкие планы на вечер так и вовсе давали стимул жить. Терялась в догадках, что же устроит Руслан?
В дверь позвонили. Прихватив кухонное полотенце, на ходу вытирала руки.
— Руслан? Ты что-то забыл? Неужели кошелек? Погоди, сейчас…
Провернула ручку и рывком открыла дверь. Улыбка сползла с лица почти мгновенно. Попыталась исправить свою ошибку и закрыть дверь, но не успела: мужская нога помешала. Игорь явно был выпивший. Морщась как от ноющей зубной боли, втолкнул меня в квартиру.
— Руслан? Сообразим на троих?