Свалившись в позу эмбриона, я нащупал кошелёк на поясе, который теперь всегда носил с собой. Сунул туда пальцы… и через секунду уже жевал сушёную ярь-ягодку.
В лесу словно свет включили… Перед глазами всё вспыхнуло, и я тут же вскочил на ноги — даже не помню, чем именно оттолкнулся.
Монстр ёрзал рядом с моим клинком в груди. Перехватив его лапами, он пытался его вытащить, но тот будто зацепился за что-то в его рёбрах и вылезать не желал.
Выхватив из кармана иолит, я заскочил на грудь мутанту и показал ему синий камушек. Даже не стал ничего произносить, лишь подумал: «Копать!» — и головы монстра не стало. Лишь аккуратная яма, в которую заструилась кровь.
Его лапы дёрнулись было хватануть меня когтями, но так и упали, раскинувшись в стороны. А я схватил клинок за рукоять и, уперевшись, приготовился было дёрнуть изо всех сил… но тот вылез так легко, будто я его из масла выдернул.
Разогнувшись и споткнувшись, я сделал пару неловких шагов назад да так и плюхнулся на задницу. Уставился на клинок.
— Чего ж ты, убийца троллей, — проворчал я, — Издеваешься.
Только тут до меня дошло, что Велена нигде не отражалась. Ни в окровавленном лезвии, ни в полированном яблочке на рукояти.
— Ведьма, ты где⁈
В лесу раздались голоса.
— Грецкий! Если ты сдашься, мы сохраним тебе жизнь!
Резко обернувшись, я понял, что охота теперь началась за мной… Что, мой посланник добежал? Меня распирало любопытство, жив он остался или всё-таки умер, но спросить пока что было не у кого.
Рукой я нащупал сумку. Схватил за перерезанную лямку и выглянул из-за поваленного дерева, на конце которого, словно распятый, висел эльф, который и свалил это самое дерево. Оно, кстати, чудом не пришибло меня, пока я валялся без яри.
Безъярь! Хм-м… Я, кажется, начал понимать значение этого оскорбления. Беспомощный я безъярь!
По лесу, снова растянувшись цепью, шли пятеро. Четверо впереди и один чуть позади, за их спинами — явно лидер. Кажется, тот левый, который сидел у костра рядом с убийцей моей матери.
— Сволочи, — прошептал я.
А потом уставился на железный щит, висящий на сломанной руке эльфа. Погнутое железо, кажется, повторило контуры моего плеча, а в центре щита виднелся сломанный шип, на который я и напоролся.
Так вот он какой, удар плечом, подпитанный ярью? Ух!
Кровь из моего плеча так и струилась, махрясь тёмными каплями на кончиках пальцев. Повинуясь мигу вдохновения, я быстро намалевал на щите герб нашего рода Грецких. Орех и треснувший молот над ним.
Пусть мрази догадаются, что я всё знаю, и захлебнутся ужасом.
Затем, пригнувшись, я быстро двинулся через лес, но не от преследователей, а в сторону. Я чуял, что сейчас самый разгар действия боевых зелий, а значит, мне следовало быстрее добраться до главной добычи. Враги меня, судя по всему, пока ещё не видели, и это было моим преимуществом.
Но большой крюк я делать не стал, лишь добрался до ниши между корней какого-то засохшего исполинского пня и там засел. Велена так и не появилась в отражении. Какого хрена⁈ Её что, тот мутант как-то убил? Это невозможно!
Моя рука так и кровила, и на немеющем плече обнаружился довольно глубокий порез. Как бы не до кости… Кстати, а не от этого ли обратился этот сраный эльф⁈
— Эльфячью твою бабушку, — ворчал я, пока лез в сумку и перебирал бутыльки.
Вытащил кровавые сопли. Понюхал. Да, ещё одно «запирающее кровь».
Подумав, я плеснул немного на ладонь и растёр по ране. А остальное, для смелости выдохнув и задержав дыхание, выпил залпом.
Да это и вправду троллевы сопли, что ли⁈ Ух, ё-о-о!!! Троллевы… сраные… сопли! А вообще, зная Велену, это может оказаться истиной. Да она ещё и похихикает, когда узнает.
Где эта стерва? Почему не выходит на связь? А кого я убивать буду, когда найду способ воскресить⁈
Морщась и борясь с приступом тошноты, я глянул на плечо. Оно было всё так же измазано в крови, но новых ручьёв не виделось. Ого, а тактическая медицина в этом мире на высоте!
Так, теперь думаем… Где Велена?
Глядя на меч и на свою растерянную окровавленную мордашку в отражении, я вдруг вспомнил, что этот меч по собственной воле вонзился в монстра, пробив ему грудь насквозь, да ещё и застрял. Сколько в этом действии было силы клинка… и сколько силы ведьмы?
Запертая в моём сознании, сколько она вообще сил имеет? Может, тоже обессилела от одного удара, и её надо покормить?
Я растерянно почесал подбородок. Потом, подумав, достал ещё одну ягодку и съел. Лес на мгновение вспыхнул, знаменуя новую порцию яри, которая, судя по всему, просто выплеснулась в мир… или осталась внутри?
Да не знаю я! Ни хрена не знаю! Гадство…
Рядом хрустнули ветки.
Я спокойно наблюдал, как мимо моего укрытия, осторожно оглядываясь, прошёл воин. Тоже эльф, он держал в руках арбалет и зорко всматривался в абсолютно тёмный для него лес.
Остановившись, он противно крякнул и зажал себе нос. Чего он врёт-то⁈ Сопли тролля всё же пахнут чуть приятнее, чем мазня на стенках канализации.
— Грецкий, тварь! — послышалось из леса, — Ты сдохнешь!
Арбалетчик тут же повернулся на крики, но дёрнулся, когда спустя секунду из его переносицы выросло остриё меча. И прежде, чем умереть, он даже потянулся потрогать лезвие… Да, если добавлять пучок яри в удар, для клинка кости становятся мягче шёлка.
Придерживая его за подмышку, я осторожно опустил труп на землю.
— Чего это он, жопу нам нарисовал⁈ — послышался ещё чей-то возмущённый голос.
— Это орех, уроды, — буркнул я, поднимая арбалет поверженного эльфа и его тул со стрелами.
Не обращая внимания на возмущённые крики, я закинул в рот ещё ягодку и теперь удалялся от врагов, скользя по лесу к главной цели. Моё усиленное зрение уже улавливало мерцание далёкого костра между деревьями… и, как ни странно, пятнышки чёрной волшбы.
Значит, граф Эльфеяров уже приготовился ко встрече со мной? Наверняка обложился чёрной волшбой по самые гланды.
Я помнил слова Велены, что чем больше страх перед чёрной волшбой чистокровных, тем сильнее она действует. Но страха сейчас не было — лишь ледяной гнев.
А вот от Эльфеярова я и вправду ощущал тугие волны страха… Возмездие идёт, чистокровный.
Глава 12
У костра
Я понял, что слегка расслабился, когда совсем рядом что-то прошмыгнуло, едва не срезав