Это, кажется, какая-то изба. Дверь за столом, тахта у стены под занавешенным окошком, и на ней лежит княжна ко мне спиной.
В воздухе реет сизый дымок, приятно пахнущий благовониями… А возле стола спиной ко мне стоит стройная девушка с длинными белыми волосами, в облегающем сером платье, и что-то помешивает.
— Что с княжной?
— Не бойся, она спит. Хотя я бы на твоём месте беспокоилась о самом себе, — она тут же развернулась, держа в руках маленькую ступку и что-то измельчая в ней толкушкой. Эльфийка⁈
Да, эльфийка, только с тёмно-синей, практически оливковой кожей. Она закинула белоснежную прядь за тёмное ушко, и её лунные зрачки посмотрели на меня с ледяным интересом, да изогнулись в усмешке бордовые губы.
Это оказалось не платье, а расстёгнутый халат, и под ним ничего не было, да и хозяйка этого самого «ничего», в общем-то, ничего и не скрывала. Округлости упругих грудей, совсем небольшой животик, плавно переходящий в скрывающуюся в тени ложбинку.
Хм-м… А ведь несмотря на странную синь кожи, она была прекрасна. Она была просто охренительно прекрасна!
— Орф, ты никогда не видел тёмной эльфийки? — блеснули белые зубы.
Я лишь качнул головой, пытаясь совладать со своим телом. А моё тело… в особенности моё мужское естество… оно самым бесстыдным образом предало меня и утверждало, что оно будет крепко стоять на своём. А именно на том, что эльфийка так возбуждающе хороша.
— Впрочем, твоё раннее пробуждение ничего не изменит. Ты и так уже готов, — её взгляд скользнул к моему животу.
— Вот так сразу? — просипел я, чувствуя, что всё совсем непросто и ей от меня надо что-то особенное. Наверняка и жениться не потребует, и даже замуж не попросится. Такие всегда подозрительны.
— Слияние и так потребует времени.
— А если княжна проснётся?
— Она проснётся тогда, когда будет нужно мне.
— Ну, может, хоть познакомимся немного… эээ… до этого… кхм… слияния?
Её рука продолжала изящно и быстро двигать колотушку, выбивая пыль над краями ступки. Эльфийка улыбнулась.
— Ты… ты ведьма? — спросил я, делая логическое умозаключение.
— Стало быть, так.
— А ты не это… ну… — я замялся.
Девушка заинтересованно двинула бровью.
— Что?
— Ну, ты настоящая? Под этим всем… — мой взгляд опустился ниже, — Под этим всем не древняя старуха?
Этот вопрос на самом деле меня сейчас очень-очень волновал, и ведьма, улыбаясь, двинула бровью.
— Где же ты, орф, услышал такую чушь? Что это за ведьма, которая позволит себе состариться? Всё моё — при мне.
— Уф-ф! — выдохнул я, с трудом фокусируя взгляд на её глазах, — Ну, а я…
— Я и так всё о тебе знаю, сын отступницы.
— Чего? — у меня глаза полезли на лоб, — Ты знала мою мать?
Её взгляд снова скользнул к низу моего живота, и она вздохнула от досады, явно жалея о брошенных словах.
— Не отвлекайся, — ведьма закатила глаза, и стала усерднее мотать толкушкой.
— Ты знала мою мать?
— Да, — она поморщилась, — Глупая эльфийка, променявшая всемогущество на любовь.
— Слышь, ты…
Она отставила ступку на стол и скинула халат. Я хотел сказать что-то ещё, но у меня перехватило дыхание, когда лучше разглядел открывшуюся мне красоту… Да ну вашу ж эльфийскую… ммм!
Сразу улетучилась мысль о том, что можно оставаться мужчиной и не терять при этом голову от первого же вида сисек… пусть таких круглых, с крупными сосками… и пусть таких… чёрт!
Я не мог себя контролировать, хотя понимал, что совершенно не связан. Просто сижу со свободными руками на стуле и жду, когда наконец эта красота станет моей.
Эльфийка ссыпала из ступки в ладонь какой-то порошок, а потом хлопнула руками над головой. Ведьму тут же окутало мерцающее облако, и я едва не взвыл…
Как прекрасна! Иди же сюда! Ну!
— Я иду, — она улыбнулась, приближаясь сквозь опадающую пыль и покачивая бёдрами, — Знаешь, когда носительница силы была женщиной, это было сложно. Но ты всего лишь мужчина… — она оказалась на моих коленях и прижалась ко мне.
Мои руки сами собой поднялись, стали оглаживать давно желанные прелести, и ведьма томно застонала. Я чувствовал жар и мягкость её тела, ощущал дыхание, и слушал влажный шёпот у моего уха:
— Мужчину легко обессилить. Разум мужчины крепко связан с его чреслами, — тут она приподнялась, прикрыла глаза и, медленно опустившись на меня, продолжила шептать, — Когда мужчина желает женщину, он полностью открывает свой разум, забывая об осторожности…
Кажется, вот оно, свершилось. Я был в ней, но мои руки почему-то упали, не в силах больше подняться, а сам я стал обтекать по спинке кресла.
Ведьма, продолжая двигаться в собственном ритме, смотрела на меня и дьявольски улыбалась. А я, чувствуя странное онемение, в свою очередь уставился в её зрачки и не мог оторвать взгляда.
Моя голова покачивалась на ослабевшей шее, словно свинцовая… Но глаза ведьмы, как две луны, завораживали и будто втягивали меня в себя.
Меня… и мою душу.
Остро затрепыхался огонёк источника в груди, мощно, как никогда. Это он намекал, насколько обессиленное состояние у меня сейчас было. Но я не мог оторвать от эльфийки взгляда, чувствуя, как две луны будто вплывают в моё сознание и начинают расти, заполняя собой всю мою душу.
— Когда мужчина открывает разум, он легко отдаёт всё, что у него есть! — она задвигалась быстрее, и я совершенно ничего не мог сделать, лишь только таращиться в эти зрачки, — Силу… Душу… Жизнь!
Ведьма стонала, одна нагло наслаждаясь этим праздником жизни, но я сделал последнее усилие, разлепив пересохшие губы. Одно слово… Всего одно слово.
— Д… др… дра…
— Что? — она прижалась ко мне лбом, и её зрачки-луны стали окрашиваться в кровавый цвет, — Ты хочешь что-то сказать напоследок?
О, да, эльфийская шлюха! Я ведь не только под гномами хожу, у меня и в других мирах крыша есть ого-го. Поэтому у меня есть для тебя имя, которое мне нельзя называть.
— Дра… ам! — выдавил я и тоже попытался дьявольски улыбнуться.
Эх, не успел…
Глава 6
А поговорить?
Кажется, у меня не было сил ни на сны, ни на галлюцинации. Радовало, что имя Жнеца, отправившего меня в этот мир, работало всё так же безотказно — отключало меня напрочь и надолго.
А вот то, что я ещё не достиг такой силы, чтобы вскрыть печать